Чтение онлайн

Послышался стук, скрежет, могучий скрип отворяемой двери, и отряд впустили внутрь. Атийцы встречали их по стойке смирно. На стенах — знамя Карнеоласа и Атии.

— Слишком много атийцев, — буркнул Сагдиард, и Ивен Аим усмехнулся, согласно кивнув.

Они следовали по каменным коридорам верхом, пока не добрались до конюшен, где путники смогли оставить лошадей, забрать поклажу и подняться по длинной узкой лестнице, которая вела к длинному переходу в Замок.

К путникам вышел высокий седовласый, но крепкий мужчина. Он обвёл прибывших внимательным суровым взглядом и сказал:

— Я — Гелам, командующий фортом. Добро пожаловать, Ваше Высочество, добро пожаловать, сударыни Алистер, господин Рин. Здесь вы отдохнёте, для меня честь — принимать вам здесь. Гости здесь бывают не часто. Однако прошу придерживаться местных правил: не выходить на стену или покидать форт без предупреждения, не ходить по ночам по форту, держаться вместе.

Они прошли длинной процессией под открытым небом по стене к замку, словно выдолбленному в скале. Ишмерай, которая посещала такую древнюю и исполинскую крепость впервые, восторженно крутила головой. Ей очень хотелось посмотреть в бойницы, но по бокам её сопровождали атийцы, поэтому она не решилась подходить к краю стены.

Разместить пятьдесят человек было непросто, несмотря на размеры форта. Однако Гелам был предупреждён, и все комнаты приготовили заранее. Атанаис, Ишмерай и Сагрию поместили в одной комнате с двумя широкими кроватями. Марк ночевал с Акилом и Марцеллом в соседней.

Спальни жарко отапливались. Поверх одного одеяла — толстые шерстяные покрывала. Свежее чистое бельё, три рукомойника и умывальника.

— Какое облегчение! — вздохнула Атанаис. — Наконец-то отогрею ноги.

— Сагрия храпит по ночам на таких мягких постелях, — предупредила Ишмерай и получила подушкой по голове от рыжеволосой подруги.

Перед сном Королевский отряд собрался в общей столовой, чтобы поужинать и перекинуться несколькими фразами перед сном.

— Знаете ли вы что-нибудь об этих горах, господин Цесперий? — поинтересовалась Ишмерай, устало елозя ложкой по тарелке с горячей похлёбкой.

— Знаю лишь, что аваларцы триста лет назад покидали Архей тоже по тропам гор Илматара, но иным путём — тайными пещерами Авалара. Скалистый Лес в горах Илматара — граница Архея, за пределы которой сила фавнов не распространяется, посему Провидица не могла видеть свой народ, и многое в их судьбе осталось ей неизвестным. Какие только существа не населяли Скалистый Лес по древним преданиям: и свирепые драконы, и небывалые горные звери с огромными клыками, свирепые кошки размером с медведя, страшные василиски, грифоны, коварные духи горных рек…

— В духов рек верят и по сей день, — с улыбкой заметил Ивен Аим. — Моя добрая няня, ныне покойная, была родом из небольшой деревни у самых гор, и горячо верила в наяд, русалок и всех выше названных персонажей древних сказок. Рассказывала, как молодую девицу под воду утащил злой речной дух, когда та сидела на камне и тревожила его своим пением. По углам оставляли немного еды для духов-хранителей дома и всегда стращали детей духами ночи, дождя и болот.

— Духами ночи, болот да рек пугали детей не только в деревнях! — подал голос Александр, проверяющий свой меч. — Мой учитель увлекался фольклором, подкрепляя свое увлечение богатой фантазией. После его россказней я не спал ночами и представлял, как сражаюсь со всеми этими чудовищами и защищаю свою мать. Я даже убегал из дома по ночам и мчался к болоту, чтобы вызвать злого духа на бой, — граф раскатисто рассмеялся своим воспоминаниям.

— И долго же вы так бегали, господин Сагдиард? — мягко поинтересовалась Атанаис, с интересом глядя на графа, о котором они не знали решительно ничего, кроме того, что он шпион герцога, по совместительству граф Полнхольда.

