Чтение онлайн

Тортур только освободился и вышел в приемную из тронного зала. Энтин и Нэвлис еще ожидали своего приглашения – из гостевой комнаты раздавались их голоса. Кам прошел через другую дверь и посмотрел прямо в глаза Его Величеству.

– Вы кто? – сердито спросил Тортур и тут же, услышав низкое горловое пение Кама, замолчал и сонно зевнул.

– Я – новый Верховный жрец. Посланник Небесного Отца, Старший Сын на земле, – нечеловеческим голосом прогудел шаман.

Тут дверь гостевой открылась, и секретарь короля впустил министра экономики и замминистра промышленности. Тортур ошалело помотал головой. Кам невозмутимо отошел в сторону и встал, заложив руку за спину.

– А вы кто? – удивленно спросил король.

– Господин? – непонимающе переспросил Энтин.

Затем принялся витиевато рассказывать повелителю о своих планах сходить в разведку и заполучить стратегически важный предмет. Кам слушал вполуха и пренебрегал непонимающим взглядом лисенка. Мысли его были далеко. А вот Тортура речь министра привела в бешенство.

– Возьмите пять батальонов! Разворошите змеиное гнездо! С этим, конечно, надо уже разобраться раз и навсегда! Проложить дороги, проставить укрепленные пункты, отсечь от поставок. Нам в любом случае нужно наконец расширить наземный путь в Бленси. А пока возглавьте карательный поход и разведайте обстановку! А вы… – он ткнул пальцем в Кама.

– Я новый верховный жрец, государь, – сухо повторил Кам.

– Да помню я! – возмутился Тортур. – Пойдете с ними! Будете воодушевлять отряд! Тут важно объяснить, что кроме веры в Небесных родителей, никакой иной нет, и быть не может! А иноверцев важно уничтожить. И стоят против них не женщины, а злые духи в их телах! Если все пройдет успешно, и солдаты будут сражаться без колебаний, это станет первым вашим духовным подвигом!

Когда аудиенция закончилась, Нэвлис дотронулся до плеча Кама, но тот сбросил руку, продолжая шагать вперед.

– Да что с тобой, Кам?

Кам угрюмо мотнул головой. Потом остановился. Зажмурился. И тихо выговорил:

– Дар убил Майму.

– Не может быть! Откуда ты узнал?

Кам не ответил. Лисенок засуетился, встал прямо перед ним, попытался заглянуть в глаза.

– Ладно, у тебя есть свои источники. Но ты не видел этого своими глазами! Рано кидаться обвинениями! Мы должны поговорить с Даром. Я не знаю, Кам… Мы скоро все выясним. Возможно… была причина?

– Да. Поговорим. Выясним. – хрипло повторил Кам, глядя на Нэвлиса исподлобья с трудом сдерживаясь от того, чтобы поднять его на рога и воткнуть в стену. Князек слегка побледнел и отступил.

Халгана

Смерть готовилась унести Эслин в облике одержавшего победу Смеха или самого Дархана в его нечеловеческом состоянии. Могла поглотить ее утробой темного леса или пастью обезумевшего ящера. Однако долгожданное появление Красных даровало ей нерушимую уверенность в том, что мир, как податливое тесто, подчиняется воле хозяйки. Казалось, что по венам течет жидкая сталь, из ноздрей вырывается жар, а земля еще долго лелеет печать ее поступи. Непостижимо, но это состояние провело ее тропой удачи.

Эслин кралась по кромке тьмы, огибая стволы и отводя ветки, пока не услышала звук, с которым большие кожистые крылья разрезают воздух. Ее тело все еще жаждало боя, поэтому девушка пустилась вперед, ловко перепрыгивая коренья и кочки. Летающий ящер разминался перед полетом на травяном холме. Казалось, что он купается и танцует в свете ночного солнца как шаман, исполняющий ритуал, понятный лишь ему и духам. Эслин замерла за широким стволом. Мистическое зрелище заставило ее сердце замедлиться.

«Нужно дать ему имя. Это… Туслах! Иного и не представить. “Помощник” на горском наречии».

Хищник резко развернул корпус в ее сторону, хотя видеть девушку не мог. Затем нетерпеливо качнул головой, давай, мол, выходи уже. Морда существа оставалась во тьме, но Эслин всем своим нутром всматривалась в его чувства и намерения, которые сквозили в движениях тела. Собран. Спокоен. Готов подняться в воздух. Дожидался ее? Не то, чтобы. Скорее, предчувствовал, что явится, но улетел бы, опоздай она хоть на миг. Девушка провернула запястья, продолжая разбирать оттенки настроения ящера, и Зеленые с готовностью вползли в ее руки. После жгучих и режущих Красных, эти казались ласковыми ужами с прохладным гладким телом.

