Чтение онлайн

— Да. Мы семья, не самая идеальная, но очень сплоченная и дружная семья. Парни мне как родные братья. Хотя... Это еще не означает, что иногда мы не выбиваем друг из друга дурь. Ну как иногда... Раз в день, как минимум.

Я не смогла не улыбнуться. Это... Если честно, это было даже немного мило. Эта нежность, с которой он говорил о своей жене, улыбка при воспоминании о своих друзьях... На секунду это ощущение уюта и покоя выдернуло меня из мира жестокой реальности. Но... только на секунду.

— И ты... Ты не знаешь, кто... — я собралась с духом, рука непроизвольно метнулась к плечу, но, так ничего там и не нащупав, безвольно упала на диван, — кто это был?

— Нет, — мне показалось, или его глаза действительно на мгновение блеснули и тут же погасли? Что, черт возьми, это было? — Ты ведь не смогла описать мне его. Я не знаю.

И что теперь... — я тяжело сглотнула, собираясь с мыслями, — со мной будет?

— Ты можешь остаться с нами. Но можешь быть и одна. Никто ни к чему не будет тебя принуждать. Все только по твоему желанию.

Ну да, конечно. Не считая самого обращения. Ни я, ни Крис... Никто из нас так и не произнес этого слова... Может быть, потому, что каждый из нас и так знал, о чем идет речь... Или, может быть, по другой причине. Но сейчас оно повисло между нами, заполняя собой все свободное пространство, вытесняя воздух. Вампиры. «Все только по твоему желанию». Мне кажется, или это невозможно уместить в одном предложении?

— Но мы будем очень счастливы, если ты останешься с нами. Мы сможем помочь тебе.

— Ты — может быть, а остальные? Зачем я им нужна?

— Ты подружишься с моей женой. А парни... — мне показалось, что он на мгновение помрачнел, но, скорее всего, это была просто игра света и тени, потому что уже через секунду он весело продолжил: — Будут ужасно счастливы, что в нашей компании появится такая очаровательная девушка, как ты. Они передерутся за право первыми пожать тебе руку, — он подмигнул мне, — только пожалей их и не сломай им ее, ладно? Не сразу, по крайней мере.

Я смутилась и, наверное, покраснела. У Криса была потрясающая особенность заставлять меня забыть о всех неприятных вещах. Меня, которую никто и никогда не мог заставить, если я того не хотела. А я не хотела забывать, кто передо мной. Это было опасно.

— Ты мне льстишь. А лесть — плохое качество, — я покачала головой. Надо помнить, зачем я сюда пришла. — Так ты мне все расскажешь?

Заметив мой переменившийся тон, он серьезно кивнул:

— Да, конечно. Все, что тебе захочется узнать. — И мотнул головой в сторону двери: — Может, чаю? Разговор за чашкой чая не покажется таким официальным.

Чай бы не помешал. И, что уж скрывать, что-нибудь покрепче тоже определенно не было бы лишним. Но, решив довольствоваться малым, я просто кивнула, последовав за ним в кухню, находящуюся на том же этаже, что и гостиная.

Коридор был нежно-бежевым, гостиная — небесно-голубой, минималистская же кухня была покрыта блестящей черно-белой плиткой. В отличии от общей территории — гостиной — было ясно, что здесь балом правили мужчины. Достаточно странно для кухни — исконно женской территории, не правда ли?

Крис подошел к плите и, постукивая пальцами по мраморной столешнице, наполнил водой блестящий металлический чайник. Я неловко переступала на пороге, оценивая взглядом интерьер, и внезапно заметила, как с стоящего у окна кухонного дивана спрыгнул ярко-рыжий комок позитива, и, пробежав через всю кухню и не обратив на хозяина и сотой доли своего внимания, с довольным урчанием потерся о мою ногу, цепляясь когтями за джинсы и настойчиво норовя запрыгнуть на руки.

— Модя, а ну брысь отсюда! У тебя лапы грязные! — Крис брызнул на кота холодной водой из-под крана, на что тот, уже удобно устроившийся у меня на руках, лишь фыркнул: все равно большая часть воды попала на меня, ледяным душем окатив мою футболку, джинсы и волосы.

— Черт, Аня, прости. Я хотел брызнуть на этого, — он кивнул на по-кошачьи улыбающегося довольного кота. — Асмодей, брысь!

— Серьезно? Крис, ты назвал кота Асмодеем?

— А, это... На самом деле вначале мы звали его Апельсином, потому что Влада нашла его в гараже, он спрятался там в старом ящике из-под цитрусовых. Но Арчи посчитал забавным, что вампирского котика будут звать демоническим именем. Постоянно называл его так, и эта сволочь начала откликаться. Теперь только Модя — и никак иначе. — Чайник закипел, и Крис вылил кипяток в черную, расписанную какими-то узорами, чашку для заварки.

— Он назвал кота именем демона похоти?

Он пожал плечами:

— Это Арчи. Когда ты его узнаешь, поймешь, что для него это в порядке вещей.

— Да уж, весело у вас тут, — Крис понимающе кивнул и поднял несколько разных упаковок чая, предоставляя мне их на выбор. Я указала на зеленый с мятой, и он кивнул, насыпая заварку в чашку.

— Ты даже не представляешь, как. —Он подал мне фиолетовую чашку, себе же налил в... Да ладно, чашка с кроликом? С маленьким пушистым кроликом? Я прыснула, пряча лицо в ободке чашки. Он недоуменно поднял бровь, но я покачала головой, давясь смехом. Серьезно, для моей психики это было уже слишком.

Он подал мне тарелку с шоколадным печеньем (он собирается задобрить меня перед тем, как начать разговор? Если это так, то у него неплохо получается), и, дождавшись, пока я надкушу печенье и запью его чаем, с любопытством спросил:

— Вкусно?

— Да, очень. — Это было правдой. Ну, отчасти. Печенье действительно было очень вкусным. Другое дело, что я понятия не имею, какого черта (с перепугу, наверное) я попросила чай с мятой. Ненавижу ее. Но Крису об этом знать не обязательно. Иначе посчитает меня еще более странной, чем я есть на самом деле.

— Вот как... — пробормотал он, допивая свой чай. — Это интересно...

— Что? — Я не могла не чувствовать, что он от меня что-то скрывает. — Что в этом такого?

— Ничего особенного, так... Но, я думаю, пора начать обещанное просветление?

— Такое чувство, что ты принимаешь меня в рыцари.

— Из тебя получился бы отличный рыцарь. Ты храбрее многих мужчин, которых я знаю. — Он подошел ближе и сел на диван рядом со мной, беря из тарелки печенье и надкусывая его.

— Может быть... Не знаю. Ладно, начинай. Я не подавлюсь? — Я кивнула на печенье, спрашивая, продолжать ли мне есть или безопаснее перестать.

— Вряд ли. Хорошо, думаю... Начать лучше с того, что все мы отлично принимаем обычную пищу. — Он кивнул на печенье в своих руках. — Но у восьмидесяти процентов недавнообращенных в первые несколько недель с этим проблемы. Пища не принимается организмом. Через некоторое время, правда, это проходит. У тебя, как мы видим, —многозначительный взгляд на чашку в моей руке, — этой проблемы нет.

— Так значит, это была проверка?

— Не совсем. Мне действительно хотелось угостить тебя, — он улыбнулся, чокаясь со мной чашками. — Но ты права, в какой-то мере это было проверкой на будущее. Не обижайся, я хотел, как лучше. Вначале это показалось мне действительно хорошей идеей.