Чтение онлайн

Нэвлис задумался:

– Но раз такое уже было, Энтин и командир войска наверняка выделят часть сил для продвижения вглубь горной страны и в обход, чтобы предупредить ваши фланговые удары и диверсии.

– С какой стороны он планирует подойти? – с нажимом спросила черноволосая девушка в фиолетовом костюме. Она достала из ящика стола карту и подтолкнула к нему. Нэвлис показал, и все склонились над столом. Эслин задумчиво произнесла:

– На подходах к Халгане есть дорога-змейка, где из-за скал невозможно видеть все войско целиком. Там же и возвышение, и обрыв. Отличное место, чтобы их разделить. К тому же, так близко мы их еще не подпускали. Я посоветуюсь с опытными соратницами, но основная стратегия будет той же – кто-то отвлечет и возьмет огонь на себя, а кто-то подготовит главный удар.

– Сейчас наши интересы сплелись воедино. Энтин ведь неспроста загорелся тотемом – Кам считает, что его натравили враждебные нам духи. Так что используйте Дара и Сармика. Да и я поучаствую в военном совете, с твоего позволения. А там, быть может, вернусь и отвлеку их, чтобы выиграть время перед началом.

Дархан подошел ближе к Эслин, жестянки на его шее звякнули.

– Он прав. Война против духов – не ваша война. И если они поддерживают его армию, то мы сделаем все, чтобы защитить вас и тотем. Настало время обновить клятву, госпожа.

Эслин скрестила руки на груди:

– Я не хочу больше быть обязанной за помощь.

– Повторюсь: я ничего от тебя не прошу. Все обещания только с моей стороны и лишь чтобы сохранить во мне человека в пылу сражения.

Эслин нехотя кивнула и протянула руку. Дар тотчас сделал надрезы на своей и ее ладони. Окно тут же распахнулось, и в дом ворвался поток горного ветра, а снаружи заметались птицеобразные сабдаки, взявшиеся словно ниоткуда. Люди не видели их, но ощущали недоброе – никто даже не взглянул в сторону окна, не говоря о том, чтобы прикрыть створки. Духи местности с криками пролетали мимо, заглядывая в зал, но в этот раз они недоверчиво присматривались к «медальонам» шамана и удивленно обсуждали их значение между собой. Дархан понял, что его ничто не отвлечет, и нараспев произнес:

– Буду твоим я братом, сестра, а горам я сам буду гора. В родстве с тобой обернусь стеной. Не пройти сквозь меня, не столкнувшись со мной. Я дух места живой и врасту здесь скалой. Чужаки, не встречайтесь со мной.

Он соединил кровоточащие ладони и поцеловал девушке руку. В зале все замерли. Нечего и гадать – каждый ощутил, как сквозь глотку шамана, вместе со словами, заглянуло в комнату что-то древнее, как здешняя земля, и осветило клятву низким грудным вздохом. Даже сабдаки притихли – одни разлетелись, а другие уселись на карниз снаружи. Дар заглянул в лицо Эслин. Ее самоуверенность мгновенно сошла с лица. Девушка вновь напомнила ему олениху-важенку, как в самую первую встречу – изумленная, настороженная и колеблется – подойти или дать деру. Он не шевелился. Надо не спугнуть, дать привыкнуть. Но трепетное мгновение оборвала деловая брюнетка: она резко мотнула головой, хлопнула руками по столешнице и призвала своих подруг к действиям. Сармик не растерялся и тут же попросил у Эслин помощи: требовалось сделать полноценное облачение и собрать подношения для обряда. Королева кивнула им на миниатюрную рыженькую девушку и спешно покинула зал со своими спутницами. На подготовку к битве у них было меньше двух дней. Северяне спустились на улицу и отошли к деревянному мостику через небольшую речушку. Сармик уселся и подгреб к себе мелкие камушки и стал по одному кидать их вниз. Дархан сел рядом, свесив ноги, а Нэвлис навис над ним и принялся гневно вопрошать:

– В тебе Уоюр? В тебе? Ты мог его контролировать? Ты мог повлиять на все эти смерти в Изысках? Ты знал?

Дар раздраженно приложил руку к виску.

– Успокойся. Сядь!

Лиса это не успокоило. Он принялся ходить туда-сюда, повысил голос и осыпал Дархана отборной бранью, попеременно обращаясь к Нуму и вопрошая, как он допустил такую чудовищную шутку. Шаманы переглянулись, и Дар устало перебил его:

– Лучше ответь, что с Камом? Почему ты оставил его с Энтином и сказал про кровь?

– Потому что он узнал про Майму, очевидно! – рявкнул Нэвлис. – Мы еще и до этого дойдем. Как это вышло?

– Ее убил Уоюр. Но я ему позволил. Иначе она бы убила меня. И неизвестно, чего бы Майма наворотила, захватив Уоюра, – нехотя пояснил он.

