Чтение онлайн

который обещал найти вас, чтобы поучаствовать в спасении Эланор.

Очень приятный человек".

Второе же письмо, запечатанное сургучом, оказалось написано уже упомянутым главным ширрифом Южного Заскочья Мэттом Бриннингом, адресованное всем четверым хоббитам. В нём он вкратце подтверждал всё сказанное в послании Рози и скреплял это своей подписью и особым цветным гербом-печатью. После воцарения на престоле Гондора короля Арагорна такие печати в Шире стали неизменным атрибутом всех должных лиц, начиная от самых мелких ширрифов и заканчивая мэром[17].

Прочитав эти свитки, хоббиты пришли в ещё более благодушное расположение духа, а последние затаённые сомнения в Радагасте растаяли как дым. Особенно радовался Сэм, перечитавший письмо жены несколько раз.

– - Вернёмся -- всех отблагодарим по достоинству, -- важно сказал Мерри, пряча письмо ширрифа за пазуху.
– - А пока давайте разведём костёр и позавтракаем, как это полагается добропорядочным хоббитам.

Глава 8. Сильные чары

Встреча с Радагастом ознаменовалась для хоббитов полноценным вторым завтраком. Точнее говоря, завтрак сегодня у них был первым по счёту, но по времени выпадал как раз на второй. Оголодав за последние дни, на радостях они собирались, не раздумывая, набить утробу по самое, что называется, не хочу. Однако маг на корню пресёк эту попытку самоубийства, выделив всем четверым небольшие, строго дозированные порции.

– - После нескольких суток жизни впроголодь не умно сразу нагружать желудки едой, -- пояснил он, -- ибо это чревато страшными коликами и даже смертью. И не спешите проглатывать, жуйте медленно.

Как бы хоббитам ни хотелось есть, к словам Радагаста они прислушались. Выпив в конце по дополнительной чашке чая, они закурили свои трубки и некоторое время сидели у костра, задумчиво смотря на пляшущие языки пламени. Чародей тоже закурил, периодически поглядывая на своих подопечных и выпуская уже не птичек и гнёзда, а разнообразные дымные листочки -- то дубовые, то берёзовые, то кленовые.

– - Радагаст, -- вдруг позвал Пиппин, -- так вы в силах нас расколдовать? Мы ведь не можем в таком виде продолжать преследование! Мы будем вам очень признательны...

Волшебник снова окинул хоббитов оценивающим взглядом, а потом кивнул.

– - Прямо сейчас можно и попробовать, -- сказал он, откладывая трубку.
– - Вставайте все в ряд.

Тщательно скрывая своё волнение, парни послушно выстроились перед ним в линию. Радагаст тоже поднялся с камня и взял в одну руку свой посох. Ненадолго задумавшись, он прикрыл глаза, а затем внезапно распахнул их и повелительным тоном выдал какую-то абракадабру, поведя свободной рукой в сторону хоббитов. Тотчас на них словно бы дохнуло горячим воздухом, отчего бедолаги сильно пошатнулись и невольно отступили на шаг назад. Но на этом всё и закончилось -- никаких изменений с их внешностью, увы, так и не произошло. Маг нахмурился и сходу проговорил новое заклинание. Только и в этот раз никаких метаморфоз с хоббитами не случилось. Нахмурившись ещё сильнее, Радагаст опять погрузился в размышления, иногда кидая косые взгляды на четвёрку друзей.

Впрочем, он достаточно быстро вспомнил ещё одно заклинание и тут же неразборчиво забормотал его. От этих слов кристалл на его посохе вдруг запульсировал мягким изумрудным светом, лучи которого чародей как бы стал собирать в ладонь, делая затем бросающие жесты в сторону хоббитов. И вновь на них повеяло ветерком, правда, теперь уже холодным, но всю компанию от него, напротив, почему-то бросило в жар.

