Чтение онлайн

— Здесь точно никого? — послышался напряженный шепот Касмейры.

Некромант недовольно вздохнул, пригреб к себе девушку и сонно заверил:

— Никого: ни мертвых, ни живых. Живка сторожит, не переживай.

Харт попытался найти в темноте взглядом кошку, но не смог.

— Я сейчас его прикопаю, — придвинувшись, горячо зашептал ему на ухо Таврис.

— Копалку сломаешь, — невозмутимо ответил Харт. До капитана видимо тоже дошло, что обстоятельства не позволят покуситься на честь дочери, и он отправился за одеялом — на всякий случай лечь рядом.

Не успел.

— Здесь поровнее вроде, — пробормотала Лиран, укладываясь с другого бока некроманта.

— Точно, — подтвердила вторая фаттарка, пристраиваясь рядом с Касмейрой, так как место рядом с Лиран занял Шильярд.

— И дует меньше, — зевнул Луньярд, расстилая плащ.

Рядом покашляли, и Харт поспешно отодвинулся, освобождая пространство. Народ дружно подтягивался к некроманту, словно тот был опорой всеобщего спокойствия.

— Дохлый пепел, — выругался Третий, понимая, что еще немного — и все ближайшие места будут заняты.

— Кидай уже кости, — дернул его за рукав капитан. — Я тебе место занял. Слушай, ты сказал он отмороженный, так почему девки к нему сами липнут? — и он выразительно покосился на спящего в окружении девиц некроманта.

— Может, потому что он тут самый опасный? — хмыкнул Харт, вытряхивая из своего свертка одеяло.

Утро встретило их зверским холодом и блеклым, повисшим над горизонтом солнцем. Собирались быстро — желания задерживаться ни у кого не было. Умывались водой из озера, ее же набрали для питья, проведя очистку — фаттарцы постарались.

— Если кто-то чувствует, что сила расходуется, а резерв не пополняется — сразу сообщить, — предупредил магов Харт. Кто его знает, что там впереди. Может, фаттарцы присоединятся к ставшим ныне беспомощными без магии стихийникам.

— Все нормально, — успокоил его Туман. — Только наполнение медленнее происходит.

Харт кивнул, принимая к сведению. Он уже успел привыкнуть к существованию без стихии, когда огонь вызывался лишь при использовании чужой силы. Только у фаттарцев резерв… Не маленький, конечно, но ни в какое сравнение с резервом того же Шильярда. Пока огневики справлялись артефактами, стараясь задействовать гостей по минимуму: поставить охранный периметр, очистить воду, но в случае опасности придется отбиваться тем, что есть. И уменьшение возможностей отряда Харт воспринимал, как будущее поражение.

До эпицентра они добрались к вечеру третьего дня, полностью вымотанные, уставшие и безразличные к окружающим чудесам. А здесь было на что посмотреть: стеклянные леса из спекшегося песка и камней, блестящие поля сверкающих кристаллов, хрустевших под ногами, гребни с застывшими внутри пузырями — словно кто-то забыл там россыпь гигантских украшений, озера из черного камня, на которые невозможно было смотреть из-за слепящего отражения солнца, смущающие разум миражи.

Второй ночью они по незнанию разбили лагерь с полем сверкающих кристаллов — красиво же. Только с наступлением темноты эта красота начала стонать, скрежетать, подвывая, словно сотня великанов с больными зубами. Пришлось накрывать лагерь звуконепроницаемым щитом и выставлять усиленный караул.

После полудня местность начала повышаться. Все чаще попадались заполненные серой пылью впадины, в которых ноги тонули по щиколотку и был шанс провалиться в скрытый провал.

Ветер носил по долине вихри. Один они пропустили, позволив приблизиться. Не спасли даже спешно натянутые на лица повязки — в одно мгновенье отряд погрузился в серую круговерть. Кожи Харта коснулось что-то колюче-острое, а в следующий момент он ощутил, что падает куда-то, в ушах нарастает гул, затем перед глазами полыхнуло белым, и он с опозданием скомандовал: «Щиты».

Сверкающие полотна разрезали опасную серость, и вихрь, словно испугавшись, умчался дальше — гулять по равнине.

— Что это было? — потрясенно выдохнул Таврис, оттирая голову от пыли.

— Не уверен, но меня словно пеплом накормили, — пожаловался Третий, отряхиваясь. В голове все еще гудело, перед глазами мелькали белые пятна.

— В этом месте даже пыль может убить, — уважительно протянул капитан, оглядываясь.

Успокоив вальшгасов, отряд медленно двинулся вверх по вздымающемуся склону гигантской горы, у которой верхушку словно срезали ножом.

Они достигли этой самой срезанной верхушки вместе с закатом.

Харт потрясенно замер на краю гигантской чаши, выбитой в земле. Ее края уходили за горизонт, и садящееся за их спинами солнце било косыми лучами в противоположный борт, раскрашивая его в неистовые цвета: кроваво-красный, сиреневый, грязно-рыжий. Полосатые, как кусок пирога, стены обнажали слои породы. Казалось, землю взболтали колоссальной ложкой, перемешав ее недра в бредовой каше. Где-то внизу, в полутьме, поблескивали жирными, черными бликами целые реки застывшего стекла.

Дно терялось в глубине, затянутое вечными сумерками. Густой, тяжелый, с металлическим привкусом на языке воздух не хотелось вдыхать.А еще здесь было тихо. Ветер, долбивший их спины на равнине, стих, словно боялся спускаться в чашу. Лишь изредка из глубины доносился отдаленный, сухой треск — лопался, не выдерживая векового напряжения, еще один пласт спекшейся породы.

Солнечный свет не достигал дна, и там царила вечная тень. И в этой тени Харту почудилось шевеление, словно нечто пробудилось в гигантской могиле, почуяв их присутствие. Он напряг глаза, но так и не смог понять, было ли это движение на самом деле.

— Нам точно туда? — разрушил тишину чей-то испуганный шепот.

— Кратер, как кратер, — пожал плечами Сергей, присаживаясь на корточки и заглядывая внутрь. — Края крепкие, обрушиться не должны. Вот там удобный уступ есть и довольно широкий. Можно переночевать. Хоть пыль глотать не будем, а то у меня вся кожа от нее зудит.

Судя по лицам остальных, уверенность некроманта они не разделяли.

— Ты ничего не чувствуешь? — поинтересовалась Касмейра, с опаской разглядывая дно.

— Если и чувствую — оно далеко, — «успокоил» девушку Сергей.

Кошка спрыгнула первой, оглянулась выразительно на хозяина, и тот последовал следом, цепляясь за неровности руками. От нужной площадки их отделяло метров пятьдесят — несколько минут перебирания когтями для вальшгасов.

Фаттарцев и девушек спустили на спинах животных — звери осторожно выбирали путь по опасному склону, используя желоба и избегая сыпучих участков. Асмасцы, привыкшие к жизни в горах, добрались сами, стараясь идти тем же путем, что и вальшгасы. Такийцы от помощи отказались, но хоть веревкой связались — одного пришлось вытаскивать — сорвался.