Чтение онлайн

— Вы, принц, исполнили мою мечту… — проворковала девушка, отчаянно зардевшись. — Но, прошу вас, не называйте меня «Ваше Высочество»!

— Нет, моя милая, я отыграюсь на тебе от всей души! — тихо засмеялся он.

— Я пока не имею права на это титул!

— Ты — моя жизнь, Ишмерай. Все, что моё — твоё. Как не терпится произнести это клятву! «Я — принадлежу ей, а она мне…»

Ишмерай заулыбалась и опустила голову — лишь бы не потерять её из-за этой любимой улыбки.

Между тем отряд оседлал коней и вновь отправился в путь. Они поднялись в гору и оказались в тёмной пещере. Им предстояло пройти по долгому каменному коридору пару дней. Они не останавливались на обед, а шли до самого вечера, невыносимо мучая двух влюблённых, которые мечтали остаться наедине с той минуты, когда расстались ночью. Ишмерай и Марк почти не разговаривали, но их заговорщические взгляды были красноречивее любых слов. Каждый раз, взглядывая на своего жениха, девушка думала, что всё это происходит не с нею. Она разглядывала будущего мужа с изумлением и радостью и находила в нём множество черт, которых не замечала раньше — его спина была ещё прямее, голова держалась ещё выше, а при взгляде на неё у него в глазах появлялся оттенок властности. Он будто говорил: «Эта девушка — моя». Это собственничество нисколько не злило свободолюбивую Ишмерай, напротив, ей хотелось, чтобы все знали — она всецело принадлежит этому человеку.

— Едва вырвалась из-под бдительного глаза отца, снова начала ворковать с принцем, — тихо напустился на неё Марцелл, когда путники устроились на ночлег. — Его поведение тебя ничему не научило! Сколько было скандалов, разочарований, слёз! Обо всём расскажу твоему отцу: о том, как вы шушукались по углам и не слишком по-дружески любезничали друг с другом. Негодники! А он… — Марцелл кинул в сторону принца до того угрожающий взгляд, что девушка поёжилась. — Негодный сопляк!.. просто играет твоими чувствами!

— Марцелл… — выдохнула девушка, гладя его по большой мускулистой руке. — Прошу, не надо!..

— Уже весь отряд заметил, как ты на него смотришь! У кого-то даже хватило наглости спросить у меня: «Что у барышни Ишмерай с принцем?»! Какой стыд!

Девушка, затянутыми в перчатки пальцами нащупывая обручальное кольцо, боялась лишь того, что Марк мог услышать его слова.

— Если ты так и будешь бегать за ним собачонкой, он никогда не женится на тебе!

— Нелёгкий выдался денёк, верно, Марцелл? — раздалось за спиной няньки герцогских дочерей, и тот обернулся: Марк буравил Марцелла мрачным взглядом, и лишь одно Небо знало, сколько он услышал.

— Нелёгкий, Ваше Высочество, — застигнутый врасплох, но не намеренный скрывать своего осуждения, рыкнул Марцелл и сдержанно поклонился принцу.

— Тогда отдохни у огня, — вкрадчиво ответил принц. — Там много вина, и Цесперий, кажется, снова рассказывает свои небылицы.

Принц сдержал неприятную усмешку и, повернувшись к своей невесте, с тихой настойчивостью произнёс, протянув к ней руку:

— Ишмерай, идём?

Девушка густо покраснела и непонимающе поглядела на Марка, но не смогла не взять его руки в свою. Марцелл, только что отчитывающий её за слишком вольное поведение и ругавший принца за неуважение и бесчестие к ней, побагровел от подобной наглости, но не находил слов, чтобы как следует наброситься на обоих. Пока же Марцелл собирался с мыслями, Марк, приковавший к себе взгляды многих спутников своим странным поведением, стянул перчатки с рук Ишмерай, и колечко на свету игриво подмигнуло жениху и невесте.

— Так лучше, — довольно сказал он. — Пойдём.

— Куда?! — выдохнула Ишмерай в полнейшем смятении.

— К твоей сестре и твоему кузену, — последовал спокойный ответ. — Теперь они твои опекуны. Этим отвратительным слухам необходимо положить конец, — голос Марка гневно дрогнул. — Никто больше не посмеет сказать, что я использую тебя для каких-то своих прихотей. Пусть знают, чего я хочу от тебя.

