Чтение онлайн

– То есть... Вы не против, чтобы я жил тут и занимался бессмертием?!

– Не против. Могу даже совет дать.

– Давай.

– Ты, если забирать у людей смерть собираешься, то дай замену. Просто без смерти жить - страшно, непривычно и непонятно. Определенность нужна. Есть у тебя замена?

Замены у Дауты не было. Поговорили еще. Евстроп объяснил, почему Дауте скоро надоест с бессмертием возиться:

– Жизнь у каждого своя, личная, и она кончается. И смысл жизни у каждого свой. Как уговорить людей сменить смысл жизни? Жизнь-то кончается, это он больше жить не будет. А ты лезешь в нее, мешаешь. Получается, будто ты его личность атакуешь. Поговорить с тобой - поговорят, но делать ничего не будут. Один ты в поле не воин, Вовка.

Дауте предоставили в соседнем коттедже две комнаты на втором этаже. Евстроп отвел его лично, познакомил с главным по коттеджу. Даута вежливо поздоровался, удалился в свои новые палаты, позвонил родителям, чтоб не беспокоились, и завалился спать. Проснувшись вечером, не сразу понял, где он. На новом месте всегда так поначалу. Неуютно. Надо привыкнуть. Спустился в столовую. Там как раз ужинали. За столом сидели трое, все мужчины. Приветливо пригласили к трапезе. Познакомились, разговорились. Компания Дауте понравилась -- теплая, веселая, без фальши, без надрывного болезненного якания.

15. = + -

Даута подал заявление об увольнении со скорой помощи. Отговаривать его не стали, просто хмуро попросили поработать еще месяц - людей не хватает. За этот месяц он нашел с Фридой общий язык - со скорой увольняться не обязательно - уговорил, свозил ее на собеседование в Ирбочку. Там Фрида пришлась по душе. К ее способности притягивать и предугадывать неприятности отнеслись серьезно. Евстроп попросил её объезжать всю автономку раз в месяц и "чистить карму". Причем дали полномочия командовать в потенциально критических ситуациях. На возражения о свободе воли, о том, что каждый сам должен выбирать, Евстроп дал замечательный ответ: "Мы уже выбрали. Я от имени всех жителей осознанно прошу Вас вмешиваться в наши судьбы". Такое простое решение проблемы со свободой воли ошарашило Фриду. Она с сомнением поглядела на Евстропа, но возразить было нечего. В общем, договорились: Фрида переехала в автономку, продолжила работать на скорой и с удовольствием взялась "чистить карму" Ирбочке.

Даута же принялся бороться за бессмертие. Начал он с социальных сетей, создавая где только можно группы борьбы за бессмертие, наполняя контентом, сочиняя лозунги в стиле: "надо что-то делать со смертью, хватит терпеть смерть", с утра и до глубокой ночи таскаясь по интернету и приставая к людям. Дело не клеилось.

Неожиданно отозвались какие-то сумасшедшие с предложением за деньги заморозить труп Дауты или хотя бы его голову в жидком азоте до "лучших времен". Дауту так и подмывало ответить им: "Алё! Клоуны! Откуда возьмутся лучшие времена, если никто для этого ничего не делает?" Единственное, что останавливало от дискуссии, так это уверенность, что "клоуны" просто рубят деньги и плевать они хотели на "лучшие времена" - лохотронщиков нет смысла в чем-то убеждать.

Еще набегали неадекватные болтуны, желающие насильно научить уникальному своему взгляду на правильную жизнь. В обсуждениях приходилось биться именно с этими "философами".

"Смерть - необходимый элемент эволюции", - писали "философы", - "Она нужна для эволюционного развития вида". "Смерть нужна, чтобы освободить душу от бренной телесной оболочки, чтобы душа смогла попасть в рай". "Смерть заставляет задуматься о вечном и ценить каждый миг жизни - всё хорошее в человеке сформировано смертью". "Смерть побуждает людей к развитию, к творчеству. Без нее люди обязательно деградируют". "Чем больше смертей, тем лучше! Массовая смерть от войны заставляет двигаться научный прогресс". "Надо освобождать дорогу молодым. Старики уже пожили, пусть имеют совесть". "Подумайте о детях!" "Старики не способны переобучиться -- бессмертные закоснеют и будут тормозить развитие". "Смерть сокращает сумму общего зла на планете, потому что злые люди умирают". "Вечная жизнь бессмысленна, люди не хотят жить вечно, они просто боятся умирать". "Жить вечно -- это грустно. Бессмертные успеют всё попробовать, ощущения притупятся, всё надоест". "Бессмертные не смогут всё запомнить, всё не влезет в голову, станут маразматиками". "Вечная жизнь -- это наказание". "Человек смертен, зато человечество бессмертно". И самое убийственное: "Всё, что родилось, всё должно умереть. Если есть начало, то должен быть и конец. Бессмертие нарушает гармонию вселенной". Н-да, ложь многолика, а правда одна.

