Наложница тирана
Шрифт:
Во дворе ситуация накалилась до предела, в воздухе сверкали искры презрения, которые чувствовались на всю округу. Всему виной был взгляд Дауда, пожирающего глазами человека, приехавшего к нему с добрыми намерениями. Ярость молодого господина только усилилась, когда один из верблюдов опустился и с него слез человек.
Впрочем, этот праздничный мешок, набитый мясом и костями, с трудом можно было назвать человеком. Видимо, это был тот самый Парасат, о ком говорила госпожа Шадида, вышедшая на улицу, но оставившая свою наложницу в главном доме. Глава соседнего дома торговцев железа выглядел крайне отвратительно и настолько ужасно, что даже у Предвестницы, увидевшей его из окна своей спальни, появились рвотные позывы.
Парасат был невысоким мужчиной — всего пять с копейками футов роста. Зато его вес превышал все мыслимые и немыслимые пределы — футов триста пятьдесят, не меньше. Большая шарообразная голова сверкала лысиной, украшенная какими-то выпученными глазами цвета тусклого изумруда, большими губами, расплывающимися в улыбке, пожелтевшими зубами и едва седеющими усами, которые торговец загладил, стоило ему увидеть госпожу Шадиду. Ту, разумеется, бросило в дрожь, из-за чего она скрылась в доме.
Одет Парасат был в шелковые одеяния, какие носят в империи. Но в отличие от женщин, предпочитающих яркие цвета, его одежда выглядела менее броской и была подогнана под огромный вес и маленький рост. Пальцы, выглядящие как обугленные сардельки, украшали золотые кольца и перстни с разнообразными драгоценными камнями, среди которых Парасат отдавал предпочтение изумрудам. Ну и на шее противного человека висела золотая цепь, без украшений, без оправы и драгоценных камней — обычная цепочка с большими звеньями, брякающая каждый раз, когда он перекладывал вес с одной короткой ноги на другую.
— Добрый день, господин Дауд! — глядя снизу, прохрипел прибывший торговец. — Я благодарен вам за приглашение.
По глазам Дауда стало понятно, что никакого приглашения не было. Молодой господин смотрел на невысокого торговца так, будто в любую секунду мог отсечь его огромную голову. Жаль шпага осталась в доме. Однако юноша нашел в себе силы, подавил презрение и обнял торговца, точнее прижался к нему. Такую гору мяса никто и никогда не сможет обнять.
— С приездом, господин Парасат, — хладнокровно сказал Дауд. — Как долог был ваш путь? Хорошо ли доехали?
— Нам не привыкать. Я соскучился по мягкой кровати, а в остальном все просто прекрасно. Кстати, вы ведь ещё не знакомы. Господин Дауд, я прибыл к вам с подарком. Дочь, — голос Парасата несколько ужесточился, — подойди к нам.
Спускаясь с верблюда, дочь торговца приковала к себе взгляды всех мужчин, даже евнухов. Зайна выглядела не старше Сабилы, может быть, ей уже исполнилось лет пятнадцать, но она была далеко не стара. Она была не такой темнокожей, как её отец, лицо выглядело больше загоревшим под солнцем империи, чем врожденным с такой внешностью. И эта юная красавица выглядела настолько прекрасной, что в головах многих мужчин мелькнул вопрос. Как такая чистая и безупречная дива, могла родиться от такого человека, как Парасат?
Кудри Зайны вились на обжигающем ветру, черные волосы танцевали, блестели и сияли под лучами палящего солнца. В черных как сама ночь глазах читалась гордость, решимость, храбрость. И вела себя Зайна очень гордо, выпрямила спину, расправила плечи, смотрела господину Дауду прямо в глаза, пытаясь очаровать его своей красотой. Красиво посаженные брови, пышные ресницы подчеркивающие взгляд и прекрасные губы делали её идеальной кандидаткой на фаворитку в доме Грез, о чем понимала и Предвестница, глядящая на конкурентку из окна своей спальни.
Зайна была не такой высокой, несколько ниже господина Дауда, но стройная фигура, красивая девичья грудь, обладающая достаточно красивой формой, прекрасные длинные ноги, намазанные маслом и, конечно же, упругие ягодицы вызывали в мужчинах на улице желание. Малик уж точно хотел эту женщину, но старался скрывать желание. А вот Дауд ничуть не пытался скрыть свой интерес.
— Господин Дауд, — улыбнулся Парасат, — каждый господин, открывший дом, должен наполнить их красавицами по своему вкусу. Я был очень близок с вашим отцом и знал, каких женщин он желал видеть в своей постели. Так позвольте же подарить вам свою дочь Зайну, которая, вне всякого сомнения, украсит ваш дом Грёз. Дочка, покажи господину свою решимость стать его наложницей.
Глядя в глаза Дауда, дочь торговца стянула через голову голубой лиф платья, а потом, ловким движением руки, избавилась от набедренной повязки, которая упала на песок под ногами. Стоя полностью голой, она поправила волосы тыльной стороной руки и встала перед ним на колени, покорно опустив голову.
Пока Малик и Дауд, разглядывая голую дочь торговца, облизывались, Алекса стиснула зубы и презрительно зарычала. Она уже поняла, что господин Дауд примет этот щедрый подарок, от которого ей теперь придется избавиться.
— Благодарю вас, господин Парасат, — сдерживая себя, промолвил Дауд. — Я принимаю ваш подарок.
— Если угодно, вы можете остаться наедине, — предложил Парасат. — Дела никуда не сбегут.
— Это… уместно… — согласился Дауд, проглотив ком. — Локмания, приготовь наложницу Зайну.
Привратница поклонилась и не успела подойти к новой наложнице своего господина, как Зайна сама встала с земли, посмотрела в глаза Дауда и подошла к ней, чтобы поклониться. Она не сказала ни слова, однако готова была исполнить долг наложницы, как этого пожелал господин.
«Мужчины… — закатила глаза Алекса».
Соперница
***
Привратница сопроводила наложницу Зайну в баню, за ними последовал господин Дауд, а глава дома Грёз Малик проводил почетного гостя в главный дом, где ему выделили отдельную комнату. Только главный евнух Ыксан, оставшись в полном одиночестве, обратил внимание на женщину, сидящую на верблюде. Он подошел к ней, о чём-то поговорил и указал на дом наложниц, куда и направилась черноволосая женщина, спешившись с верблюда.
Раз наложнице Алексе запретили покидать дом наложниц, она решила покинуть комнату и спуститься на первый этаж, чтобы познакомиться с незнакомкой, оставленной на улице под палящим солнцем. Было любопытно, кто эта женщина и почему приехала вместе с торговцем Парасатом.
Незнакомка вошла в помещение, тряхнула пышными черными волосами, вытряхивая из них песок, потом так же ловко поправила прическу и двинулась вглубь дома наложниц. Алекса смотрела на эту женщину с лестницы и успела заметить, что та выглядит примерно одного возраста с мачехой Жасмин, однако в ней угадывались черты лица наложницы Зайны. Вывод напросился сам собой.
— Вы наложница господина Парасата? — спросила Алекса, спустившись.
Незнакомка резко обернулась, словно не ожидала увидеть в доме кого-то ещё.
— Да, ты права, — кивнула она, улыбнувшись. — Отложим рамки приличия, хорошо? Мы, наложницы, рождены только для одного и этикет Малых земель тут не имеет значения. Меня зовут Нада, я фаворитка господина Парасата.
— А меня зовут Алекса Масур, — представилась Алекса, подойдя к женщине.
— Я рада нашему знакомству, — улыбнулась Нада. — Ты пока только наложница? Не успела стать фавориткой?