Чтение онлайн

Индийский океан — охотиться на птиц, рыбачить и нагуливать жир.

Но на птиц и зверьков лимановый плывун не прочь поохотиться в любое время

года, и потому, если он съест мауса-тень, он обратит внимание на самца

морской птицы и легко стряхнёт его с дерева с известной целью. Вместе с

яйцами и гнездом.

К счастью для многих, всё обошлось. Маус-тень не упал в воду, а тихо подобрался к бурезову-водорезу со спины и одним

укусом попытался было прикончить его. Поскольку самка уже прилетела и

заметила непрошенного гостя, то одним ударом клюва-лезвия она убила его и

поделила тушку со спасённым ей самцом. Тушка была неплохой закуской для

птицы размером с индюка. Довольные, они «сменили караул».

Но не сменил караул хищный гольян. Тот самый, что лично убил соседей уцелевшей

«часовой стрелы». Он кругами нервно плавал в глубокой части заводи и

ждал, пока птица опустится низко над водой, и он одним прыжком поймает

её себе на ужин. Нервы были от голода, а голод — от нереста и отсутстия

доступной добычи, и прыжки за птицами были для него редким способом

прокормиться.

И случай подвернулся. Детёныш лиманового плывуна! Безукоризщненный бросок, и бывший грызун проглочен, проткнутый

глоточными зубами, и попал в огромный желудок покрытой старыми шрамами

рыбы-охотника.

Это происшествие успокоило остальные семьи лиманомаусов, хоть и принесло горе одной из них. Так плотно поев, гольян

поплывёт на юг к своим, нагуливать жир в круговом течении единого моря и

оставит эти места в покое. Рождение двойни и тройни у морских грызунов —

норма, и поэтому семья плывунов не осталась совсем бездетной.

А вспугнутые всеми этими событиями неоценовые перелётные воробьи, летевшие

в Большую Африку на зиму через эти богатые пищей леса и штормовое море,

в немалом числе стали пищей для крупных орлиных моряков. Чёрная и

шустрая птица размером с ястреба-перепелятника, прячущаяся в похожем на

крону дерева — оно обрастает ветвями, так что оно и есть часть кроны

солёного дерева! — гнезде, вылетела вместе с пятью своими бодрыми

собратьями при обнаружении «сигнала тревоги», мигом рассыпавшись по небу

как бы одной «цепью» и стала ловить серых плотных птичек, убивая их

ударами очень острых тяжёлых клювов и тут же хватая тушки когтистыми

чёрными лапами. Так они и охотятся, резким броском, для долгой охоты

большой орлиный моряк не создан — тяжёлые клювы не дадут долго

преследовать добычу. А вот перелётные птицы различных видов, летающие во

все сезоны — прекрасное лакомство наряду с падалью и мелкими маусами.

Они очень любят ловить последних, в отличие от малого орлиного моряка

размером с голубя и питающегося лишь редкой падалью и многочисленными

насекомыми. из-за малого размера и склонности жить по сотне особей в

общественном гнезде для защиты потомства, этот бывший воробей обитает в

самом лесу дальше от моря.

Поймав, сколько нужно, — по два перелётных воробья каждый, не меньше, — все большие моряки, сверкая

обсидиановыми перьями, полетели обратно домой. Один самец даже понёс в

клюве третью птичку, теряя из-за этого в скорости, но доставил свежую

добычу по назначению без каких-либо проблем. Вот самка-то обрадуются его

обильным трофеям! Как и прочие — трофеям своих мужей.

Жизнь продолжается.

Глава 8. Единое море и подводные леса.

Чем прозрачнее воздух, тем ярче солнечный свет. Чем прозрачнее проза, тем

совершеннее её красота и тем сильнее она отзывается в человеческом

сердце.

Паустовский Г. К.

Единое море, родившееся благодаря сочетанию закрытия Гибралтарского пролива новым высоким горным

хребтом, самих морей древности — Средиземного, Чёрного и Красного — и

Индийского Океана, просто наполнено жизнью в осеннее время, прямо перед

суровой, очень долгой ледниковой зимой. Все хотят успеть сделать все

свои дела перед путешествиями в другие моря потеплее или зимним режимом

жизни. Однако переход от очень жаркого и короткого лета к зиме —

суровая, ветренная осень с ливневыми дождями. Особенно это проявляется у

моря, и единое море — тому прямое доказательство.

Ураганы опустошают берега моря повсюду, водные смерчи и ливень не оставляет шансов никому. Или оставляет?

Если приглядеться, то скалы недалеко от бесплодного камня словно пульсируют

по всей площади. И цвета они серо-зелёного. С первого взгляда покажется,

что это водоросли, но это не так. Это леса из морского терновника!

Да-да, того самого, вездесущего в неоцене потомка старого доброго

тернового куста. Терновые кусты, уже не сумевшие закрепиться в

кустарниковых лесах умеренных и экваториальных районов, составили новое

семейство — каменные терны (Lapisspinaceae) — и выбрали иной путь. Горы,

все каменистые равнины и скалы около морских берегов, даже песчаные

морские берега — вот их среда обитания. В сравнении с прочими терновыми

деревьями они неказисты по высоте — 1-3 метра, не выше. Но их адаптация в

более мощных корнях, способных ломать мелкие камни, как старенькая

ореходробилка — орехи. Теперь даже буря, ураган в 50 метров в секунду не

может вырвать такое «дерево» при всех стараниях!

Также морские разновидности каменных тернов — например, солёное дерево, — на манер

голоценового мангра освоили биохимическую защиту от соли и потому не