Туслах переступил с ноги на ногу, и Эслин, ощущая его нетерпение, приблизилась к боку зверя, вынырнула из-под крыла и запрыгнула на спину. Небесный конь качнулся, привыкая к ноше, и издал протяжный горловой скрип. У Эслин вырвался смешок. Она заползла повыше и похлопала его по основанию шеи:

– Нелегкая выпала ноша, птичка?

Туслах ехидно заклокотал, и девушка рассмеялась в голос. Хоть ящер и казался крупным, ощущение это создавали раскидистые крылья, вытянутая шея и внушительный череп с гребнем, а вот спина оказалась довольно узкой, да и вообще форма тела хищника сверху напоминала фигуру мужчины с широкими плечами, разве что ноги втрое короче рук. Эслин улеглась на своего Небесного коня и крепко обхватила шею. Туслах тут же сорвался с места и вперевалку побежал вперед, используя сгибы крыльев как передние конечности. Ноги Эслин начало кидать из стороны в сторону. Она напрягла и развела их, а Туслах наконец поймал ветер, оттолкнулся от земли, распахнул крылья и сделал несколько сильных взмахов.

Лес начал отдаляться, ночные огни села остались позади, а перед взглядом Эслин поднялась мрачная и плотная стена гор. Ветер свистел в ушах наездницы и резал глаза, но девушка не удержалась от радостного визга. Туслах так точно скопировал этот визг, что вызвал у нее новый приступ смеха. Конь ей достался с чувством юмора. Очевидно, он и сам был рад вновь подняться в воздух, однако, Эслин ощущала и его настороженность, хотя не понимала ее причин.

Смотреть вниз ей нравилось. Впервые поднявшись в воздух, она не ощущала страха, как дети не понимают опасности, забираясь на кухонный стол, пока мать отвернулась. На высоте Туслах парил в воздушном потоке, лишь изредка взмахивая крыльями. Когда девушка совсем осмелела, она осторожно уселась на загривок Небесному коню, слегка держась за его шею, а потом нашла баланс и вовсе отпустила руки. Контролировать ситуацию помогали Зеленые Нити. Она ощутила недоумение зверя и даже поймала тонкое желание накрениться. Пришлось ощутимо шлепнуть шутника по спине. Освоившись немного, она вновь легла и продолжила любоваться предгорьями в бледном свете звезд. А вот и светлая нитка дороги, петляющая между бурно заросших лесом скал. Туярык – грозный рык. Наверняка на диком плато за ее горным городом живут существа и похлеще летающих ящеров, только кому охота проверять?

Время в полете не ощущалось, и Эслин подумала, что прошла вечность прежде, чем показалась крупная проплешина в лесной шевелюре, клубок, из которого и выпала ниточка дороги – Халгана. Город, в котором не насчитать больше десяти тысяч жителей, зато каких. Испокон веков здесь обитали горцы, во главе общин которых стояли старейшие и уважаемые женщины. Позднее к ним присоединились иноверцы всех мастей, бежавшие из Ангардаса, а затем и вообще все неугодные власти и недовольные ею же.

Эслин натянула зеленые поводья и попросила крылатого помощника снизиться. Ее домик находился в центре, но Туслаха хотелось укрыть от чужих глаз, поэтому они приземлились на поляну возле леса, неподалеку от храма Небесной Матери. Ящер вновь проскакал на четырех конечностях, прежде чем остановиться, и наездницу изрядно потрясло, но она была так рада возвращению, что крепко вжалась щекой в спину зверя. Затем соскользнула на землю и заглянула ему в глаза:

– Туслах, твоя рана… Это сделали люди?

Она крепко сжала Нити и пригляделась. Недоумение. Возмущение. Воспоминания, связанные с удивлением и опьяняющим вкусом победы.

– Боги, ты нападал на человека?! Ладно, пока не будем об этом. Значит, свои?

Ящер издал низкий боевой клекот.

– Пытался свергнуть прежнего лидера, но все же уступил в опыте, да? Опасался, что заметят тебя? – Эслин ласково потрепала Туслаха по шее. – Что ж, ты снова здоров. Лети и покажи им, кто главный. А после, возвращайся ко мне, если захочешь. Ты почувствуешь меня.