Весь этот шабаш густо загаживался троллями и обсуждения низводились до уровня помойки. "Какой прогресс?!" - размышлял Даута.
– "Посмотрите на себя, прогрессмены чертовы! Где вы и где развитие. Вы же лицемерите. Плевали вы на развитие".

Нашлось только двое-трое осторожно сочувствующих. Остальные, присоединившись к Даутиным группам, тупо молчали, не реагируя ни на какие запросы, никак не проявляя активность. Единого, цельного сообщества не выходило даже в интернете, хотя раньше Дауте казалось, что на любую дрянь там можно найти любителя.

Такие дела творились в соцсетях. В принципе Даута ожидал, что будет противодействие, однако не переставало поражать это удивительное единодушие -- нет единомышленников в соцсетях. Где их искать?

Тут еще Серега Лурасеев проведал, что брат перебрался в автономку - начал звонить, проявлять вдруг интерес к бессмертию. Договорились встретиться в кафе, обсудить. "Ох, Серега. Знаю, что тебе надо обсудить".

Перед поездкой на встречу Даута подошел к Евстропу.

– У меня брат в Ирбочку просится, - промямлил он виновато.

Евстроп кивнул и предложил взять с собой на встречу Николая - одного специального человека, чтобы на месте собеседование провести.

– А сюда? Меня и Фриду вы чаем поили.

– Не, Вовка. Сюда его везти не надо. Ему там, на месте откажут.

– Даже смотреть не будете?

– Ну ты же сам его не хочешь тут. Фриду вон - сразу предложил. И глаза горели, готов был биться за нее. А брату ты просто отказать не можешь - это понятно. Поэтому поедет Николай, сделает всё вежливо. Не переживай за брата. Не умирает же он без Ирбочки?

– Вроде не умирает.

Поехали вдвоем с Николаем. Серега в кафе уже сидел. Ждал, правда, одного Дауту. Тот с порога представил спутника, пояснил про собеседование. Лурасеев быстро справился с неожиданным поворотом сюжета, сориентировался. Даже не стал егозить и глупо вышучиваться, как делают некоторые, застигнутые врасплох. По-деловому, быстро заполнил анкету, тест. Разрешил себя сфотографировать. Николай собрал бумажки в черную папочку, пообещал позвонить и вежливо попрощался, оставив братьев тет-а-тет - они же хотели поговорить.

– Возьмут?
– спросил Серега.

– Нет, не возьмут, - честно ответил Даута.

– Ясно.

Они помолчали немного. Лурасеев хмыкнул и сказал:

– А резкие они ребята. Быстро всё. И культурно. Прям, уважение вызывают.
– Он сделал паузу и грустно добавил: - Скажи Николаю, что звонить мне не надо. Я вежливых отказов уже наслушался за свою жизнь.

Пальцы Дауты медленно складывали салфетку пополам, аккуратно сплющивая сгиб, чтоб получилось остро. Потом еще раз пополам.

– Я бы тебя взял, - сказал он, кладя сложенную салфетку на стол.

– Да это понятно, - задумчиво произнес Серега.

– Ладно, пойду.

Даута начал подниматься из-за столика.

– Погоди. Что там у тебя с бессмертием-то?

Даута сел обратно, достал из нагрудного кармана ту самую, первую, бумажку: "Задачи Бессмертных". Лурасеев ознакомился.

– Мутаций не хватает.

– Да это в физиологию вписывается.

– Ну да. А ресурсы? Они же кончаются.

– Точно. Их не вписал. Забыл, - улыбнувшись, сказал Даута.