Когда-то Гэндальф назвал Радагаста великим магом. А вот Саруман отзывался о нём иначе, считая его "дураком" и "простаком". И многострадальные хоббиты сейчас были готовы признать частичную правоту ныне покойного колдуна, потому что последние чары Радагаста наконец-то возымели действие, хотя совсем не то, на которое все рассчитывали. Едва волшебник дочитал магическую формулу, как нос Сэма начал стремительно меняться и за считанные секунды превратился из небольшой колбаски в настоящий... хобот длиною в добрый фут. Причём этот хобот вдруг стал жить совершенно самостоятельной жизнью, помимо воли садовника хватая его то за волосы, то за уши, то ещё за что-то.

– - Ой!.. Ой-ой-ой!
– - трубно вскричал Сэм, когда непослушный хобот больно ткнул его в глаз.
– - Господин Радагаст, миленький, это не мой нос! Я не елефант и никогда им не был и быть не хочу!..

Крякнув с досады, маг быстро коснулся кристаллом посоха лба Сэма, отчего во все стороны брызнули крупные зелёные искры. Непроизвольно зашипев, точно от ожога, тот ошеломлённо почесал слегка покрасневшую кожу и вдруг заметил, что его нос как будто начал уменьшаться. И действительно, спустя короткое время он превратился в прежнюю сардельку.

Хоббиты тревожно переглянулись. По счастью, последнее заклинание Радагаста коснулось одного лишь Сэма, но всё равно это вызвало у них некоторые сомнения в отношении колдовских возможностей мага.

Точно почувствовав их мысли, тот тяжело вздохнул и мрачно уронил:

– - М-да... Как же с вами тут непросто. Давненько мне не задавали столь заковыристой задачки...

– - Что-то не так?
– - спросил Мерри.

– - Да всё не так!
– - Радагаст окинул хоббитов напряжённым взглядом.
– - Уж больно хитрое заклятье на вас наложили. Оно либо вообще не реагирует на мою волшбу, либо вызывает побочные изменения форм. Это всё значительно усложняет, и придётся импровизировать, прежде чем я нащупаю нужную комбинацию чар. Вы готовы продолжать?

– - А чем это нам грозит?
– - осторожно спросил Сэм, опасаясь повторения метаморфоз со своим носом.

– - Конечный результат я не могу предсказать, -- честно признался маг.
– - Это станет очевидным лишь в процессе эксперимента. Но не волнуйтесь, я постараюсь не сделать хуже. Вы только сразу сообщайте обо всех изменениях своего самочувствия.

Ещё раз переглянувшись, хоббиты неуверенно кивнули, и Радагаст немедленно произнёс новое заклинание. Оно подействовало моментально, но опять выборочно -- теперь от него пострадали уже Фолко и Мерри. У первого вдруг значительно удлинились и загнулись кверху четыре зуба на нижней челюсти, напоминая теперь небольшие бивни, а у второго неожиданно подросли в несколько раз уши.

– - Ну воф, феперь и мы, как елефанфы!..
– - насилу выговорил Фолко, с ужасом ощупывая свои клыки.

– - Нет, сейчас ты больше похож на мумака!
– - прыснул Пиппин.

Сэм тоже улыбнулся, невольно признавая его правоту. Ведь, в отличие от них, Фолко ещё не доводилось встречать настоящего живого мумака, а вот изображение элефанта он уже видел в книгах.

Однако Радагаст строго цыкнул на весельчаков и живо вернул Мерри и Фолко к прежнему виду лёгким касанием посоха. Правда, следующее же его заклинание вновь обезобразило горемык, заставив лица всех четверых полностью покрыться огромными бородавками.

– - Вот же гадость!
– - скривился Пиппин, брезгливо трогая мясистый нарост на своём носу.
– - Теперь нас можно в родичи к жабам записывать!

– - Скажи спасибо, что сам в жабу не превратился, -- проговорил Сэм.

– - Ну, не всё ещё потеряно...
– - многозначительно бросил Мерри.

Впрочем, превращать их в жаб Радагаст пока не торопился. Вместо этого он исправил последний недочёт и тут же ненароком породил новый -- нос у Сэма вдруг стал пунцовым, а уши Мерри -- зелёными. При виде этого Фолко и Пиппин так и покатились со смеху.