Атанаис и Акил заканчивали раскладывать вещи и уже собирались отужинать вместе со всеми, но, увидев принца, ведущего к ним Ишмерай, остолбенели.

Марк говорил долго, просто, голос его дрожал, но он всячески пытался взять себя в руки. Говорил о недостойном своём поведении, самоуверенности и иных пороках. Когда же нежно поглядел на Ишмерай и начал говорить о том, что не мыслит без неё своей жизни, голос его окреп и торжественно зазвенел.

— Я люблю Ишмерай, — наконец, выдохнул он, мрачно глядя на её опекунов. — И клянусь защищать её до самой своей смерти.

— Защищать? — усмехнулся Акил. — Погляди-ка, кузина, он не просит её руки, он ставит нас перед фактом…

— Акил, заткнись, — рыкнула Атанаис.

— Если Ишмерай уверена… — кузен внимательно поглядел на неё. — И действительно хочет этого?..

— Хочу, — выдохнула Ишмерай, и глаза её сияли самыми яркими и красивыми звёздами, сияли с надеждой и всепоглощающей любовью. — Я люблю Марка всем сердцем.

— Ну… — Акил пожал плечами и заулыбался. — Я уж точно не буду препятствовать.

— Я так рада! — выдохнула Атанаис и прослезилась.

Все четверо ещё смущённо помялись несколько мгновений, после принц вдруг поклонился им и решительно произнёс:

— Благодарю вас.

Акил с Атанаис радостно заулыбались. Акил пожал принцу руку, Атанаис же кинулась обнимать сестру.

— Наконец-то! — прошептала Атанаис, и глаза Ишмерай защипало от слез.

Лишь малая часть путников поторопилась поздравить обручённых, остальные зашушукалась.

— Что ж, — тихо сказал виконт Аим рядом стоявшему Сагдиарду. — Герцог Атийский тянется к горлу короля.

— Король должен поблагодарить, что его крестница выбрала не старшего, а младшего сына, у которого едва ли найдётся хотя бы немного власти.

— Он второй в очереди на престол, — фыркнул виконт. — А впереди война… Королева не переживёт, если и кронпринц возьмёт в жёны девчонку Алистер.

— Атанаис не выйдет замуж за кронпринца… — со странной уверенностью ответил Сагдиард. — Почему герцог прятал обеих дочерей на востоке?.. Едва ли он стремится породниться с королевским домом.

— Знаешь ли, Ишмерай весьма завидная невеста. Особенно для Вальдеборгов. Мало того что герцоги Атии всегда были богаты, Вальдеборги получают в союзники Акме Рианор Алистер Праций, героиню предыдущей войны, владычицу Кунабулы. Если Ишмерай окажется и вполовину такой же сильной, эта девица слишком хороша для принцев.

— Один из которых станет королём… — вставил граф, все ещё задумчиво глядя на Атанаис.

— Королём Карнеоласа, — поправил Ивен Аим, и губы его изогнулись в усмешке.

— Могущественнейшего из государств Архея.

— Карнеолас находится на втором месте по количеству крови в истории. Крови и распрей. На первом Акидия, но она безнадёжна. При Марке I и Трене был наведён порядок. Арнил более двадцати лет пытался вести политику своего отца и деда, но, как участник войны, почти всё внимание уделил армии. Она хороша как никогда, но казна значительно опустела, да и народ не безоблачно счастлив.

— Для казны у них есть такие, как Омран. Он продал в рабство не одну тысячу человек. Но большая часть оздоровления армии стала возможна благодаря его деньгам. И если бы Марк всё же женился на Маргит Омран, казне бы стало полегче.

— Пока королевой является Альвария, казне никогда не станет легче… — буркнул Ивен.

— Не совестно ли тебе, мой друг? — усмехнулся граф Сагдиард. — Она твоя землячка.

— Она наполовину акидийка. Всегда не любил акидийцев, этих отравителей… Если бы Марк женился на Маргит Омран, я бы перестал быть его другом, ибо болванов не переношу. Ишмерай Алистер — чудесная девочка. Погляди, как она светится, и как светится рядом с ней он!