Чтение онлайн

– А другие племена скальников могут прийти на помощь своим собратьям и имперцам? – Вопрос войны, которая потихоньку шла задолго до попадания обломков НИИ в этот мир, меня действительно волновал весьма серьезно. Только-только обжился в чужом измерении, и все бросать?! Причем бегство с голым задом являлось отнюдь не самым неприятным вариантом.

– Возможно... Но вряд ли, ведь пара племен уже есть. Значит пришедшие позже должны будут пойти под руку тем, кто уже служит имперцам, а это для гордых вождей больнее, чем кол в седалище. – Развел руками Борекс, толкнув своего телохранителя, который впрочем этого даже не заметил, поскольку в отличии от шефа жадно пожирал глазами последние моменты невиданного зрелища, даже вывалив от усердия язык. – Хотя по всему может повернуться. Скальники могут как навалиться на нас толпой за компанию с уже имеющимися вторженцами, так и прийти на выручку, ударив в спину посланцев Рома и своих сородичей, если посчитают это выгодным. С этими дикарями никогда нельзя быть уверенным. Ведь их любимыми развлечениями является сведение счетов друг с другом и война со злыми птицами.

Одной из причин, по которой скальники еще не завоевали Медные Острова и не растворили в себе их обитателей, как сделали это когда-то в древности с проживавшими на континенте племенами зеленых гоблинов, являлась чрезмерно агрессивная фауна этого мира. Стайные плотоядные страусы вовсе не являлись эндемиками тропиков, окруженных водою со всех сторон, скорее уж наоборот. Наибольшие их популяции бродили по открытым пространствам большой земли и нападали на все, что считали добычей: диких зверей, стада скота, путешественников, даже крупные караваны. И пусть продираться через лесные заросли они даже не пытались в силу каких-то инстинктов, но по хорошо наезженной дороге могли без проблем подойти и к вроде бы окруженной деревьями со всех сторон деревушке. И сожрать там все двуногое и четвероногое куда тщательнее, чем любая армия вторжения. Попытки уничтожить этих озверевших куриц-переростков если и не в целом свете, то хотя бы на островах предпринимались регулярно, но результатом являлось лишь временное снижение популяции. Плодились злые птички до обидного быстро, а в молодости еще и плавали не сильно хуже пингвинов, легко преодолевая не только реки, но даже и узкие места пролива, отделяющего крупнейший из медных островов от континента. Хорошо хоть росли быстро и к тому моменту, когда птенцы начинали представлять собой угрозу и утрачивали способность держаться на воде в связи со своими габаритами, то слишком далеко от места вылупления откочевать не успевали. Когда во времена древней империи один из наместников, чтобы хоть как-то обуздать эту пернатую напасть, построил огромную стену на относительно коротким перешейке между огромным лесным массивом и не менее впечатляющим болотом, а после уничтожил на огороженной территории все гнездовья и ввел практику обязательной охоты на появляющийся молодняк, то потомки его стали обожествлять на зависть иным небожителям. Во всяком случае, в городе статуй этого деятеля сохранилось целых шесть, пусть даже две совсем маленькие и скорее бюсты. Это при том, что храмов и святилищ самого почитаемого божества имелось всего четыре.

Глава 17

Глава 17

Сергей Синицын

Что, безусловно, радовало меня в этой новой точке пространственно-временного континуума, так это полное отсутствие петухов. Различные виды птиц здесь, разумеется, одомашнили, но вот орать на рассвете никто из них так и не научился. Прочие же звуки… ну, понятно, что полной тишиной в квартале Железноруких даже по ночам не пахло, ибо некоторые техпроцессы требовали круглосуточного действия, но все же в спальне "музея" с окнами во внутренний дворик все эти "бум" и "бдзям" воспринимались как некий приглушенный фоновый шум. Ну и плата за безопасность, не без этого.

А значит, взрослый, лично свободный и не связанный строгим рабочим графиком человек мог с утра поваляться в постели, зевая, потягиваясь… и наслаждаясь видом мирно спящей рядом женщины. Благо до специального ночного белья тут если додумались, то как-то не особенно этот факт афишировали, а привыкшая к более суровому климату Инга, заснув, даже легкое покрывало быстро сбрасывала на пол. В общем, идиллия, которую не портило даже отсутствие кофе. Местные вместо него заваривали по утрам какой-то травяной настой, но в нем тонизирующий эффект сочетался с горечью, от которой даже ложка мёда не спасала. Впрочем… несколько пакетов кофейных зерен мы в НИИ находили – обжаренных, разумеется, но вдруг местные маги сумеют в небольшое чудо?

– М-м-м?!

– Ты обворожительна …

– Все равно так долго спать по утрам нельзя, – сообщила Инга, не отрывая головы от подушки. – Ты меня слишком балуешь, Серг… я много ем, долго сплю… А потом стану жирной, и ты будешь звать к себе других лаборанток, а про меня забудешь.

