Чтение онлайн

..Да, я мог бы нечто подобное сказать.

Но, в отличие от Персик, я не считал, что сказанная вслух правда всегда бывает уместна. Время и место, как и для всего.

Потому я сказал ей только:

— Ты сама видела, сколько народу ввязалось в эту историю. Думаешь, характеристика “только хорошее” уместна, если мы говорим о последствиях?

— Но к духам стали по-другому относиться! Это случилось на следующее же утро! Значит, в конечном итоге, всё было не зря, так?

— Пожалуй.

— И всё же…

— И всё же кто-то должен говорить, когда другие молчат, потому что иначе зло будет думать, что оно в своём праве и никто не говорит против него. Разве это не так, Снежок! Скажешь, я не права?

— Права. И не права одновременно. Не смотри на меня такими глазами, просто запомни: правда — очень хорошая штука, не сомневайся. Но у любой правды есть цена. Пожалуйста, не забывай и об этом тоже, потому что рано или поздно это может ударить по тебе боевым бумерангом. Очень больно ударить…

— Строимся! — голос профессора Родца прервал разговор, который в любом случае пока что не имеет смысла — слишком ранняя доставка, дамы и господа. Я встречал таких, как Персик, и это замечательные существа, но пытаться обуздать их энтузиазм имеет смысл только после лично набитых шишек. Да и стоит ли? По-своему и она права: кто-то должен говорить.

Ну а кто-то — разгребать последствия сказанного.

— Разбиваемся на пары, стандартный спарринг! Брэндт, ты сегодня снова со мной! Остальные — по счёту и весу!

В этом тоже ничего нового: моя подопечная обычно становилась в пару с куратором, потому что Родц постепенно работал над её боевым стилем, прощупывая ограничения и способности. После спаррингов с ним Ван-Ван всегда выглядела совершенно измученной, но с каждым разом её техника становилась немного лучше, а атаки — изощрённее…

Сегодня, с другой стороны, Родц по-настоящему пошёл вразнос: нам с Ван-Ван приходилось сложно.

Мы обменялись ударами, и довольно быстро Ван-Ван оказалась на песке.

— Куратор Родц, я не могу…

— Не спи, Брэндт! Если у тебя находится время пугать всяких дурочек в мужских общежитиях и сражаться с матушками заклятых подружек, будь добра и со мной драться всерьёз!

— Я не…

— О, пожалуйста, избавь меня от необходимости это выслушивать. Я куратор грёбаного боевого факультета, у меня была не лучшая ночь и довольно хреновое утро, я не настроен на сказки, благо много таких наслушался. У меня к тебе нет вопросов, пока ты не переходишь границы. Единственное, на будущее: со всеми проблемами, связанными со взрослыми, ты бежишь ко мне. Это понятно?

— Да, разумеется, — о, я уже начинаю отличать тон, в котором звучит голос Ван-Ван, когда она лжёт. Можно ли считать это признаком зарождающегося доверия?

— Ага, а теперь ещё раз: в следующий раз я не буду тебя прикрывать. И задавать вопросы начну при всех. Это понятно?

— Да, — это прозвучало честнее.

— Хорошо. Следующее, и подумай внимательно, прежде чем отвечать: должен ли я соваться в историю с твоими родителями?

А вот теперь её передёрнуло.

— Мои родители от меня официально отказались, там нет больше никакой истории…

— Не играй в дурочку. Должен ли я сообщить в соответствующие инстанции о проблеме? Прошло много времени, но…

— Не было никаких проблем! Мои родители — хорошие люди! — это прозвучало с лёгкой дрожью в голосе.

Родц приподнял бровь и очень внимательно посмотрел на Ван-Ван.

— Да? Ну ладно, если так, то конечно. Если вдруг, по какой-то смешной и нелепой причине, изменишь своё мнение и решишь, я тут, и…

Его прервал шум на другом конце поля, крики и магические взрывы. Родц тут же подобрался и рванул туда.

Я присмотрелся и — о, Гэвин! Повалил какого-то парня, которого я кажется видел в компании совоюноши, на землю и кулаками буквально месит его лицо. Окружающие пытаются оттащить его, но парень явно не в себе: перекошенное от ярости лицо, пошедшая вразнос магия и общие признаки неадекватности. Ке-Ша, опять же, показал себя очень неплохим бойцом — хотя, конечно, тут может сказываться отсутствие у него ограничений. Смог держать на расстоянии леди Серебро и Персик, не позволил ловкому Кинжалу впиться ему прямиком в глотку, что как бы — впечатляет.

— О нет! — вскрикнула Ван-Ван и вроде как потянулась туда, но потом явно растерялась, не зная, на чью сторону встать. Я мысленно облегчённо вздохнул, потому что ещё не хватало нам в это вмешиваться. Опять же, проблему решил куратор Родц, который буквально за шиворот стащил Гэвина с поверженного противника.

— Фронн! Какого хрена?!

— Ты не слышал, что эта мразь несла о моём брате…

— Я не спрашиваю, кто что несёт, чего я только не наслушался от вас, кучки малолетних агрессивных идиотов! Я спрашиваю, какого хрена ты здесь делаешь, если я тебе ясно сказал: неделю ты тут не появляешься и ничего сложнее лёгкого ветерка не колдуешь. До тебя с первого раза не дошло или как?

— Я могу тренироваться! — о, как его от ярости-то перекосило.

— Нихрена ты не можешь! Я закрываю глаза на это только из-за твоих обстоятельств, и только в этот раз. Выметайся с поля и не возвращайся в ближайшую неделю… Или сколько там тебе понадобится, чтобы собрать своё дерьмо в кулак и вести себя, как человек… И да, мне нужна печать от нашего ведущего менталиста, подтверждающая, что твои мозги пока ещё не вытекают у тебя из носа.

— Но…

— Пошёл! Иначе я тебя начильно упакую.

Гэвина трясло от ярости, но мозгов и самоконтроля на то, чтобы хотя бы не броситься на Родца, у него хватило. Выругавшись, Гэвин рванул прочь. Но, стоило мне вздохнуть с облегчением, как Ван-Ван, тихо охнув, побежала за ним.

21

*

Честно, первым моим порывом было просто остановить глупую девчонку, чтобы не бегала посреди тренировки за кем попало. Но потом, подумав ещё раз на этот счёт, я решил, что хочу позволить ей набить свои шишки… Ну и заодно посмотреть, что из этого может получиться.