Чтение онлайн

Уютные домики, крытые черепицей, крепко спали вместе с посетителями — осень традиционно приводила в купальни больше людей, желающих окунуться в горячие источники, чем в летнюю изнуряющую жару. И только двое в этом мире тишины бодрствовали: глава клана Асюло и его ранний гость, командующий Сюэ.

Они стояли на тропинке, ведущей к Мосту бессмертных, обозревая сонный пейзаж под ногами, и тихо беседовали.

— Армия Асюло готова, Тёмный владыка, — первым делом доложил Сюэ Моцзян.

Цуймингуй сегодня выглядел умиротворённым, что радовало командующего не меньше встречи со старшим побратимом. Похоже, обида рассеялась, как туман на теле Хуаншань, гонимый бодрым солнечным утром?

— Выступаем через три дня, — голос Цуймингуя был также спокоен, как и его лицо.

— Ань Син откроет Великий барьер?

— Она просила называть её Люй Инчжэнь, — беглая улыбка коснулась губ главы Асюло и растаяла вслед за туманом.

— Значит, ты получил отказ?

— Я не просил, чтобы не получать отказа, — голос Цуймингуя внезапно налился привычным холодом.

— Но разве ты не хотел избежать потерь среди асуров? — удивился Сюэ Моцзян.

— Покажи мне карту Девяти Сфер.

Командующий начертил в воздухе несколько символов, разворачивая карту небес — сгусток серебристой энергии превратился в многоуровневое изображение с метками, указывающими на дворцы, охранные посты небесного воинства и хранилища артефактов.

— Я войду здесь, — палец Цуймингуя указал на точку чуть западнее дворца Дафэн — карта ответила на касание разноцветными всполохами. — Используя яшмовый браслет барышни Ин, я получу небольшой проход, способный пропустить отряд лазутчиков. Ты же с основным войском явишься к главным вратам Небесного города и затребуешь встречи с Юй Цзымином.

— Он не придёт. Ты же знаешь этого гордеца.

— Верно, не придёт. Но и нам не нужны переговоры. Как только я окажусь внутри, защитная формация будет сломана. Твое дело дождаться этого часа и начать наступление.

Сюэ Моцзян свернул карту, но не спешил уходить. План неплох, но он так и не услышал, какую роль во всём этом сыграет дочь генерала Ань.

— Послушай, Цуймингуй-басюн… — начал командующий, но глава Асюло велел ему замолчать, подав знак рукой.

— Хочешь узнать о ней?

— Да, хочу.

— С твоей маленькой подругой Син-эр ничего не случится, Моцзян-бади. Я отвёл ей слишком незначительную роль в этом представлении.

— Какую? — Сюэ Моцзян жадно впился взглядом в лицо Цуймингуя — его, будто вырезанный из цельного нефрита профиль чётко проступал на фоне быстро светлеющего неба. — Что ты поручил Ань Син?

— Она вернётся в Небесный город и предупредит Юй Цзымина о готовящемся нападении демонов из клана Асюло.

Сюэ Моцзян не поверил собственным ушам. Зачем отдавать вновь обретённую невесту врагам асуров?

— Цуймингуй-басюн… прости… Ты пьян?

— Если хочешь спросить, зачем я рискую ею, то это отнюдь не риск. Самое опасное место в Трёх мирах одновременно и самое безопасное для неё. Она сбежала с Кушань. Не достоин ли такой поступок всяческого уважения, а сама Владыка-страж доверия?

Сюэ Моцзян хотел возразить, но передумал. Глава Асюло редко менял принятые решения — упрям, как старая ослица!

— Если она скажет, что асуры нападут через десять дней, Юй Цзымин примет меры. Даже, если не верит ей до конца, он будет действовать, — продолжил Цуймингуй, не глядя в его сторону, — и обязательно прикроет главные врата Небесного города, направив туда лучших воинов. Чем ослабит тылы, посчитав область близ Великого разлома безопасной.

— Так ты искал Ань Син не ради примирения… — с некоторым разочарованием заметил Сюэ Моцзян. — Всего лишь использовал, как пешку…

Цуймингуй холодно усмехнулся.

— На этот раз я выбираю клан Асюло. Командующий считает такой выбор ошибочным?

Желание бросить вызов здесь и сейчас стало почти непреодолимым, как жажда в летний полдень. Командующий отвернулся. Если останется здесь дольше, он не ручается за себя!

— Безупречный план, Тёмный владыка, — нехотя похвалил он главу Асюло и добавил чуть тише, — Но как посмотришь Ань Син в глаза, когда она догадается?

— Оставь будущее будущему, Моцзян-бади, — прохлады в низком голосе Цуймингуя ни убавилось. — А пока возвращайся на Кушань. И Гуэр-фу забери с собой. Пусть в эти дни не показывается в мире смертных.

— Слушаюсь, Тёмный владыка, — высокая фигура командующего Сюэ растворилась в воздухе, оставив Цуймингуя наедине с собственными мыслями.

Возможно, у него хотя бы сейчас, в полной тишине и одиночестве, проснётся совесть?

Но, если честно, Сюэ Моцзян не верил в такое везение. Старший побратим никогда не уступал, считая своё мнение единственно верным. Спор с ним этим утром не принёс бы ничего, кроме очередных подозрений. А зачем главе Асюло лишний раз сомневаться в своём командующем накануне наступления?

Люй Инчжэнь проснулась на рассвете и долго лежала неподвижно. Случившееся минувшей ночью походило на дурной сон. Да она и на самом деле спала: сладко, без видений, как младенец из мира смертных. Только вот пробуждение не назовёшь приятным.

Ощупав тело рукой, небожительница убедилась — одежда, действительно, в беспорядке. Не видение, не сон и не иллюзия, а самая настоящая реальность предстала перед её мысленным взором во всём невообразимом уродстве. Она провела с Цуймингуем ночь! Запястья до сих пор болели от его пальцев. Ныло и в других местах, о которых вспоминать не хотелось.

Рывком сев на постели, Люй Инчжэнь укуталась одеялом до самого подбородка. Ну, что за позор для высшей небожительницы, проснуться в таком виде! Хорошо, хоть комната пуста. Она осторожно выбралась из-под одеяла и наведалась к узлу с одеждой — госпожа Лю была гостеприимной хозяйкой, поэтому приказала сшить для спасительницы своего сына несколько дорогих нарядов.

Люй Инчжэнь в спешке перебрала одежды и недовольно вздохнула — сплошные платья! Что же, придётся надеть. Выбора нет: либо нагой возвращайся на Девять Сфер, либо в ярком женском платье, не любимом до сплёвывания кровью.

Поправив узкий поясок светло-жёлтого наряда, Люй Инчжэнь прислушалась к себе. Кровь, а вместе с нею и вся внутренняя ци беспрепятственно циркулировали внутри. Она опустилась на пол и нарисовала руками большой круг перед собой — энергия следовала за кончиками пальцев, оставляя по себе едва заметный искристый след. Ещё один выверенный и такой же привычный взмах — внешняя ци плавно направилась к нижнему даньтяню, не вызывая ни холода, ни жжения.

Он на самом деле сдержал данное слово — исцелил истерзанные ядом духовные каналы! Но почему тогда ушёл с рассветом, не дождавшись её пробуждения?