Чтение онлайн

Я накинула на себя невидимость. По тонкой просеке, отмеченной копытами и узкими отпечатками колес на рыжей пыли, я быстро прошла между тропическими деревьями к воротам «зверинца».

От предвкушения и ненависти к тем, кто такое сотворил, дрожали руки. Боль, страх, голод, перенесенные унижения, все вынесенное здесь словно спали в глубине души до этого момента. И, едва я подошла к воротам, пережитое обрушилось на меня с первоначальной силой.

В небе прозвучал гром, где-то вдали начали бить молнии. Вот-вот начнется гроза.

Я стиснула кулаки и громко сказала:

— Врете… Вам меня не сломать… Это можно было сделать с ребенком двенадцати лет! Но сейчас я вам не по зубам!

И в гневе ударила огненным шаром по первым, самым высоким деревянным воротам, окованным железными полосами, разнеся это препятствие в щепки.

Послышались панические крики, призывы хвататься за оружие.

Я наделила весь периметр забора огненной магией, — пусть даже не пробуют убежать! — и вошла в первый двор. Здесь располагалась только охрана. Закрыв за собой выход огненными щитами, по-хозяйски огляделась.

— Итак, приступим! Долго же я этого ждала!

Сжечь дотла это место!

Действуя спокойно и планомерно, первым делом спалила их склад. За ним места, где работорговцы спали, следом уничтожила домик над вторыми воротами, в котором ютились охранники.

Они усердно пытались атаковать меня: кто-то кидался с мечом или силился выстрелить из лука, а местные маги и вовсе тщетно тужились задеть меня эльфийскими стрелами*.

В ответ я только громко расхохоталась. Искушение растоптать их, размазать по глине, навсегда закопать в песке было таким сильным!.. Наверно, еще я никогда так не хотела убивать.

* Страшное смертельное заклинание.

На улице почти стемнело, но горящие с громким треском хижины работорговцев ярко освещали вечер, давая жизнь полубезумным теням, плясавшим вокруг гигантских костров.

— Мало! — Я добавила огня и так пылающей ограде.

Многие из бандитов, охранявших это место, желая сбежать, кидались на горящую ограду, получали ожоги и с криками падали вдоль стены.

Горящие дома трещали, маги и охранники в ужасе и от боли вопили, и вся эта дикая какофония звуков безумно радовала и веселила меня.

То ли еще будет!

Шагая к воротам, за которыми стояли клетки с похищенными детьми, я сметала атакующих охранников магией, собираясь оставить эту погань здесь до прибытия слуг отца. Пусть ими занимаются его палачи!

Наконец я снесла низкие плетеные ворота, ведущие к клеткам, и замкнула магический огненный круг.

Навстречу мне выскочил красавчик, тот самый «краснокостюмный модник», что шесть лет назад избил Лео почти до смерти и пытался добраться до меня. Теперь он стал толстым и усатым, одетым в позолоченную парчу*.

Вот кого я хотела видеть больше всего!

*Парча — плотная ткань с переплетающимися золотыми, серебряными нитями.

Я с ненавистью протянула к нему руки, собираясь растерзать… как вдруг, схватившись за шею, он упал замертво к моим ногам.

Что это было? В шоке обернулась. Я не успела ничего сделать, да и убивать не собиралась, но как?.. Отчего он умер? Краем глаза заметила — где-то рядом мелькнул непонятный силуэт.

Кто это?

Я кинулась в сумерки, намереваясь поймать и выяснить, кто мне «помогает»... Но неизвестный исчез, словно растворился в темноте.

Ладно, неважно, у меня впереди еще много дел!

Оставив работорговцев позади в огненном кольце, я подошла к первой клетке, полной голодных, осунувшихся детей, от которых невыносимо смердело.

Двух охранников, остающихся рядом с клетками на ночь, я сломала приказом. Заставила открыть клетки и натаскать детям воды, чтобы они могли вдоволь напиться и умыться.

— Идите все сюда!

Моего обращения к пленникам многие не услышали. Но и те, кто решился выйти из клеток и приблизиться, чуть менее сломанные и уставшие из всех, смотрели на меня с опаской.

— Я пришла спасти вас. Но вам придется пережить здесь еще одну ночь. Завтра за вами прибудут корабли императора дракона. Всех, кто обижал вас, — казнят, а вас вернут домой к родителям.

Я вспомнила, что большинству детей некуда возвращаться. Уничтожив семью, их доставляют сюда пираты, как это было с Лео. Или забирают тех, у кого никого из родных не осталось, как Дика.

— Если у вас никого не осталось… — хриплым голосом добавила я, — император отдаст вас учиться в академию или школу. В общем, голодать и нуждаться вы не будете.

И страдать, надеюсь, тоже…

Затем повернулась к охранникам и приказала:

— Несите им кашу, ту самую, что сварили на завтрак.

Те послушно побрели к дровяной печке, на которой стояли котлы.

Толпа оживившихся детей, видимо пробывших здесь не очень долго, окружила меня.

— Как вы нас нашли? — спросил один перемазанный глиной эльфенок. Какая-то девочка со спутанным комком шерсти вместо волос вдруг меня обняла и заплакала.

Сдерживая слезы, я улыбнулась:

— Меня тоже продали из этих клеток… Я долго их искала. И только что нашла!

Я обняла девочку в ответ и улыбнулась эльфенку. Остальные дети, словно сомневаясь в моих словах, нервно оглядывались на горящие хижины, ожидая, что их мучители вот-вот явятся сюда и лишат их появившейся надежды.

— Они закрыты огненным кольцом. Вы только не паникуйте, они все получат по заслугам, — заверила я детей и погладила по голове самого маленького мальчишку с упрямо торчащими рыжими локонами. А затем тихо добавила: — А я за кораблями… Буду их торопить!

Мне осталось совсем немного. Добраться до оконечной, южной точки папиного материка и отдать приказ об отправке корабля. Я оставила детей стоять перед клетками на поляне, а сама удалилась в темноту, преобразилась и полетела.

Полет был тяжелым. Форпост находился через пролив в часе лета, — наверно, для папы это вполовину быстрее, но я чувствовала себя не то что довольной произведенной местью — этого не было вообще, — наоборот, стало еще хуже. Я чувствовала себя так, словно мое сердце раздавили каменной плитой. Ощущала себя подавленной. Было больно. Очень больно. Увидеть детей в клетках оказалось так тяжко, как и сидеть в них