Чтение онлайн

Пусть Мурза думает на меня. Так даже лучше. Скоро я выведу ее из себя. Чувствую, что осталось совсем немного.

Голиков подсовывает мне свои художества, по-идиотски поджимая губы. Пробегаюсь взглядом по его сочинению и сразу возвращаю лист.

— Ты больной извращенец, — цокаю недовольно. — Ты хоть о чем-нибудь думаешь кроме этого?

— А че не так? — хмыкает недовольно. — Думаешь все прям кинутся вызывать бесплатного сантехника или записываться на халявный маникюр? Вот это тема! — размахивает листом. — Отбоя от желающих не будет, увидишь!

— Делай, что хочешь, — машу ладонью делая вид, что мне все равно.

Сложно не согласиться с этим придурком. Но я лучше изображу безразличие к этой идее. На секунду представляю, что подобного рода звонки поступают мне. Меня тут же передергивает, к горлу подкатывает тошнота.

— Ну так что, печатаем или в топку?

— Делай, что хочешь, — повторяю я, поднимаясь с дивана, направляюсь в ванную.

Мне не нравится это. Все, что я делаю сейчас — подло. Но эта подлость не переходит определенных границ. Пусть это будет на совести Лехи. Я его не просила. Он сам изъявил желание мне помогать.

Я ни о чем не жалею. На войне все средства хороши, а у меня слишком далеко идущие планы на жизнь. Мне нельзя пасовать.

— Джер! Джер! — Оборачиваюсь на голос Лехи. — Ты уже видела? — подсовывает мне телефон. Беру в руки его разбитую, покоцаную трубку, закатываю глаза, увеличивая забор расписанный красной краской. Меня окатывает холодным потом, ладони потеют, рубашка липнет к спине. — Ты дебил? — спрашиваю его тихо, поднимая глаза. — А имя на хрена ты ее написал? — шепчу.

— А че такого? — шепотом возмущается Голиков.

— Придурок! Номера телефона было бы достаточно. Ты бы еще ее фото приклеил!

— А это идея! — восторженно восклицает он чуть громче.

— Уймись, идиот! — цыкаю на него встречаясь взглядом с оглядывающимся Костылевым.

— Че пялишься? — бросаю ему с пренебрежением на соседний ряд. Волька опускает глаза и дальше смотрит в свою тетрадь.

— Удачно, кстати, этот заборчик расположен. Там в двух кварталах ПТУ. Представь сколько желающих…

— Да замолчи ты! — снова затыкаю его шепотом. Бросая взгляд на биологичку занятую проверкой работ.

Я сижу на третьем ряду за предпоследней партой, Голиков позади меня. Весь класс перешептывается передавая друг другу записки. Ирина Сергеевна делает вид, что погружена в проверку лабороторных ашек. Сразу чувствуется, что человек опытный. Ей не важно, каким образом будет написана лабораторная, главное, что она в принципе будет. Тут на пятерки почти никто не претендует.

Сердце начинает стучать быстро-быстро. Голиков тот еще придурок. Его шуточки и подколы в адрес Мурзы всегда были самыми похабными и пошлыми. Пацаны троллят его, утверждая, что он на нее запал. Если это действительно так, то он очень нестандартно демонстрирует ей свою любовь.

Русский у нас третьим уроком, и я жду его с тревогой в сердце.

Она сама виновата, — убеждаю себя раз за разом.

Зачем она связалась со мной?

— Джерри, ты уже решила в чем пойдешь на выпускной? — склоняясь над моим ухом шепчет Мухина.

Да какой выпускной?!

У Алины одна извилина. Больше думать не о чем, как только о выпускном. Все, включая ее уверены в том, что в конце четверти Мурза выставит всему классу нормальные оценки. Никто не позволит ей завалить такое количество учеников. Всем то, возможно, выставит, а вот мне… А вот мне вряд ли.

В субботу итоговое родительское собрание. Мама до сих пор в депрессии после похорон деда и точно на него не пойдет. Она даже знать о нем не должна. Я заблочила номер классной на ее телефоне. Надеюсь, та не станет названивать ей с другого номера. Вообще нашей классручке абсолютно наплевать на то, что творится сейчас в нашем классе. Она не вылезает из больниц, вроде как, лежит на сохранении. Ее обязанности временно возложили на престарелую технологичку, и той так же на нас фиолетово, как и всем остальным. Одна Мурза здесь принципиальная, была бы проще, работала бы спокойно. Но нет! Ей обязательно нужно было лезть в бутылку!

— Сдаем тетради! — голос биологички заставляет очнуться. По классу проносится недовольный, встревоженный гул. Дежурный собирает работы. Звонка еще не было, но гомон в классе стоит такой, что голоса Ирины Сергеевны уже даже не слышно. — Девятый «Б»! Напоминаю, что на следующем занятии будет тестирование, повторите тему: Развитие и смена биогеоценозов. Биологическое разнообразие как основа устойчивости биосферы.

— Ну вы совсем нас не жалеете, Ирина Сергеевна! Каждый урок то лабораторная, то тестирование! Вы знаете, как мы загружены? — нудит Голиков словно он собирается что-то учить.

— Голиков, у тебя подряд две двойки стоят, советую тебе посерьезней отнестись к подготовке.

— Где две, там и три, — вздыхает Леха.

Наконец раздается звонок все подрываются с мест.

— Вебер! Ты помнишь, что ты дежуришь в столовой сегодня? — окликает меня Лизка.

— Помню, — закидываю рюкзак за плечо.

— Хорошо тебе, а меня Лизка в библиотеку в началку записала, — зло сверкает глазами в сторону старосты Мухина. — Купишь мне булочку? Я потом тебе деньги отдам.

— Если не забуду, — направляюсь на выход.

— Джер, не забудь пожалуйста, я не успела позавтракать, все время сожрал гадский макияж, четыре раза переделывала, — жалуется Алина следуя за мной.

Наш класс на этой неделе следит за порядком. Я обычно дежурю в гардеробе. Делаю вид, что дежурю. Просто стою на входе, уткнувшись в телефон, а Кулак или Цыпа, гоняют малышню, не переобувшуюся в сменную обувь. Лизка переделала расписание и внесла мою фамилию в список дежурных по столовке. На самом деле мне все равно, где торчать на перемене, поэтому не стала скандалить с ней. Что-то мне подсказывает, что она этого ждала. Учителя тоже иногда дежурят, у них там какой-то свой график. Я точно знаю, что дежурство Мурзы периодически выпадает на нашу неделю, поэтому есть вероятность, что встретиться с ней, мне удастся еще до урока.

В столовке стоит дикий гомон. На второй перемене кормят начальную школу. Здесь следить не за чем. Они все равно приходят завтракать со своими классными. Дети неугомонно галдят. Столы уже накрыты. Ученики рассаживаются, согласно закрепленными за каждым классом столами.

Бросаю рюкзак на свободный стул и присаживаюсь за стол. Четвертым у нас физика. Пролистываю тетрадь Кулака, он любит физику и всегда делает домашку. Это единственный предмет, по которому у него пятерка, остальные трояки.