Чтение онлайн

— Очень вамъ благодаренъ, сударыня, — сказалъ онъ и прибавилъ, обращаясь къ мистеру Боффину: — Я кончилъ свой чай.

— Теперь позвольте васъ спросить, — мягко заговорилъ мистеръ Боффинъ, доставая бумажникъ, — кто изъ васъ двоихъ кассиръ?

Развалившись на стул и засунувъ большой палецъ лвой руки за пройму жилета, мистеръ Ламль сдлалъ правой рукой плавное движеніе въ сторону своей супруги и сказалъ:

— Софронія, дорогая моя, пусть это будетъ твое вдомство.

— Я предпочелъ бы, сударыня, — вставилъ мистеръ Боффинъ, — чтобъ это было вдомство вашего мужа, потому что… впрочемъ, не стоитъ говорить — почему. Я предпочелъ бы имть дло съ нимъ… Но все равно: то, что я имю сказать, я постараюсь сказать по возможности безобидно. Душевно буду радъ, если сумю сказать и совсмъ безобидно… Вы оба оказали мн услугу, большую услугу (моя старушка знаетъ, въ чемъ дло), и вотъ, въ этотъ конвертъ я вложилъ для васъ стофунтовый банковый билетъ. Услуга, я нахожу, вполн стоитъ ста фунтовъ, и я съ удовольствіемъ ихъ плачу. Угодно вамъ будетъ принять эти деньги вмст съ моей благодарностью?

Высокомрнымъ жестомъ, не глядя на него, мистрисъ Ламль протянула лвую руку, и мистеръ Боффинъ вложилъ въ нее свой пакетъ. И когда она спрятала его къ себ за корсажъ, мистеръ Ламль, казалось, почувствовалъ облегченіе и сталь свободне дышать, какъ будто онъ былъ не вполн увренъ, что эти сто фунтовъ останутся за нимъ, пока не увидлъ, что пакетъ благополучно перешелъ изъ рукъ мистера Боффина въ руки его милой Софроніи.

— Я полагаю, сэръ, — заговорилъ мистеръ Боффинъ, обращаясь къ нему, — нтъ ничего невозможнаго въ томъ, что у васъ мелькала — такъ, въ общихъ чертахъ, мелькала мысль, что со временемъ вы могли бы замстить Роксмита?

— Возможно, что и мелькала, — согласился неотразимый Альфредъ, сіяя улыбкой и показывая во всемъ блеск свой носъ.

— Нтъ ничего невозможнаго и въ томъ, полагаю, — продолжалъ мистеръ Боффинъ, обращаясь къ Софроніи, — что вы, сударыня, въ свою очередь были такъ добры, что оказали честь моей старушк, прикидывая въ ум, не удастся ли вамъ въ ближайшемъ будущемъ взять ее подъ вашу опеку. Можетъ быть, вы даже надялись стать для нея тмъ, чмъ для нея была миссъ Белла Вильферъ, или чмъ-нибудь побольше?

— Надюсь, — заговорила рзко мистрисъ Ламль. подаривъ его презрительнымъ взглядомъ, — надюсь, что если бъ я была для вашей жены чмъ-нибудь, то ужъ, вроятно, чмъ-нибудь побольше миссъ Беллы Вильферъ, какъ вы ее называете.

— А вы какъ ее называете, сударыня? — спросилъ мистеръ Боффинъ.

Мистрисъ Ламль не удостоила его отвтомъ. Она сидла съ вызывающимъ видомъ, постукивая о полъ ногой.

— Повторяю, въ этомъ нтъ ничего невозможнаго на мой взглядъ. Какъ вы находите, сэръ? — продолжалъ мистеръ Боффинъ, обращаясь къ Альфреду.

— Ничего невозможнаго, — согласился тотъ съ прежней улыбкой.

— Такъ вотъ скажу вамъ, — заговорилъ очень мягко мистеръ Боффинъ, — этому не бывать. Я не хотлъ бы, чтобъ у меня вырвалось хоть одно слово, которое вамъ было бы непріятно вспомнить впослдствіи, но — этому не бывать.

— Софронія, душенька, слышишь? — проговорилъ ея супругъ насмшливымъ тономъ. — Этому не бывать!

— Да, не бывать, — подтвердилъ мистеръ Боффинъ, еще понизивъ голосъ. — Ужъ вы насъ извините. Ступайте вы своей дорогой, а мы пойдемъ своей; на этомъ, я надюсь, дло и кончится къ удовольствію всхъ сторонъ.

Взглядъ, которымъ удостоила его въ отвтъ мистрисъ Ламль, былъ положительно взглядомъ недовольной стороны, требующей изъятія ея изъ поименованной категоріи; однако она ничего не сказала.

— Лучшее, что мы могли сдлать въ данномъ случа, это — взглянуть на вопросъ съ коммерческой точки зрнія. А какъ коммерческая сдлка, онъ разршенъ, — сказалъ мистеръ Боффинъ. — Вы оказали мн услугу, большую услугу, и я вамъ за нее заплатилъ. Имете вы что-нибудь возразить противъ цны?

