Наследница двух лун
Шрифт:
Он повернулся ко мне, и в его темных глазах отразилась серьезность, которой я еще не видела.
— Если ее уничтожить — баланс нарушится. Границы станут хрупкими. Духи начнут просачиваться в мир людей без контроля, магия одних народов будет влиять на других… Миры начнут тихо распадаться. А если она попадет в плохие руки… — он сделал паузу, — тот, кто поймет, как ею управлять, сможет стирать целые пласты реальности. Или создавать новые — по своему усмотрению. Ваш король Бэзил, возможно, видит в ней просто сильный артефакт. Но он играет с пламенем, не зная, что держит в руках всю пожарную лестницу.
Мое сердце забилось быстрее, стало жарко и душно. Я думала, что вот-вот запаникую. Все было гораздо серьезнее, чем я могла предположить.
— Почему вы мне это говорите? — прошептала я.
— Потому что вы уже в центре событий. Я чувствую это. Вас, возможно, сюда призвали высшие силы, может, неосознанно, но призвали. Вы точно что-то значите в этой истории.
***
Комната, которую Валерий мне отвел, находилась в западном крыле, в высокой башне с узким витражным окном, изображавшим падение Икара — но в синих и фиолетовых тонах, отчего оно казалось скорее меланхоличным, чем трагичным.
Комната дышала роскошью, понятной лишь тем, кто помнил вес готических сводов и шепот веков. Громада резной кровати под балдахином из темного бархата нависала в полумраке, словно ладья для плавания по снам. На туалетном столике холодное, как лунный свет на надгробии зеркало в серебряной, почерневшей от времени оправе ловило блики свечей. А под ногами, поглощая шаг, лежал ковер, чьи узоры напоминали то ли корни древнего дерева, то ли застывшие сосуды невидимой, подземной реки.
На каминной полке, свернувшись, спало маленькое милое существо. Размером с небольшую кошку, но его тело напоминало одновременно и цветок, и животное. Шкурка была покрыта мягкими, бархатистыми «лепестками» темно-синего и лилового оттенков, а из спины росли гибкие стебельки со светящимися бутонами на концах. Мордочка была кошачьей, с короткими ушками и длинными вибриссами, а когда оно во сне шевельнулось, я увидела, что вместо лап — что-то вроде мягких, цепких усиков.
— Расслабьтесь, это наш страж тишины, Серхио, — произнес Валерий, его слова обволакивали комнату, как дымок ладана. — Он не демон в привычном смысле. Скорее тень от спящего сознания, симбиот, живущий на грани яви и забытья. Он питается паузами между мыслями и обрывками грез. Может сделать ваш сон таким глубоким и ясным, будто вы смотрите сквозь толщу чистейшего льда. А кошмары пропускает сквозь сито своей сущности. Превращает в невесомый сюрреалистический бред, который наутро и вспомнить-то невозможно. И да, — в голосе Валерия мелькнула улыбка, — он безмерно любит, когда почесывают за тем местом, где следует расти уху.
Он пожелал спокойной ночи и вышел, закрыв за собой узорчатую дверь с тихим щелчком.
Я осталась одна. Тишина была абсолютной, если не считать тихого, ритмичного посапывания Серхио. Я осторожно подошла к окну, немного боясь, что лишним шумом разозлю демона. Внизу, в синей мгле сада, мелькали светящиеся шлейфы мотыльков. Где-то вдалеке, на скалах, кто-то пел — может, дымчатый леопард, а может, кто-то еще.
Но вместо умиротворения меня накрыла волна тревоги. Слова Валерия отдавались в голове тяжелым эхом. Неужели и правда может случиться конец света? Может, мне вообще следовало оставить Тетрадь Бабочек там, где она лежала, в лесу?.. Но тогда ее мог найти кто-то другой, и неизвестно, к чему бы это привело… Вдруг ее бы нашел злой колдун, который хотел бы захватить или уничтожить разные миры?
