Чтение онлайн

Буддийский проект относится к тем, что не обладают значимыми возможностями, но изучение которых полезно в разрезе понимания тенденций, закономерностей и перспектив отдельных регионов, стран и народов планеты.

С апеллированием к буддизму часто пытаются создать синкретические системы смыслов «за всё хорошее против всего плохого». Автор не просто так ранее описывал такой важный параметр, как сила психоисторических смыслов. Адепты синкретического соединения идей и смыслов подобны самым юным художникам, что, экспериментируя с акварелью, получают вместо исходных ярких красок грязную бурду. Соединение трех разных традиций в рамках буддизма формируют у неразборчивых экспериментаторов иллюзию, что данному процессу можно подвергнуть и все мировые смысловые системы.

57.1. Течения буддизма

Существует несколько различных классификаций течений буддизма, автор останавливается на Малой, Великой и Алмазной колесницах/путях (данные термины более просты для читателя, чем оригинальные названия). Эта типология наиболее распространена в религиоведении.

В литературе встречаются попытки провести тож-дество/объяснение сути разных направлений буддизма через аналогии: Малая колесница — политеизм/ язычество, Большая колесница — атеизм, Алмазная колесница — магизм. Для грубого представления такой подход приемлем, но не более. Данное деление не в полной мере корректно, да и значимых отличий между направлениями много меньше, чем между основными течениями внутри христианства или ислама.

Ядро Буддийского проекта составляют последователи Малой колесницы / узкого пути — население Бирмы, Таиланда, Камбоджи, Лаоса и Шри-Ланки (рис. 166).

В отношении последователей Великой колесницы / широкого пути ситуация сложная — происходит их вытеснение. Население Южной Кореи и Вьетнама подвергаются евангелизации, а численность буддистов в Китае — несколько процентов. Помимо этого, в Японии и Вьетнаме большая часть буддистов параллельно считается приверженцами национальных религий, что сильно размывает традиции и смыслы.

В части Алмазной колесницы, на которую приходится 15-20 млн человек (менее 5% от общей численности), ситуация интересная. Западная пресса усиленно делала из Далай-Ламы лидера всех буддистов, что не соответствует действительности.

Таким образом если Буддийский проект хочет сохранить себя в традиционном виде регионального и религиозного, то сборку элиты необходимо делать на основе наиболее устойчивой части — Малой колесницы.

При усилении сетевой компоненты будет необходимо менять очень многое, так как ни одно из существующих течений не дает значимых перспектив в будущем. В то же время либеральная (в хорошем смысле слова), открытая и терпимая природа буддизма позволяет ему сосуществовать с другими системами смыслов, создавать новый глобальный проект.

57.2. Стратегические проблемы

Первой и важнейшей проблемой Буддийского проекта является отсутствие субъектности — нет группы, что была бы готова и способна говорить и действовать от имени и в интересах всего проекта.

Отсутствие субъектности по определению крайне негативно сказывается на долгосрочных стратегических перспективах, не позволяя играть вдолгую. Также ограничены и текущие возможности проекта — концентрация и мобилизация ресурсов возможна лишь в виде полу-случайного, крайне медленного процесса.

Второй проблемой Буддийского проекта является нахождение в его сути принципа «недеяния» (шкала «Отношение к материальному миру»), что не предполагает борьбы за доминирование с другими проектами в реальном, физическом пространстве (рис. 167). Зачем биться на грани возможного за то, что не является ценным? Какой смысл вместо попыток вырваться из оков пытаться доминировать и навязывать свою повестку дня?

Можно сколько угодно говорить о борьбе, покорении и развитии, но, если в основе вашего миропонимания лежит принцип «недеяния», при прочих равных, вы проиграете в краткосрочной, а часто и среднесрочной перспективе, отказываясь от игры.

Для сравнения можно привести более понятный и близкий нам пример. Католики и тем более протестанты более ориентированы на переделку окружающего мира под себя, чем православные. Но такая зацикленность на материальном мире происходит за счет снижения значимости духовной, сверхъестественной жизни. Перекосы опасны, что наглядно подтверждает утратившая духовность и будущее современная Европа. У Буддизма обратный перекос — слишком много духовного мира и очень мало материального, нужен баланс.

Так получилось, что и на долгосрочном горизонте буддизм проиграл практически все войны, даже разделяющий принцип «недеяния» индуизм смог вытеснить за пределы Индии. Но не нужно воспринимать всех последователей буддизма как уходящих от мира отшельников и латентных монахов. Национальные традиции доминируют над религиозными, посмотрите историю калмыков или тибетцев. Но на длинном временном промежутке «недеяние» в сочетании с отсутствием субъектности привели к потерям.

Третьей проблемой Буддийского проекта стала неспособность добиться доминирующего положения в рамках макрорегиона или хотя бы его ядра (рис. 168). В условиях низкой связанности мира это было важнейшим условием формирования устойчивого центра силы.

После вытеснения из Индии местом пребывания Буддийского проекта стала Юго-восточная Азия. Но и здесь он подвергся давлению. Индонезия и Малайзия были утрачены и ушли миру ислама, а ведь это половина ядра макрорегиона. В будущем эти земли могут стать основой стратегии Лазурного ислама. Филиппины, а недавно и Южная Корея, стали христианскими, в том же направлении идет Вьетнам. В Китае буддизм занимает второстепенное положение как один из подчиненных элементов сложной национальной системы морально-нравственных учений и взглядов.

Не лишним будет добавить, что доминирование в Юго-восточной Азии требовало проявления от стран и народов черт державы моря, в то время как буддийские государства традиционно проявляли черты держав суши. Исторический успех ислама в Малайзии и Индонезии, на самой периферии своих интересов, яркое подтверждение этого.

Таким образом, отсутствие субъектности, принцип «недеяния» и утрата/неполучение контроля даже над одним макрорегионом, очень сильно осложняли положение Буддийского проекта в прошлом и ограничивают в будущем.

Принимая во внимание качественно возросшие физическую, информационную и технологическую связанности мира, ключевой становится проблема субъектности, остальные могут быть скомпенсирова-ны/нивелированы.

Буддийский проект нуждается в активной, пассионарной и сильной сетевой, меритократической элите. В любом другом случае будет повторяться история поражений в психоисторической войне.

57.3. Стратегические перспективы

Рассмотрение будущего Буддийского проекта через формирование основанного на нем панрегиона в горизонте 2020-2040 гг. не имеет существенных перспектив, а в более поздний период этот сценарий будет закрыт общемировой ситуацией. Слабые начальные позиции в части ресурсов, отсутствие субъектности, невыгодное геополитическое положение (наличие рядом сильных игроков — Китая, Индии и Исламского мира) очень серьезно ограничивают коридор возможностей рассматриваемого проекта.

Даже расположение в непосредственной близости от центра мировой геополитики XXI в. — большого Тихоокеанского региона — не дает сильных преференций.