Чтение онлайн

Перед храмом уже началось отпевание, но в большой галдящей толпе мы никому не могли помешать.

— Светочи — светлые воины церкви. Те, кого не касается языческая сила, — объяснил мне Микушка, — до Смуты царством правила династия светочей, Святославичи. Ты должна была слышать про Радемира Кровавого...

Я сморщила нос. Княжна-затворница, живущая книгами о язычестве. Ну конечно, должна!..

Микуша тяжело вздохнул, а Лапка захихикала.

— Радемир задался целью подчинить все языческие княжества. Сыновей-светочей у него было много, стали бы хозяевами в новых землях. Для похода Радемир создал целые отряды светлых опричников. "Кто не подчинится нашему царству миром — подчините кровью" — его известные слова. Но язычники со стихийным даром дали светочам неплохой отпор — попробуй, повоюй со стужей, вихрями или огневыми кольцами. Пришлось отправлять к Темновским и Ольховским послов, договариваться. Какие-то княжества присоединились к Великому Договору, а какие-то — наотрез отказались. Началась кровавая война, когда резали всех без разбору. Сначала воины и светочи уничтожали языческие города, а потом и язычники хлынули в Северное царство. Люди давили массой и силой, но за язычников были их боги и круговая порука.

Господи, Микуше бы сказочником работать! Жаль, что сказка получалась страшная.

— И кто победил? — озадачилась я.

— Нечисть, мор и полонские захватчики, — невесело хмыкнул Микушка, — всех светочей и сыновей Радемира вырезали, а Шах-Ашен и мелкие княжества уничтожили подчистую. Царство полыхало от набегов язычников, надвигались голод и чума, чем и воспользовались полонцы. Они подговорили людей поджечь теремной дворец Радемира. Царская семья сгорела, на западе у границ встали полонцы, на севере и востоке — язычники, а в лесах и деревнях отъедались упыри. Смута...

— А давайте лучше про Лесовского, — выдавила я. Чёрт, понимаю того парня из видения! Я бы тоже не обрадовалась трону в разорённой и обескровленной стране!

— Что ты хочешь про него знать? — растерялся молодец. Про сплетню Лапки мы позабыли, зато сама Лапка внимательно слушала наш разговор.

— Он не женат! — торжественно сообщила она. Ой, кто о чём, а будущая сваха о свадьбе!.. — Пора бы, между прочим! Наследники сами собой не появятся!

— Для мужчин-то дело нехитрое, — фыркнула, не разделяя её переживаний.

— Законный наследник нужен! — провозгласила Лапка — и втянула голову в плечи, когда на неё зашикали. — После коронации Лесовского казнили двух мальчиков-язычников, бастардов Радемира, как утверждали полонцы. На кону была империя, все понимали, но... дети расплатились за ошибки взрослых. Это неправильно.

— Неправильно, — подтвердил Микуша важно, а я вздохнула. Ещё одни "воронята". Но скорее всего, казнь была коллективным решением, и винить обоих Михаилов бессмысленно.

Зазвенели колокола, отвлекая нас. Священник объявил о последнем прощании с усопшим. Толпа потянулась к гробу, и...

Крестик-птичка обжёг руку. В воздухе запахло морозом и хвоей — и я мысленно застонала. Уже не облако дыма, а человек прошёл мимо нас к тихой улице и застыл. Ждал.

Меня.

— Уходи, уходи, уходи...
– я крепко зажмурилась. В последние дни призраки не беспокоили, и я уже поверила, что отец ошибся. Не достался мне особый дар Мары. Один раз — не... считается.

Но мёртвый знахарь исчезать не спешил. Он смотрел на меня, не отрывая взгляда. От колючего холода пробрал озноб, а пальцы побелели. Осознание ударило одновременно с криком Астры:

"Он утягивает тебя в мир мёртвых!!!"

Боже, всё логично. Если я не общаюсь с призраками, то призраки приходят ко мне. Единственный способ привлечь внимания — утащить меня в царство Мары, где можно что-то сказать или показать. Вряд ли мёртвый знахарь понимал, что насколько это опасно.