«Потому что вы уже в центре событий…»
В центре событий… Я — главная героиня этой истории? Я, которая была лишь чем-то вроде мелкой букашки или невзрачного полевого цветка в своем мире, теперь… Теперь превратилась в некую «звезду», от сияния и теплоты которой зависят судьбы целых «планет»?.. Неужели я стала для кого-то значимой персоной?
«Вас, возможно, сюда призвали высшие силы, может, неосознанно, но призвали. Вы точно что-то значите в этой истории.»
Да… В это трудно поверить… Возможно, высшие силы услышали мои мольбы о популярности, славе. Но это сбывается как-то несколько не так, как я себе представляла… Ну и ладно, что сделано, то сделано…
И Тетрадь… Она сейчас у Бэзила. А если Леон как-то воспользуется ею? Или дух Адриан, желая вернуть ее, непреднамеренно навредит?
Мысли кружились, как осенние листья в вихре. Я вспомнила Герарда — его спокойную силу, его тайное творчество. Он, наверное, уже заметил мое исчезновение. Искал ли он меня? Или решил, что я сбежала, как и обещал Леон? Что будет с Амандой, если Леон решит, что она знала что-то?
А еще Лука… Если он и правда влюблен в меня, он точно будет меня искать долго. Что же будет, если он придет сюда?..
Я легла на кровать. Бархат балдахина был мягким и холодным, и мне стало немного уютнее. Серхио на камине тихо замурлыкал — звук чем-то напоминал жужжание пчелы в цветке.
Липкий и многоголосый страх пытался заглушить спокойствие. Он шептал о погоне, о войне народов, о конце миров, о моей собственной ничтожности перед лицом таких масштабов. Я закрыла глаза, пытаясь дышать глубже.
«Ты справилась с Лабиринтом, — напомнила я себе. — Ты поймала бабочек, что могут ослеплять. Ты говорила с неуловимым духом. Ты сейчас в замке вампиров, и тебе не угрожает немедленная смерть. Шаг за шагом, ты все преодолеешь, и рано или поздно обретешь свое счастье».
Но сегодняшний шаг казался слишком большим, слишком широким. Груз знаний, который на меня свалили, был тяжелее любого корыта с бельем.
Серхио спрыгнул с полки и, неслышно ступая своими усиками-лапами, подобрался к кровати. Он посмотрел на меня своими большими, полностью черными глазами, затем прыгнул на подушку и устроился у моей головы. От него приятно пахло лавандой и теплым воском. Постепенно, под его тихое, вибрирующее мурлыканье, дыхание выровнялось. Мысли перестали метаться, превратившись в плавный, медленный поток. Страх не исчез, но отступил, став похожим на маленькую назойливую муху.
Я не знала, что будет завтра. Не знала, как спасти мир, найти свое место или просто выжить. Но сейчас, в этой странной, готической комнате, под присмотром демона-цветка, я могла позволить себе одно: не думать, а просто существовать, наслаждаясь успокаивающей тишиной и приятными запахами, которых я не чувствовала в своем мире.
Глаза сами закрылись. В последний момент я почувствовала, как милый Серхио мягко ткнулся бархатистой головой мне в висок, и в сознании проплыл образ Валерия, одетого в какие-то яркие пляжные одежды моего мира. Я невольно улыбнулась и заснула.
***
Сон пришел настолько реалистичный, что даже не верилось. Я стояла босиком на прохладном, почти влажном песке. Теплое, черное как чернила море дышало ночным прибоем. Я была в легком купальнике, и лунный ветерок ласкал кожу, как шелк.
Я огляделась и заметила Валерия, который был в темном пляжном халате, распахнутом на груди. Он стоял у воды, и отражение двух лун — одной большой, холодной и бледной, другой меньшей, розовой — колыхалось у его ног.
— Вероника, — его голос звучал не громче шелеста волн, но я услышала каждое слово. — Ты думаешь, вечность — это долго. Да, это долго. Для меня время было подобно огромной, засушливой пустыне, в которой ничего не цветет. Пока в ней не появился твой изящный след.