– Захватив? – Нэвлис явно опешил и по-привычке запустил руки в волосы, но пальцы, не найдя нужной длины, бессильно соскользнули вниз.

– Чистая правда! – отозвался Сармик. – Майму обманули. Она захотела посадить Уоюра в тотем, но не чтобы закопать, а чтобы использовать. И для этого убить Дара. А я – просто убить Дара, и все его составляющие. Но я жив. Теперь видишь, что даже покушение для нашего Неподарочка – не повод мстить? Добрейший человек, терпимый. Но с крошкой Ма пришлось попрощаться.

Нэвлис потер лицо и покачал головой.

– Подобного следовало ожидать… Майма ведь еще в Талви говорила, что хочет захватить силу и стать королевой. Но я и подумать не мог, что что-то произойдет еще до прибытия в горы…

– Только это? Захватить силу и стать королевой? – нахмурился Дар. Будет еще обиднее, если Нэвлис получил зацепку про духа еще в Изысках. Хотя, какая к сихиртя уже разница?

– Только это. Иначе сказал бы тебе! – Лис в моменты растерянности всегда напоминал сторожевую собаку, которая с привязи не может ничего сделать и вымещает злость в пустом лае. Дархан вдруг посмотрел на него новыми глазами и отчетливо понял, что Лис давно и до самых костей завидует силе шаманов. Что он бы сделал, получи силу Уоюра?

– Тогда постарайся вспомнить, что еще рассказали духи четверо Каму! Про меня он знает? – спокойно уточнил Дар. Считать другом этого человека расхотелось. Дружили ли они вообще когда-либо? Кажется, с обновленным Сармиком ему приятнее общаться, и тот больше его понимает. Да и с Камом они могли бы сойтись, если бы не Майма.

– Мне он этого не сказал, – Лис, взялся вертеть свои кольца, но его пальцы оказались непривычно пусты, и он ругнулся. – Но он не сказал бы и так. Это ценное знание, но как им распорядится Кам – не могу предположить. Мне даже страшно к нему возвращаться…

– Извернешься. Отречешься от меня, насулишь чего-нибудь ему, как и всегда, – безразлично проговорил Дархан, с сожалением думая о Каме. Оставить Майму в живых было нельзя, и особо виноватым он себя не считал, но все же без удовольствия отметил, что снова стал причиной горя. Когда это закончится?

Нэвлис вскинул голову и, поправив свой новый щегольский костюм, заявил, что должен присутствовать на совете с Эслин. Шаманы проводили его задумчивым взглядом и отправились на поиски рыженькой подруги королевы. Девушка приказала называть ее Мизинцем, записала все пожелания в блокнотик и испарилась. Постепенно к замку Эслин начали подходить люди, таща заказы шаманов. Сама Мизинец вскоре явилась с плащами светлого и густо-синего цвета, и мелочами для одеяний. Дар не надеялся, что в спешке найдется что-то приличное – ему был важен смысл предметов. Но рыженькая малышка настолько дотошно подошла к делу, что все детали, вплоть до орлиного перышка, создавали праздничное и солидное впечатление, а шаманов превращали в мистические фигуры, внушающие трепет.

Облачившись, Сармик и Дархан вышли на пустырь, что отделял окраину города от заветной пещеры. Не сговариваясь, они нашли это место самым благоприятным. Солнце уже собиралось на отдых, за подготовкой прошло полдня. В священной Зеленой пещере вовсю шла работа. Было хорошо видно, как несколько горцев под руководством Средней, как ее представила Мизинец, вывозили тачки с камнями из пещеры. Толпа местных наблюдала за их деятельностью, сгрудившись возле невысокой ветвистой ивы, густо украшенной разноцветными лентами. Судя по взмахам рук и ропоту, кто-то негодовал, но Средняя вышла к ним, заговорила, и ропот стих. Дар не удивился. Эта девушка еще в зале поразила его умиротворенным лицом. Не безразличным и отсутствующим, а преисполненным обожания и доверия ко всему сущему. После разговора с ней некоторые местные даже вызывались помогать, а остальные потихоньку потянулись обратно в город, останавливаясь возле их обрядового места.

Сармик сложил дрова и развел огонь. Голубая крутилась рядом с ним, без конца поправляла волосы и сыпала вопросами. Смех явно благоволил девушке, потому что с удовольствием откликался:

– Да. Просто он белый шаман, а я черный. У нас разное предназначение. Дархан склонен вести беседы с божествами Верхнего мира, предугадывать погоду, влиять на урожаи, слышать травы. Но те существа не обидятся, если я скажу, что на людей им плевать. Не любят они вмешиваться в наши дела, безразличны к смертям и болезням. А вот меня слышат души умерших людей в Нижнем мире, духи болезней, и другие темные абасы. Те-то любят участвовать в человеческих судьбах, их можно просить о том о сем. Правда, с осторожностью. И не за так.