Чтение онлайн

Брайан склонил голову в молчаливом понимании и растворился в полумраке коридора, словно его и не было. Валерий повернулся ко мне. В глубине его зрачков, обычно холодных, как озерный лед, теперь плясали отблески леденящего расчета и какого-то темного, опасного азарта охотника, перед которым распахнули клетки со зверями. Я вдруг поймала себя на мысли, что он кажется сейчас особенно привлекательным, милым.

— Вы хотите увидеть это? — его вопрос прозвучал неожиданно, почти интимно, будто он предлагал не рискнуть, а разделить сокровенную тайну. — Увидеть, как истинные владыки ночи отгрызают друг у друга куски власти? Услышать, что они на самом деле шепчут о наследнице с человеческим сердцем?

— Это… Даже не знаю… Очень опасно, — вырвалось у меня шепотом. Я чувствовала, как колотится сердце, словно угрожая выпрыгнуть из груди.

— Все в этом мире — опасно. Вообще, леопардов бояться — в туман не ходить, — парировал он без тени улыбки. — Но знание — это кинжал, который можно повернуть острием к врагу. В Черном зале есть галерея для менестрелей. Оттуда видно и слышно все, но вас не увидят. Решайтесь же.

Я замерла. Сердце колотилось, словно пытаясь вырваться из клетки ребер и сбежать подальше от этой безумной идеи. Но под этим страхом клокотало другое — неукротимое, жадное любопытство и потребность понять. Понять, в чьих играх я стала пешкой.

— Да, — прозвучал мой голос тише шелеста пламени в камине, но твердо.

Тогда он кивнул, и в этом кивке было что-то от церемониального поклона перед началом дуэли.

— Тогда идите за мной. И будьте тише, чем ваша тень.

***

Зловещий Черный зал полностью оправдывал свое название. Стены, пол, колонны — все было отполированным темным камнем, поглощавшим свет. Синие светильники, расставленные по периметру и похожие на ледяные сталагмиты, придавали залу таинственный вид. Густой, холодный воздух очень напоминал запах метро. С галереи, скрытой ажурной решеткой из черного дерева, открывался вид на весь зал. Я прижалась к резным панелям, стараясь дышать ровнее и тише. Почему-то невольно вспомнилось, как я сидела в прохладном кинотеатре на каком-то фэнтезийном фильме. Я уже не помнила его названия, сюжета, персонажей… Но что-то внутри меня подсказывало, что я оказалась в каком-то подобии этого фильма.

Первыми вошли трое Старейшин, одетые в длинные, цвета запекшейся крови, мантии с капюшонами, откинутыми назад. Я вздрогнула. Их бледные лица напоминали лица привидений, которые настолько много просуществовали, что им стало все равно на окружающий мир. Их глаза сверкали холодным аметистовым светом. Они шли бесшумно, заняв место у центральной колонны, и даже не огляделись. Их присутствие наполняло зал давящим, древним холодом, было ощущение, будто весь мир постарел на несколько веков или даже тысячелетий.

Следом, с грохотом доспехов и тяжелым топотом, ввалились люди в доспехах Камнеградской стражи. Их было где-то двадцать. Впереди шел Леон — в дорогом, но теперь потрепанном плаще поверх камзола. На его лице играла торжествующая ухмылка. Как же он бесит своим самодовольным видом! Мне так и захотелось ударить его по лицу, чтобы стереть эту нелепую улыбку. Рядом с ним шагал высокий стражник, чье лицо я не помнила — вероятно, капитан.

— Где он? Где вампир? — громко спросил Леон, его голос грубо разорвал тишину. — Мы не будем ждать!

И, наконец, с северного входа появились оборотни.