Мистеръ и мистрисъ Ламль переглянулись черезъ столъ, но ни тотъ, ни другая не нашли возраженій. Мистеръ Ламль только пожалъ плечами, а мистрисъ Ламль не проявила ровно ничего.

— Прекрасно, — сказалъ мистеръ Боффинъ. — Мы надемся (я, то есть, и моя старушка), вы отдадите намъ справедливость въ томъ, что мы выбрали самый простой и самый прямой путь, какой только можно было выбрать въ данномъ случа. Мы со старушкой старательно обсудили дло между собой и ршили, что поощрять васъ въ вашихъ надеждахъ и даже просто молчать было бы нечестно съ нашей стороны. Вотъ потому-то я и далъ вамъ понять безъ дальнйшихъ разговоровъ, что… — Мистеръ Боффинъ поискалъ было новаго оборота рчи, но, не найдя ни одного столь выразительнаго, какъ его прежняя фраза, повторилъ, конфиденціальнымъ тономъ: — что этому не бывать. Если бъ я умлъ сказать все это какъ-нибудь полюбезне, я такъ бы и сдлалъ. Надюсь, впрочемъ, что я не былъ слишкомъ нелюбезенъ, по крайней мр я этого не хотлъ. Итакъ, — прибавилъ онъ въ вид заключенія, — желаю вамъ благополучно идти вашей дорогой, а за симъ прощайте.

Мистеръ Ламль, съ нахальнымъ смхомъ, всталъ по одну сторону стола, а мистрисъ Ламль, презрительно нахмурившись, — по другую. Въ эту минуту на лстниц раздались торопливые шаги, и въ комнату влетла безъ доклада Джорджіана Подснапъ, вся въ слезахъ.

— О, Софронія! — воскликнула она, всплеснувъ руками и бросаясь къ ней съ поцлуями. — Милая моя, дорогая! Можно ли было подумать, что вы попадете въ такую бду! Можно ли было подумать, что у васъ съ Альфредомъ будетъ въ дом распродажа посл всего прежняго, посл того, что вы для меня сдлали! Вы оба были такъ добры ко мн… О, мистрисъ Боффинъ! простите меня за вторженіе, но вы не знаете, какъ я любила Софронію даже посл того, какъ папа запретилъ мн бывать въ ея дом. Вы не знаете, что я перечувствовала за нее, когда узнала отъ мама, что они раззорились! Вы не знаете, какъ я не спала цлыя ночи и все плакала, оплакивала мою бдную Софронію, моего перваго и единственнаго друга!

Манера мистрисъ Ламль рзко измнилась подъ дйствіемъ поцлуевъ этой простенькой двочки. Она поблднла, какъ смерть, и бросила умоляющій взглядъ сперва на хозяина, потомъ на хозяйку. И оба поняли ее безъ словъ, поняли тоньше и лучше, чмъ, можетъ быть, поняли бы боле образованные люди на ихъ мст, ибо чутье у этихъ простыхъ стариковъ вытекало прямо изъ сердца.

— Мн ни минуты больше нельзя оставаться, — говорила между тмъ Джорджіана. — Сегодня мы съ мама съ утра похали по магазинамъ, и я сказала, что у меня болитъ голова, и упросила мама позволить мн посидть въ экипаж на Пикадилли. Оттуда я прохала въ Саквиль-Стриттъ и узнала, что Софронія здсь. А потомъ мама похала въ Портлэндъ-Плзсъ къ одной ужасной каменной старух въ тюрбан (она изъ деревни пріхала), а я сказала, что мн не хочется къ ней, и что лучше я завезу карточки Боффинамъ… Простите, что я такъ просто назвала васъ Боффинами, но я такъ разстроена, а тутъ еще фаэтонъ ждетъ у подъзда… Ахъ, что сказалъ бы папа, если бъ узналъ!..

— Не бойтесь, душечка, — сказала ей мистрисъ Боффинъ. — Вдь вы пріхали насъ повидать.

— Ахъ, нтъ, совсмъ нтъ! — воскликнула Джорджіана. — Это очень невжливо такъ говорить, я знаю, но я пріхала, чтобъ повидать Софронію, моего единственнаго друга… О, какъ я тосковала по васъ, моя дорогая, еще прежде даже, чмъ узнала о вашемъ несчасть! Теперь же разлука съ вами вдвое для меня тяжелй.

Въ глазахъ гордой женщины были настоящія слезы, когда эта глупенькая, добрая двочка обвилась руками вокругъ ея шеи.

— Но вдь я пріхала по длу, — сказала вдругъ Джорджіана, рыдая, утирая слезы и принимаясь рыться въ своемъ ридикюл. — И если я не потороплюсь, я ничего не успю… Охъ, Господи, что скажетъ папа, если узнаетъ про Саквиль-Стриттъ, и что мама скажетъ, если я заставлю ее прождать на подъзд этой страшной старухи въ тюрбан! А тутъ еще эти лошади! Никогда не видала такихъ несносныхъ лошадей, какъ наши: он окончательно сбиваютъ меня съ толку, а у меня и такъ ума немного. Вонъ какъ топчутъ на улиц, точно знаютъ, что имъ на этой улиц совсмъ не полагается быть… Ахъ, да гд же это, гд? Никакъ найти не могу!