Чтение онлайн

Я поднялся. Делать в посёлке нам было больше нечего. Ната и Элина стояли поодаль и разговаривали с кучкой столпившихся возле них людей, среди которых были женщины и мужчины. Даже отсюда я замечал, какими глазами последние смотрят на них, а большей частью на Элину. Та – у меня кольнуло в груди – воспринимала всё, как должное. Зато Ната, выразительно поглядывая на неё, пыталась увести девушку. Я жестом показал им обеим – сюда! Ната дернула Элину за рукав, та отмахнулась, весело смеясь в ответ на чью-то шутку…

– Ты уходишь?

– Да, – я пожал протянутую ладонь Совы Приходи к нам со своими жёнами. Нам нужно иногда встречаться. Мне далеко до посёлка. А то, что будет здесь происходить, нужно держать под контролем. Ты ушёл отсюда и правильно сделал… но от этих проблем никто из нас уйти не сможет. Да и девчонкам моим, хоть будет с кем пообщаться. Не всё же им одну мою небритую физиономию разглядывать.

– Хорошо. Белая Сова придёт со своими скво.

За спиной послышался какой-то шум. Мы обернулись. В сторону девушек, все ещё стоящих поодаль, подходило двое здоровенных качков с бычьими шеями и мощными буграми мышц на руках и ногах. Сова покачал головой.

– Кто это?

– Белоголовый. Ты его уже видел, возле костра. А второй – его приятель… и тоже из их числа.

Оба мордоворота, не спеша, окружили группку замолкших при их появлении людей и, оттолкнув в сторону одну из женщин, стали бесцеремонно разглядывать Элину. Девушка сразу почувствовала страх. Она потянула за руку Нату, пытаясь выйти из круга, но один из мужчин преградил ей путь. Он был наголо выбрит, а на темени имел татуировку, что-то вроде оскаленной морды зверя… Я рванулся вперёд.

– Ты откуда?

Белоголовый в упор смотрел на девушек, буквально раздевая одну из них глазами. Ната ответила за стушевавшуюся подругу:

– Мы из города. Пропусти.

– Да? Что-то я вас раньше не видел… Не.. вспомнил! Ты со своим приятелем у нашего костра отиралась, во! А твоя подружка что, язык проглотила? Пусть сама скажет!

– Ага! – вмешался Лысый – У такой лапочки голосок должен быть ничего!

Ната настороженно наблюдая за ними, выискивала лазейку, чтобы выйти из круга. Но люди плотно обступили их и ждали, что будет дальше. У меня все закипело от бешенства – похоже, здесь уже вполне привыкли к подобным развлечениям, а заодно не отказываются и от зрелищ… Ната убрала руку за спину, а другой потянула Элину.

– Нам пора.

– Куда? Мы разве поговорили? Ты, мошка, стой и не рыпайся! Пойдёте, когда я вас отпущу. Если хорошо будете себя вести!

– Нам пора, – Ната вся напряглась и прищурила глаза. Лысый сделал шаг и жёстко ухватил её за плечо.

– Стоять! Люблю маленьких сучек! Белый, возьми вторую…

Рука Белоголового потянулась в сторону замершей от испуга Элины, и тут Ната взмахнула рукой вверх и в сторону. Белоголовый с криком отдёрнул свою назад. Нож – Ната спрятала его в ладони – располосовал ему руку от локтя до кисти. Второй, на миг растерявшись, отпустил девушку, и она, пригнувшись, выскочила из круга. Обернувшись, она выхватила дротик и угрожающе размахнулась… Белоголовый отреагировал быстро, он схватил Элину и закрылся ею как щитом. Я с изумлением и яростью, смотревший на эту сцену, тоже потянул из-за спины лук. Лысый, заметив меня и Сову, примирительно заворчал:

– Ну, всё, всё… Что, шуток не понимаете?

– Отпусти девушку! – я с яростью смотрел в белесые глаза Белого…

– А может, она не хочет. А? А она не хочет.. он сильно сжал Элину за плечо, и она вскрикнула от боли.

– Ты, городской… Твоя сучка порезала ему руку.

Я развернулся и нацелил стрелу в сторону Лысого:

– Одно слово и ты труп.