Лука шел первым. В его человеческом облике было столько первобытной мощи, что люди невольно отшатнулись. За ним следовали бета — тот самый со шрамом — и еще четверо оборотней. Они были в простой коже и мехах, но каждый выглядел гораздо более сильным, чем среднестатистический человек. Лука остановился, его зеленые глаза медленно обвели зал, остановившись на людях, на Старейшинах. Не найдя меня, он сжал кулаки. Да, он определенно пришел за мной. Представляю, какая у него бушевала буря в душе. Он наверняка был готов на все, чтобы добраться до меня.

В наступившей тишине, длившейся вечность, раздались четкие, отмеренные шаги. Из тени за троном, который стоял на низком возвышении в конце зала, с важным видом вышел красавец Валерий.

— Добро пожаловать в Мраморные Шпили, — произнес он спокойно. — Трое сторон. Три требования. И, полагаю, один предмет раздора. Давайте начнем с формальностей. Кто первый?

Аметистовые глаза Старейшины в центре холодно сверкнули.

— Совет требует выдачи существа, известного как Вероника, — прозвучал голос, сухой и безжизненный, как шелест сухих листьев. — Ее аура нарушает баланс в наших владениях. Она привлекает внимание духов и угрожает стабильности границ. Она будет содержаться под стражей Совета до выяснения ее происхождения.

Леон тут же выступил вперед, перебивая:

— Эта девушка — беглая преступница Камнеграда! Она обманула короля, вступила в сговор с враждебным духом и похитила ценный артефакт! Она должна быть возвращена для королевского суда! И мы заберем ее сейчас же!

Лука промолчал. Он замер, и в этой внезапной неподвижности читалось напряжение дикого зверя перед броском. Хоть я и далеко стояла, но я будто почувствовала, как он смотрит на Валерия. Что-то в моей душе дрогнуло. Я не хотела, чтобы Лука вдруг превратился в волка и бросился в драку! Он наверняка думал, что я принадлежу ему, полностью и навсегда, где бы мы ни находились, как бы далеко друг от друга ни были.

Валерий скрестил руки на груди.

— Любопытно, — сказал он. — Старейшины видят в ней угрозу балансу. Люди — воровку и предательницу. — Его взгляд скользнул к Луке. — А что видите вы, вожак Белого Пера? Почему ваша стая пришла к моему порогу с волчьим взглядом?

Лука сделал шаг вперед. Люди невольно схватились за оружия. Дыхание сбилось, я чуть не вскрикнула.

— Она под защитой стаи, — прорычал он, и его низкий голос заставил вибрировать воздух. — С самого начала. Ее испытание не было завершено. Ее долг перед нами не исполнен. Мы заберем то, что наше!

Леон фыркнул, и этот звук прозвучал как плевок в сторону Луки.

— Оборотень заявляет права? — его губы искривились в гримасе отвращения. — Она принадлежит трону! Ее кровь, ее судьба — собственность короля!

— Она не вещь, — отозвался Старейшина, и его слова упали в тишину, как капли свинца. — Она — аномалия, чьи корни никому неведомы. И именно мы, хранители законов магии, вправе требовать ее для… изучения.

Напряжение взмыло, как пламя, в которое подлили масло. Воины Леона выстроились клинком. Оборотни замерли, готовясь броситься в атаку в любой момент. Старейшины оставались бездвижными идолами, но пространство вокруг них смерзлось, заставляя дрожать пламя свечей.

А Валерий, будто не замечая этого, стоял с едва уловимой, язвительной усмешкой. Он смотрел на них, как на дерущихся из-за игрушки детей.

— Резюмируем, — произнес он, и его тихий голос заставил всех на мгновение замолчать. — Три претендента, три притязания, одна девушка. Замкнутый круг. У меня есть предложение, которое сведет на нет все ваши доводы. Давайте же спросим ту, о чьей судьбе вы так пылко спорите. Ее.

Как по команде, все головы повернулись к нему. Валерий поднял подбородок. И его взгляд, холодный и неумолимый, пронзил полумрак галереи, нашел меня в укрытии теней и приковал к месту.