Я живая. Мне нельзя к Маре.

— Не бросай меня, — жалобно попросила я Микушку и, развернувшись, помчалась за призраком.

Астра запрыгнула мне на руки, согревая своим теплом. Я сосредоточилась на пушистой шёрстке, на урчании, на её пусть небольшой, но тяжести. Только бы не потеряться в тумане. Только бы удержаться. Астра отвлекала меня от серости и холода. Звуки то появлялись, то исчезали — и я чувствовала себя канатоходцем, балансирующем на грани.

Дорога, по которой я бежала, вдруг показалась смутно знакомой. А не в языческую ли слободу направился Павел?.. В прошлый раз он звал меня к нечисти, но какая нечисть в "рассаднике" язычников?.. Уж эти товарищи разберутся с тварями нави! Я вспомнила пудовые кулаки лысого лекаря и нахмурилась. Хоть бы Микуша не оставил меня!

Но пришла беда откуда не звали...

Мёртвая княжна вынырнула буквально из воздуха, заставив меня отпрянуть. Знахарь застыл, недовольно ворча на Мариан, а я попятилась... пока не уткнулась в чью-то спину.

Господи, это становится традицией.

— Я сегодня же поговорю с твоим отцом, княжна! — отчеканил Микушка, от которого я прежде не слышала таких интонаций. И наедине он обычно звал меня по имени.

Я недоумённо обернулась к молодцу.

Молодец был взбешён.

— Ты что творишь?! Убиться захотела?!

Мариан, с её довольной змеиной улыбкой, была забыта. Широко распахнув глаза, я смотрела лишь на Микушу.

— Чего ты заладил про отца и терем?! Ты думаешь, терем спрячет меня от навьей твари?! — я указала на княжну и... попятилась уже от Микушки

— Какая навья тварь, Таша?! Речь была о мёртвых!

Ну-у, теоретически я не соврала.

— Да злости на тебя не хватает, девчонка!.. Откуда такая уверенность, что ты всемогущая?! Я же не могу всегда быть рядом! Ты слабая девица, а не воин! Выбирай мужа и уезжай из Ладани!

Мне бы объясниться с ним, но нервы сдали раньше.

— Проваливай! Я тебе не держу! Свободен на все четыре стороны, только не лезь в мои отношения с отцом!

— Держишь!.. — ядовито выпалил молодец, поймав меня за подбородок. — Держишь, Таша! Грошь мне цена, если я девку защитить не сумею!.. Но если девка не великого ума, что прикажешь делать?!

"Опоздаешь" — эхом донеслось до меня. Знахарь Павел молча ждал, но в его голосе сквозило неодобрение. Мариан же с интересом слушала нашу ссору.

В запале я сорвала крестик с руки и швырнула в неё:

— Как вы меня достали!!!

Ви-и-изг раздался такой, что я на мгновение оглохла. Птичка, описав дугу, упала точно под княжну и ярко вспыхнула. Мариан едва успела спрятаться за туманом мира мёртвых. Ветер доносил её проклятья, но больше она не появилась.

Что же, путь свободен?..

Повернувшись ко мне спиной, Павел заскользил к слободе. Я подняла своего маленького защитника и благодарно сжала в ладони.

— Он зовёт к язычникам, — с прохладцей сообщила я Микуше, — ты идёшь? Мне некогда тебя ждать!

Мужчина, пробормотав что-то о слишком важных княжнах, догнал меня. Вернее, это мне пришлось подстраиваться под его быстрый шаг. Он ничего не спрашивал, но тишина между нами повисла гнетущая.

— Таша...
– ан нет, не утерпел.

— К русалкам меня привёл мёртвый знахарь, — призналась я, стараясь не потерять Павла из виду, — кажется, он был очень неравнодушным человеком. Сегодня он снова неспокоен, ему что-то нужно в слободе. А навья тварь...