Чтение онлайн

Я хмурюсь, и директ тыкается в мою руку, будто чувствует мое уныние.

Потому что компания у меня была.

Просто не компания, которую я понимаю. Совсем.

— Я рада, что ты здесь, — повторяю я, чеша его под ушами, пока его глаза не закрываются от удовольствия. — Я бы прихватила для тебя пару лишних кроликов, если бы знала, что ты появишься.

Я провожу рукой по его урчащей груди, ожидая нащупать кости — и я их нащупываю, но они не такие выступающие.

— Ты хорошо питался, да, Пушистик? — Мой нос подергивается. Это не очень хорошее имя для него. — Я рада, что ты в порядке.

Я прислоняюсь к гигантскому коту, и он трется мордой о мою спину, почти сбивая меня с ног.

— Он метит тебя как свою.

Я почти вскрикиваю от неожиданности, вовремя подавив звук.

Меч выходит из темноты, двигаясь беззвучно.

— Я не против, — говорю я, слишком ошеломленная тем, что он последовал за мной, чтобы придумать остроумную реплику. — Хотела бы я знать, чего он хочет. — Его шерсть такая мягкая и теплая, что хочется зарыться в нее лицом.

— Директов создавали как боевых партнеров для Фейри.

Я оглядываюсь на него в удивлении.

— Полагаю, ты был там, когда Фейри сражались с ними плечом к плечу, учитывая, какой ты древний.

— Я был там, — просто говорит он.

— Каково это было? — спрашиваю я, прежде чем успеваю остановиться. Мне не стоит обращать на него внимание, не говоря уже о том, чтобы задавать вопросы. Он предельно ясно дал понять, что чувствует ко мне.

И все же.

И все же — вот он. Стоит передо мной, полураздетый, несмотря на холод, его грудь так же совершенна, как в прошлый раз, когда я видела ее у горячего источника, готовый рассказать мне о Фейри.

О себе.

— Это было одновременно и великолепно, и ужасно. — Он поднимает голову, глядя на звезды, усыпавшие ночное небо. — Это были дни, из которых слагают легенды, о которых сочиняют великие песни. Но в них не было ничего великого. Только бессмысленная смерть. Кровь и насилие, все из-за мелких ссор принцев Фейри.

Он замолкает, а я продолжаю гладить директа, благодарная, что мои руки заняты, потому что я не могу оторвать от него взгляда.

— Ты знал, что говорят, будто боги когда-то были Фейри? — Его слова такие тихие, что мне приходится напрягать слух.

Я хмурюсь, озадаченная.

— Я никогда этого не слышала.

— Нет, ты бы и не слышала, правда?

— Потому что я невероятно молода по сравнению с тобой, так? — спрашиваю я тихо смеясь.

— Ты понятия не имеешь, — соглашается он, наконец переводя взгляд с созвездий, висящих в ночном небе, на мое лицо. — Ты понятия не имеешь, — повторяет он.

— Тогда почему бы тебе не объяснить мне? — спрашиваю я, и вопрос застает нас обоих врасплох. — Если я понятия не имею, то почему бы тебе не помочь мне понять? Потому что я хочу. Я хочу понять.

Чистая мука, искажающая его лоб, лишает меня дыхания. Он опускает голову, затем проводит рукой по лицу.

Я жду, напряжение нарастает. Меня удивляет, как сильно я хочу понять его. Как сильно он мне дорог, несмотря на то, что он большую часть времени полный придурок.

Я, в конце концов, тоже.

— Нам нужно поспать, — говорит он вместо этого.

Я издаю долгий выдох, облегчение и разочарование борются во мне. Я хочу понять его, но мысль о том, чтобы… оставить нашу мелочную вражду, немного пугает меня.

Я не знаю, кем мы будем без нее.

Я не знаю, как быть без нее. Мне следовало бы сказать ему это. Мне следовало бы сказать ему правду.

— Я не могу спать в той палатке, — говорю я вместо этого. — Лара звучит так, будто забыла, как дышать.

— Я заметил. — Он смотрит на директ, которому очень-очень нужно имя. — Ты могла бы спать здесь, с директом.

— Как будет по-Фейрийски? — выпаливаю я.

— Как будет что? — Его брови хмурятся в замешательстве.

— Для директа. Как вы их называли, когда они шли с вами в бой?

Меч тяжело вздыхает, затем удивляет меня, приближаясь к огромному кошачьему и протягивая свою мозолистую руку.

Кот обнюхивает ее, усы подрагивают, прежде чем слегка приподнять голову. Ямочка появляется на лице Меча, когда он послушно чешет пушистую коричнево-белую челюсть директа.

— Осготворн, — тихо говорит он, и огромный кот фыркает. Я смеюсь над этим звуком, а также над тем, как Меч вздрагивает от его реакции.

Наши глаза встречаются, и мы на мгновение делим улыбку.

— Я не буду называть его так, — наконец говорю я, нарушая чары.

— Это, наверное, к лучшему. — Он торжественно кивает. — Переводится как «пожиратель внутренностей моих врагов». Язык сломаешь.

Я прикусываю щеки.

— Очаровательно.

Ночная птица воркует где-то на деревьях вверху, и зевок раздирает мою челюсть.

— Спи.

— Я же сказала, я не могла с таким шумом от Лары…

— Я имел в виду здесь. С пожирателем внутренностей. — Он не отводит глаз от кота, чье урчание, надо признать, гораздо более успокаивающая альтернатива храпу Лары.

— Мы не можем называть его так.

Меч вздыхает, затем указывает на небо вверху.

— Видишь ту звезду? Ту, что на конце созвездия Лука?

Я вытягиваю шею, пока не нахожу ее.

— Голубоватую?

— Фейри называли ее Филарион, в честь принца нашего народа. Говорили, он был так свиреп в бою, что боги забрали его к себе, завидуя его способностям. Боги, если ничего другого, очень завистливы, — размышляет он. — Мы возносили молитвы нашему принцу Филариону в канун битвы, прося его присмотреть за нами. Так же, как это создание постоянно хочет присматривать за тобой.

— Филарион, — повторяю я, проводя руками по меху кота. — Как ни больно мне признавать, что ты выбрал хорошее имя, мне оно нравится. Как думаешь, Фил? — Кот тыкается в меня, и я улыбаюсь ему, потакая его просьбе и чеша за ушами. — Значит, Фил.

Шум того, как что-то маленькое шуршит по снегу, заставляет его уши с кисточками подрагивать.

— Ты верил в это? — внезапно спрашиваю я.

— Во что? — Меч чешет щетину на челюсти.

— Что боги когда-то были Фейри? — Вопрос кажется важным, необходимым. — Ты верил, что Филарион присматривает за тобой, когда его не стало?