От моих слов повеяло такой убеждённостью и неприкрытой злобой, что он стушевался и сразу весь съёжился, несмотря на свои размеры. Зато Белоголовый, улучив момент, пока я оборачивался, отшвырнул Элину и бросился на меня. Он сбил меня с ног и придавил к земле. Справиться с ним я не мог – противник был куда сильнее и тяжелее меня. Он размахнулся, чтобы громадным кулаком размозжить мне лицо и в ту же секунду взвыл – я, без промедления, наотмашь рубанул ножом. Лезвие попало под сжатую ладонь и отсекло, напрочь, мизинец. Он взвыл и отпрянул в сторону. Дротик Наты впился в землю, под ноги Лысого, тот замер, не пытаясь даже шевелиться. А потом чёрный вихрь буквально смёл с меня тушу громилы – Угар всем телом сбил его с меня и уже вцепился ему в горло, угрожая сомкнуть клыки.

– Назад! Не сметь, Угар!

Ната вцепилась в его шерсть, оттаскивая пса от вздрагивающего тела. Элина подбежала ко мне и помогла подняться. Лысый испуганно отходил в сторону. Белоголовый скулил от боли и потирал окровавленную руку, хмуро бросая взгляды в нашу сторону.

– Уходим, – я сплюнул в его сторону А ты – запомни! В следующий раз, мы тебя убьем. И, если хоть одна из женщин… или мужчин, пожалуется на тебя – всё. Дошло?

– А ты кто, слуга закона, да? – он пытался огрызаться, поневоле отодвигаясь от рычащего пса.

– Закона? Может быть. Пока нет закона, но есть одно правило. Для всех! – я обвёл притихшую толпу суровым взглядом Никто не может безнаказанно поднять руку на другого! Вам ясно? Иначе – смерть. А судьей буду не я. Сама земля вас уничтожит, если вы этого не поймёте. Но тебя.. я вновь обратился к Белоголовому Это касается особо. Тронешь любого из нас… из моих друзей – будешь иметь дело со всеми. И на этом, твое никчемное пребывание на земле закончится…

Мы быстро собрались и пошли прочь. Сова, замыкавший наше шествие, бесстрастно проговорил, как бы ни к кому не обращаясь:

– Твои слова услышал ветер… Не люди. Но тебя он трогать побоится. Пока побоится.

– Значит, мне еще реже, чем я думал, придётся здесь появляться. Но теперь и тебе тоже. Они видели, что ты с нами.

– Белая Сова не боится Белоголового. Я умею не только охотиться… но и драться с людьми.

– Почему же ты не вмешался?

– Но это ведь твои женщины, Дар? Ты должен был сделать первый шаг!

– Ты конечно прав, – я не скрывал раздражения По своим, по индейским законам. Только такие, как Белоголовый их не знают. И в другой раз быстренько свернут мне шею. А ты будешь спокойно ждать, когда тебе можно будет вмешаться. А то вдруг, ненароком, не дашь мне не ударить в грязь лицом.

Сова несколько смутился, но я был зол и не мог сдержаться:

– Ты же взрослый мужик, черт возьми! В этом новом мире люди живут по старым привычкам, и ещё долго будут так жить! Мразь, что тогда, что сейчас – она и есть мразь! Я только одно знаю – бить их надо, а не разговаривать. Бить! А если бить, так всем вместе! Или у индейцев принято ждать, пока их друзей убьют, чтобы потом благородно начать мстить?

Я еще в запале говорил что-то, а Сова молчал. Мы прошли примерно половину дороги, когда он сухо попрощался с нами и зашагал в свою сторону. Ната, внешне успокоившаяся, проводила его удалявшуюся фигуру хмурым взглядом и дёрнула меня за руку:

– Не надо было так…

– Не надо? А как иначе? Сова настолько закостенел в своих понятиях индейской чести, что порой это уже не смешно. Может, нам следовало подождать, пока он смело и красиво будет отбиваться от волков, а потом прочесть высокие слова над его растерзанным телом? Надо, всё же, и головой иногда думать…

Ната вздохнула, но ничего не стала больше говорить. Элина тоже остановилась и, сделав к нам пару шагов, произнесла:

– Ната, Дар… Это я виновата. Я не послушала тебя, Натка, вот и началось всё.