Мне остро захотелось постучаться головой о что-то твердое. Началось в колхозе утро, блин! Интересно, хоть в каком-то из миров женщины, которые не переживают по поводу "сейчас я растолстею-похудею-подурнею-постарею, и он тут же найдет себе другую?" Подозреваю, что если есть, то не более двух-трех на измерение. И это при том, что сама же недавно предлагала завести еще пару… лаборанток, мол, по статусу положено…

– Во-первых, жира в тебе не хватит даже на ложку, – сказал я. – Во-вторых, если ты все же сумеешь растолстеть… лет через двадцать… всегда сможешь найти себе богатого гоблин… ай! Да шучу я, шучу…

Штука вышла действительно не очень удачная. Древние имперцы, судя по многочисленным сохранившимся статуям, были горячими поклонниками атлетического сложения – на мой вкус даже перебарщивая с бодибилдингом, хотя, возможно, скульпторы просто не стеснялись польстить заказчикам. Зато у гоблинов большой живот мужчины обычно ассоциировался с властью и могуществом – жрать от пуза в джунглях могли только шаманы и вожди… а толстые представительницы более слабого пола тоже ценились, но скорее как запас продовольствия на черный день. Вроде бы с переходом к оседлому и более цивилизованному образу жизни эти мрачные традиции ушли в прошлое, но как подозревали мы с Блиновым – ушли они совсем недалеко.

– И вообще… ай… Инга, хватит!

Все-таки отношения с женщиной, которая умна, красива… и сильнее раза в три, имеют свою специфику. В частности, волей-неволей прокачиваешь навык дипломатии… стоп!

Должно быть, на моем лице усиленная работа мысли отразилась очень выразительно – раз Инга замерла с подушкой наперевес, так и не закончив удар.

– А имперское посольство сегодня прибывает, да?!

Теперь уже на лице Инги отразилась, как принято говорить, сложная гамма чувств. Но если я по студенческой привычке завис на этапе "проспал, все пропало", то дочь купца и пирата была человеком действия.

– В бассейн, живо!

И, не дожидаясь моей реакции, ринулась за дверь, раздавать указания прислуге.

За следующие десять минут я был замочен, наскоро вытерт жестким и кусачим полотенцем, накормлен чем-то вроде легкого салата, хитро закутан сразу двумя слугами в церемониальную простыню поверх трусов и футболки, расцелован и засунут в спешно вызванное "такси" – то есть паланкин с шестеркой носильщиков и двумя "мигалками", которые должны были бежать впереди, добрым словом и увесистой дубинкой уговаривая народ расступиться. Последнее было особенно кстати – сам бы я в жизни не догадался, просто ввиду отсутствия привычки перемещаться "с понтом" вообще и на человеческой тяге в особенности. Хотя и успел уже понять, что здешние носильщики как раз являются одними из самых ценных и высокооплачиваемых работников.

– Думал, ты уже не появишься, – Анатолий сдвинулся на полметра, освободив мне край скамьи, чем вызвал недовольное бурчание старичка дальше в ряду. Судя по меховой шапке с кучей мелких черепков, дедуля был шаманом, а раз удостоился приглашения в первые ряды "магического" сектора –не таким уж слабым, хотя вообще в этой категории обычно "соревновались" гоблины и северяне.

– Чуть не проспал, еле успел. Ты, кстати, – вспомнил я, – обещал про будильник подумать.

– Я подумал, – шепотом отозвался Блинов, – и пришел к выводу, что пока мы качественную пружинную сталь не получим, ничего надежнее водяных колб и гоблина с колокольчиком тут не будет.

– А если с гирями?

– Я про систему с гирями знаю только то, что там сверху кукушка вылезает. У бабушки такие на стене висели…

Тут старый шаман снова возмущенно зашикал, и мы замолчали – дедушка выглядел достаточно старым и вредным, чтобы проклясть коллегу по колдовскому ремеслу, не думая о последствиях. Тем более, что в начале площади уже что-то замаячило… и протяжно-заунывно затрубило.

Вообще фраза "прибытие посольства" у нашего современника обычно ассоциируется с прилётом посла, на край, группы дипломатов, радостно махающим толпе журналистов с трапа самолета. Здесь – и подозреваю, как и в древности у нас – это куда больше походило на прибытие Алладина в одноименном фильме.

Первыми показались… ну, наверное, извлекатели звуков. Назвать их музыкантами язык не поворачивался, из-за свернувшихся ушей. Расчеты дуделок насчитывали трех бойцов, из которых два несли собственно дуделку, а третий семенил позади, пытаясь извлечь из неё очередное "му-у-у-у-му-у-у!". Следом двигалась толпа местных барабанщиков – до конструкции с обтянутым чем-то каркасом здесь не додумались, поэтому в роли барабана выступал плод какой-то местной тыквы, по которому полагалось со всей дури лупить двумя деревянными молотками. К сожалению, коллектив танцовщиц не завезли. Вместо них на площадь промаршировали… легионеры.