Чтение онлайн

— Уже проснулся, мальчик? — потянулся погладить Хафэра по голове, но тот отстранился.

Тут подскочила Эктори, воскликнув:

— Няшьте меня, Дядюшка, и за него тоже.

Мужчина погладил её по голове, потрепал за щёку, подхватил на руки, усадил на стул, пододвинул к столу, сам наложил еды и сел с одной из длинных сторон стола, напротив Эктори. Тётушка села во главе стола, Хафэра посадили рядом с Эктори, а Зингера, воспользовавшись суматохой, сбежала.

Эктори, съев половину тарелки своего ужина, принялась взахлёб рассказывать, как у них прошёл день, словно бы эти совершенно чужие ей люди были её семьёй. Хафэр хотел поначалу напомнить ей, что она выдаёт о себе слишком много информации, но не решился: ему самому захотелось вот так вот, не задумываясь ни о чём, рассказать всё взрослым, тем, кто позаботится и защитит. Ему вспомнилось, как тогда, давно, Ар так же рассказывала о своих приключениях отцу и матери, а у него обычно мало было что рассказать о себе, и он говорил о прочитанных книгах…

Когда Тётушка сказала, что уже время спать, Хафэр поинтересовался, где же будет спать Эктори. Тётушка ответила ему, что в той же кровати, что и он — она большая, вместительная. Можно, конечно, положить кого-нибудь на диван, но этим «кем-то» будет точно не Эктори: она просто не поместится.

Немного обидевшись, что в очередной раз ему напомнили про его маленький рост, Хафэр отвернулся, но, подумав, решил, что во всём этом нет смысла, пошёл готовиться ко сну. Переодевшись в выданную ему мягкую тонкую рубашку Дядюшки, оказавшуюся чуточку выше колена, Хафэр улёгся к стенке, закутавшись в тёплое одеяло.

Эктори плюхнулась рядом, притащив ещё пару подушек и одеяло.

Тётушка погасила свет, пожелав спокойной ночи и интересных снов, прикрыла дверь.

Дождавшись, пока всё затихнет, Хафэр растормошил Эктори, недовольно спросил:

— Что это вообще такое?

— Это игра в семью. Во время, когда каждый думает сам о себе, мы делаем вид, что нам важны другие, — сонным голосом проговорила Эктори.

— Чего?! — переспросил Хафэр, стараясь скрыть удивление.

— Да шучу я! Я не помню своего прошлого, но, думаю, раньше у меня всё было именно так, и это очень приятно. А им приятно, что мы помогаем с работой по дому. Всё по законам Тиллери — ищем выгоду. И все это понимают, только не говорят.

Больше Эктори ничего не ответила — она спала без сновидений, устав за день.

Хафэр тоже вскоре заснул. Утром он встал ещё до того, как небо окрасил рассвет, пока Эктори ещё мирно посапывала.

Одевшись и прихватив с собой Вихрь, он спустился к Тётушке, уже готовившей что-то. Хафэр сел за стол, прислонил меч к стене, поинтересовался, чем же она занимается.

Тётушка ласково улыбнулась, хохотнула:

— Блинчики. На завтрак. А ещё — на обед и на ужин. Пока не съедим всю стопку, будем ими питаться.

— А зачем так много? — Хафэр покосился на медленно растущую башню из блинов.

— А зачем ради пары-тройки сковороду пачкать?

Хафэр хмыкнул, предложил помочь. Сам удивился этому стремлению поработать, чтобы облегчить жизнь другим… Он же Император, это просто не входит в его обязанности! Подобное всегда было присуще Ар… От неё перенял?

Словно поняв, что Хафэр успел уже передумать, Тётушка улыбнулась, ответила:

— Не надейся, будто скажу, что сама справлюсь. Давай-давай. Сейчас покажу, чего делать нужно.

Тётушка ловким движением стряхнула блин на тарелку, распределила по сковороде жидкое тесто, достала из кармана ленточку, собрала волосы Хафэра, перекрашенные в оранжевый, похожие теперь на всполохи пламени. Вытащила из шкафчика передник, объяснила:

— Чтобы одежда не попачкалась.

К тому моменту, как Хафэр наконец-то приноровился переворачивать блины одной рукой, спустилась Эктори, на ходу заправляя потрёпанную, большую ей на несколько размеров рубашку в такие же большие штаны, держащиеся только на туго затянутом ремне, обёрнутом вокруг талии несколько раз.

Бесшумно скользнув к столу, она цапнула с тарелки немного подгоревший блинец, спешно сунула за щёку, плюхнулась на стул. Прожевав, облизала измазанные в масло пальцы, довольно улыбнулась и спросила:

— А Тётушка куда делась?

Хафэр обернулся, немного подумав, ответил:

— Пошла куда-то, вроде бы скоро вернётся.

Эктори вымыла руки, собрала волосы в непонятной формы пучок, намеревалась уже уходить, но тут её остановила Тётушка:

— Куда это Вы, Леди, в таком виде?

— В лес… Вы же говорили, что там ягоды созреть уже должны. Я потом переоденусь, честное слово.

Хафэр, перекинув завершающий блин на тарелку, схватил Вихрь, поспешил за ней, на ходу приговаривая:

— И куда ты одна? А если случится чего? Я с тобой!

— Чтобы потом тебя ещё спасать? — поинтересовалась Эктори.

Хафэр сделал вид, что не заметил смешка, поспешил пристегнуть меч к поясу.

Эктори остановилась, запротестовала:

— Куда в хорошей одежде на природу? Я потом штопать опять не буду!

Тётушка выдала Хафэру рабочую одежду, погнала переодеваться.

Эктори, не дожидаясь своего «заступника», поспешила вперёд.

Хафэр догнал её уже за окраиной селения. Какое-то время они шли просто в молчании. Эктори успела подумать, что, пожалуй, это первый раз, когда им нужно так много обсудить, но при этом она просто не знает, о чём говорить, потому решила спросить:

— Чего у вас такое случилось? Ну или, вернее, куда вляпался?

— Не говори так, будто от меня одни неприятности… — пробурчал Хафэр.

Эктори хотела было сказать, что от её неприятностей не зависит судьба государства, но вовремя осеклась, поняв, что ничего хорошего за этим не последует: она рискует обидеть Хафэра и спровоцировать ссору, потому, посмеиваясь, спросила:

— Ну что ты? Как такое вообще можно подумать? Я помочь хочу…

Хафэр поднял на неё взгляд, в котором явственно читалось: «Я понял, что только что вертелось у тебя на языке…»

Эктори не выдержала, залилась звонким заразительным смехом, так что Хафэр слегка улыбнулся. С трудом успокоившись, проговорила:

— Вот и мы играем в общение.

Хафэр кивнул:

— Вся жизнь — игра…

— Но мы, увы, не игроки, — перебила его Эктори, чем вызвала некоторое удивление. — Ты часто повторял, да и теперь повторяешь эту фразу. Она откуда-то взята? Что за книга?

— Нет… — Подумав, Хафэр сообщил уверенне: — Я её точно не придумал, но не помню, откуда она, наверняка принадлежит какой-нибудь исторической личности.

Эктори помолчала в задумчивости и вдруг предположила:

— Она бы прекрасно подошла какому-нибудь низшему, вынужденному трудиться во искупление своих злодеяний.