Чтение онлайн

— Знаю… — устало отозвалась Иол.

Дальше я не слушал.

Зацепив якорь в библиотеке, быстро вернулся к себе, обдумывая услышанное.

Как она могла меня обнаружить? Я ведь сделал все возможное, чтобы скрыть себя, даже Райдер ничего не заметил.

И вообще… что за странную эльфийку они привечают?

Айонель

В общем, учитель попался мне хороший. Уроки были интересные. Особенно, когда он начинал что-то рассказывать. Почти сразу для себя отметила: если задавать ему дельные вопросы, то он бросает опрос по пройденному материалу и начинает рассказывать что-то такое, чего я до этого никогда не слышала.

Да, я немного манипулировала им, но как еще мне узнать то, о чем никто при мне не говорит?

Не отрывая глаз от свитка со странными письменами, учитель спросил:

— Итак, что создал великий алхимик Чарод?

Я послушно ответила:

— Множество жизненно важных зелий. Особенно прославился знанием о влиянии веществ на магические сущности. И созданием порошка сна, влияющего даже на драконов…

— Не созданием, а направлением в науке, — не отрывая глаз от свитка, рассеянно отозвался Черешен, — порошок так и не создали, но многие маги работают над этим до сих пор, так что все впереди. А его трактат так и назывался «Влияние веществ на неподвижные магические свойства живых существ»…

— Создали… — печально вздохнула я, вспоминая, как его использовал на мне Игнир. — Уже точно создали…

— Ты так думаешь? — усмехнулся Черешен, наконец, отрывая взгляд от свитка и переводя его на меня. — Возможно, и так. Ну, а пока об этом никому неизвестно…

— Сотня свидетелей его использования имеется точно, и одна подопытная… — сухо отозвалась я, отрешенно рассматривая перо в запачканной чернилами руке. — Но знаете, раз начали о драконах… вы могли бы мне ответить, а куда они деваются? Не могут же их всех убивать. Есть такие сильные и умные, которые живут больше тысячи лет. Так куда они деваются?

Этот вопрос казался наивным только на первый взгляд. Мне хотелось узнать побольше о драконьей магии, а Черешен знал много того, что даже папа не рассказывал.

— Куда деваются драконы? — подняв в удивлении брови, он вновь оторвался от своего свитка и, не скрывая недоумения, ответил: — Каменеют, конечно! Но их дух не погибает, он присоединяется к остальным, таким же древним, самым умным и самым сильным…

Я слушала учителя и исподволь рассматривала грубые черты его лица. Наверно, хорошо, что он такой несимпатичный. Сейчас только такой учитель мог вызвать у меня доверие. Красивого я бы не приняла. Для этого было много причин. Ну, начать с той, что самый красивый из моих знакомых был… Игнир.

Учитель вдруг спросил:

— Слышала ли ты о Драконьем острове, Айонель?

Я невозмутимо кивнула — не только слышала, но и была там… в качестве жертвы.

— Так вот, когда дракон каменеет почти полностью, он переносится туда и окончательно превращается в камень. Но, как я сказал раньше, это не смерть, а переход в бестелесную форму.

— Остров состоит из одних окаменевших драконов? — ахнула я. — Наверно, это просто легенда, так как тот остров громадный, ну не мог же он…

Учитель улыбнулся:

— Конечно легенда. Считается, что их там около сотни.

— Жуть… — я поежилась. — Наверно, это так страшно — каменеть…

Учитель устало пожал плечами:

— Это происходит постепенно. Первым в камень превращается сердце. Дракон перестает ощущать вкус еды и питья, затем исчезают остальные чувства, природное любопытство. После каменеют конечности, тело, и последним камнем становится голова.

— Это же жуткое наказание получается, — меня только что осенила ужасная мысль. — Вот представьте, они сначала каменеют душой, вы сами сказали об отмерших чувствах, то есть, когда тело становится камнем, душа уже давно пустая и холодная? И что же получатся, они там без смерти маются, холодные и равнодушные друг к другу? Ужас, реальный ужас!

Учитель после такого высказывания замер, пребывая в ступоре, словно всеми силами пытался понять, о чем я веду речь, но в расчетах у него что-то не сходилось.

Наконец Черешен отозвался:

— Возможно, все так и есть… Но они не так бессильны, как можно подумать. Даже в состоянии бестелесной сущности они могут полноценно влиять на мир.

Я отмахнулась:

— Тогда еще хуже! Так и не разобравшись с собой, с отмершими душами, они управляют теми, кто куда более нормальный и живой, чем они? Спасите этот мир от подобного кошмара!

Черешен задумчиво поправил очки, потом безразлично отозвался:

— Ну… есть разные мнения. Ты сейчас озвучила воззрение Светлых, а есть и другие… — спокойно свернув свиток со старинными письменами, Черешен сухо добавил: — А теперь вернемся к нашим зельям.

Я придвинулась к спинке кресла, переплела пальцы, устроив их на коленях, в деталях рассмотрев ногти на руках, смущенно спросила:

— Вы столько знаете об этом. Это так странно. Ведь о каменных драконах и их омертвелых духах не каждый знает…

Это на самом деле было очень и очень странно. Обычно знания о драконах тщательно скрыты от посторонних, особенно от расы ушлых людей.

Но учитель только отмахнулся:

— Это мелочи… Меня в свое время старый эльф обучил древнеэльфийскому. С трудом отыскав и прочитав на нем пару книг, я много чего узнал. Но этому не стоит придавать особого значения, все эти знания поверхностны и пользы не несут. Итак, продолжим…

Первые недели папа и мама, как орлы над птенцом, постоянно контролировали все мои занятия. Даже когда мы выходили с учителем на улицу, где он рассказывал мне о растениях и животных, то папа, то мама постоянно мелькали рядом. Вежливо здороваясь с учителем, благожелательно улыбаясь, они слушали разъяснения урока, потом уходили, сменяя друг друга, как караул.

Но потом, словно опомнившись, они резко оставили нас в покое, хотя я то и дело видела, как папа стоит у окна, сложив руки на груди, сопровождая каждое движение учителя холодным взглядом. Меня умиляло их желание защитить, и мысли не было жаловаться или возмущаться. Когда учитель отворачивался, я радостно махала папе рукой, вызывая у него улыбку, потом послушно отвечала на все вопросы Черешена.

Мы уже месяц изучали науки и, наконец, нашли золотую середину между моими крошечными познаниями и желанием учителя как можно больше в мою голову вложить. В общем, мне с ним было очень интересно. А то, что случилось чуть позже, окончательно поразило меня, в хорошем смысле.

Каждый месяц на остров приезжали торговцы.

Они разбивали шатер на полянке, неподалеку от пристани. И выкладывали свои товары на переносные столы, обтянутые рыжей дубленой кожей.

Не то что нам здесь было что-то нужно, но прогулка по рядам — приятное развлечение, тем более, что после появления здесь, острова я пока не покидала.

На этот раз я уговорила учителя отложить уроки до обеда и пройтись со мной на ярмарку.

— Так это местный способ развлечься? — улыбаясь, сдержанно спросил он, шагая по тропинке рядом со мной.