Чтение онлайн

Это было невыносимо. Их молчаливое присутствие давило сильнее, чем открытая угроза. Они были воплощенным приговором, напоминанием о том, что мы опоздали.

— Они ждут, когда мы проиграем, — сказала я вслух.

— Нет, — Ариман качнул головой. — Они не наделены такой сложной эмоцией, как ожидание. Они — зеркало. Они отражают процесс. Конец, который уже наступил, но еще не осознан до конца.

Дорога становилась все более опасной. Мы пробирались через лес из окаменевших энергетических потоков, похожих на гигантские черные кораллы. Воздух был густым и сладковатым, пах озоном и разложением. И повсюду — они. Их бледные фигуры скользили между деревьями, беззвучные и равнодушные.

В какой-то момент я не выдержала. Я остановилась и крикнула в сторону ближайшей Тени:

— Что вам нужно? Почему вы следите за нами?

Существо повернуло ко мне свое идеальное, пустое лицо. Его губы дрогнули, но не для речи. Оно... улыбнулось. Это была не улыбка радости или признания. Это была улыбка абсолютного, леденящего душу понимания чего-то, что мне было недоступно. Затем оно медленно подняло руку и указало куда-то вперед, за деревья.

— Не трать силы, — тихо сказал Ариман, беря меня за локоть. — Они не ответят. Они просто существуют. Как боль в ампутированной конечности. Она не говорит тебе ничего нового, она просто напоминает о потере.

Мы вошли в Храм Творения. Воздух здесь был густым и неподвижным, словно само время застыло в ожидании. Пахло остывшим пеплом и чем-то еще — сладковатым и тяжелым, как запах увядающих цветов. Стены храма, некогда покрытые сияющими фресками, теперь потемнели и потрескались. Сквозь щели в куполе пробивались лучи тусклого света, освещая наше шествие к центру зала.

В самом сердце храма, на массивном каменном алтаре, пульсировало Сердце Элириума. Оно оказалось меньше, чем я представляла — размером с персик, но излучало такую мощную энергию, что воздух вокруг дрожал. Свет исходил из него неровный, прерывистый. По поверхности Сердца ползали черные прожилки, напоминающие ядовитых змей — они извивались, сжимались и разжимались, питаясь сиянием святыни.

— Смотри, — тихо сказал Ариман, останавливаясь в нескольких шагах от алтаря. — Они высасывают из него жизнь.

Я присмотрелась внимательнее. Действительно, черные нити глубоко впивались в светящуюся плоть Сердца, и с каждым ударом пульса свечение становилось все слабее и неувереннее. От этого зрелища по коже пробежали мурашки.

— Что будем делать? — спросила я, чувствуя, как сжимается сердце.

Ариман медленно подошел ближе. Его лицо было серьезным, в уголках губ залегла глубокая складка.

— Нужно очистить его. Но я не знаю как. Если просто уничтожить паразитов, можно убить и само Сердце. Они уже стали частью его.

Он протянул руку, но не коснулся поверхности, лишь провел пальцами в сантиметре от светящейся сферы. От его прикосновения воздух заискрился.

Вдруг со стороны входа послышался едва уловимый шорох. Мы разом обернулись. В арочном проеме стояла одна из Теней Лианы. Но сейчас она выглядела совершенно иначе — ее форма была почти прозрачной, размытой, а в глазах, всегда прежде пустых, читалось странное выражение, похожее на осознанность.

— Она... помогает? — недоверчиво выдохнула я.

Призрак медленно поднял руку. От его тонких пальцев потянулась к Сердцу серебристая нить, похожая на паутинку. Когда нить коснулась поверхности святыни, черные прожилки на мгновение отпрянули, словно обожженные.

— Смотри! — не удержалась я от восклицания.

Но эффект оказался недолгим. Едва серебристый свет ослаб, черные нити снова поползли вперед, становясь еще гуще и агрессивнее. Тень отшатнулась, ее форма задрожала и стала еще более прозрачной.

— Не хватает силы, — тихо констатировал Ариман. — Одна ничего не может.

В этот момент в дверях появились другие Тени. Сначала несколько, потом десятки, а вскоре их набрались сотни. Бесшумно они выстроились по кругу, образуя живую цепь вокруг алтаря. От каждой к Сердцу потянулись тонкие серебристые нити, и свет в Храме стал заметно ярче.

— Они работают вместе, — прошептала я, пораженная открывшимся зрелищем.

Ариман смотрел на это с странным, сложным выражением лица.

— Лиана знала. Она создала их не просто так, а как инструмент очищения. Последнюю линию обороны.

Но даже объединенных сил Теней оказалось недостаточно. Черные прожилки не отступали, а лишь замедлились. Внезапно одна из Теней, стоявшая ближе других к алтарю, вздрогнула и рассыпалась в сверкающую пыль. Затем вторая, третья...

— Они гибнут! — крикнула я, чувствуя, как сжимается горло.

Ариман сжал кулаки так, что костяшки побелели.

— Нужно помочь им. Но как?

Я посмотрела на его лицо и поняла — он боится. Но не за себя, а за меня. Эта мысль странным образом успокоила меня.

— Вместе, — сказала я просто, подходя ближе. — Ты же сам говорил, что наша связь — это сила.

Он покачал головой, и в его глазах читалась настоящая тревога.

— Слишком опасно. Я не знаю, что будет с тобой. Эта энергия... она может уничтожить тебя.

— А что будет со мной, если мы ничего не сделаем? — мягко спросила я. — Мы все умрем. Или станем такими же, как они. — Я кивнула на продолжающих исчезать Теней.

Он молча смотрел на меня несколько секунд, его взгляд бегал по моему лицу, словно пытаясь запечатлеть каждую черточку. Наконец он тяжело вздохнул.

— Хорошо. Но при первых признаках опасности — отходишь. Договорились?

— Договорились, — солгала я, прекрасно понимая, что не отойду, даже если придется заплатить самую высокую цену.

Мы подошли к алтарю с разных сторон. Ариман положил свои ладони на светящуюся поверхность Сердца, я — поверх его рук. Его пальцы были холодными, как лед, но там, где наши кожи соприкасались, возникало странное тепло.

— Закрой глаза, — тихо сказал он. — И представь себе свет. Чистый, как утреннее солнце. Яркий, но не слепящий.

Я послушалась, опустив веки. Сначала ничего не происходило. Лишь пульсация Сердца отдавалась в моих ладонях. Потом я почувствовала легкое покалывание в кончиках пальцев. Оно быстро усиливалось, распространяясь по рукам, и вскоре превратилось в жгучую боль, будто мои вены наполнялись расплавленным свинцом. Мне захотелось отдернуть руки, но я сдержалась, стиснув зубы.

— Дыши глубже, — услышала я голос Аримана, доносящийся словно издалека. — Не борись с болью. Прими ее. Пропусти через себя.