— Долго, — не без удовольствия ответил граф. — Пока меня не поймали и как следует не высекли. Но на том я не остановился. И продолжал свои ночные вылазки, пока не… — тут граф Сагдиард внезапно запнулся и не смог найти слов, что, должно быть, было случаем удивительным по своей редкости. — Пока я не узнал, что… — он резко помрачнел от воспоминаний, которые ему, должно быть, страстно хотелось забыть.

— Пока ты, дорогой Сагдиард, не вырос и не оказался разочарован тем, что никаких духов рек или болот не существует, — пришёл ему на помощь виконт Аим.

Александр усмехнулся, кивнул, но когда вниманием всех завладел Цесперий, перестал выдавливать из себя улыбку и погрузился в мрачные раздумья, и лицо его при этом стало очень холодно и даже жестоко. Ишмерай же заметила каждую перемену и в голосе его, и в лице, и ей стало до того любопытно, что за воспоминание переменило его настроение столь сильно, что даже на время позабыла о своей к нему неприязни.

— Полагаю, вы, господин Цесперий, знаете множество увлекательных легенд, — с вежливой улыбкой проговорил виконт Аим. — Бесспорно, вы — самый лучший рассказчик из всех нас. Не будете ли вы столь любезны развлечь нас сказаниями?

— История Архея богата на сказания, — улыбнулся Цесперий. — Но, к сожалению, я знаю лишь малую их часть. Однако несколько всё же я припас. Если вы не слышали о Сердце Иркаллы, я охотно поведаю вам эту легенду…

— У Иркаллы есть своё сердце?! — изумился Акил.

— Разумеется, — последовал ответ. — Иркалла — не просто горная обитель, населённая тёмными тварями да духами прошлого. Архей был рождён из Иркаллы. А Иркалла находится в Кунабуле. Там родилось время, там родились ветра. Родились два брата, Иркалла взрастила их, стала сердцем Кунабулы, стало быть, она и по сей день остаётся сердцем всего Архея. Фавны верят в это.

— Вздор, — фыркнула потрясённая Ишмерай.

— Дорогая Ишмерай, — ласково пожурил её Цесперий. — Ваше негодование мне понятно, но Иркалла не всегда была тёмным пристанищем злобных тварей. Нергал сделал её такой. Она была колыбелью всего Архея, и в ней теплится его сердце. Стало быть, если она способна давать жизнь, она — живое существо.

Ишмерай помедлила, но проговорила:

— Во время странствий своих по Иркалле матушка прижимала ладонь к стенам, и они отзывались дрожью, в недрах их бушевала веселая волна жизненной силы. Так кровь бушует в жилах человека, так стучит его сердце.

— Верно, — улыбался Цесперий. — Госпожа Акме всегда считала, что у Иркаллы было сердце, подобное человеческому. Ни одна живая душа не знает, где оно. Быть может, оно находится в самих её недрах. Но пока оно живо и бьётся, ни Кунабула, ни Архей не будут знать покоя. Легенда гласит, что сердце это будет найдено только тогда, когда соберутся все семь лучей Звезды, и все семь Звезд будут готовы прийти ей на помощь. Вот, к примеру, сударыня Атанаис, — обратился он к девушке, глядя на золотую подвеску в форме звезды с Семя Лучами Благодати, подаренную ей матерью. — Что знаете вы об этой Звезде?

— Признаюсь, не многое, — скромно ответила та, явно не желая выдавать то, что поведала им Провидица. — Я знаю лишь то, что каждому из лучей соответствует каждое из государств Архея. Беллон же издревле считается её центром. Поэтому Нергал не может оставить наш край в покое. Сияние Звезды недостаточно яркое, чтобы отвратить тьму Кунабулы.

Цесперий тихо, глубоко рассмеялся и столь же тихо воскликнул:

— Но, добрая барышня, с чего бы ему оставлять Архей, если он является ему таким же домом, как и Шамашу? Вы несправедливы к нему.