Чтение онлайн

— В любом случае, — продолжал Маркетта, — Гардова не представляет опасности. Он ничего не знает о наших планах, как и о нашем участии в смерти лорда Савиолы и заключении леди Джеласси в тюрьму.

Теперь я знаю, ублюдок, подумал Лукан.

— Но, милорд, — сказал понтифик, — Гардова наверняка подозревает... — Он замолчал, когда торговый принц сделал резкий жест.

— Подозрения — это все, что у него есть, — твердо ответил Маркетта, — и они направляют его в совершенно ложном направлении. Леди Джеласси считает, что виноват во всем лорд Мурильо, что именно он убил лорда Савиолу и обвинил ее в этом преступлении — как я и предполагал. Не бойтесь, мой дорогой понтифик, Гардова для нас не угроза, а просто досадная помеха. Я понятия не имею, кто он такой и почему связал свою судьбу с Джеласси, и что он надеется получить от ее освобождения, но это окажется последней ошибкой, которую он совершит в своей жизни. Мадам Деластро найдет его, и мы так или иначе узнаем от него его историю. Как только мы с ним покончим, его ждет тот же конец, что и доктора Вассилиса.

Лукан понял, что Деластро не рассказала Маркетте о Топазе. Конечно, он не мог быть уверен — и каменное выражение лица Деластро ничего не выдавало, — но что-то в расслабленной уверенности Маркетты подсказывало, что наемница умолчала о некоторых мельчайших деталях налета на дом. Но почему? Какой бы ни была причина, Лукан знал, что это было в его интересах; он не сомневался, что Маркетта отменил бы эту встречу, если бы заподозрил, что ее тайна может быть раскрыта. Спасибо Леди и за малые милости. Тем не менее, это не имет никакого значения, если он не узнает больше о планах Маркетты.

— Это очень обнадеживает, милорд, — сказал Фиерро, бросая окурок сигариллы и растирая его каблуком. — Но, должен признаться, мне любопытно, откуда у вас вся эта информация — о том, как Гардова проник в Эбеновую Длань, о его разговоре с Джеласси, о его решении встретиться с доктором на приеме у леди Вальдезар... — Он достал еще одну сигариллу из серебряного портсигара и опустился на колени у ближайшей жаровни чтобы зажечь ее. — Как вы все это узнали?

Действительно, как, подумал Лукан. Я и сам задавался этим вопросом.

Маркетта снова улыбнулся.

— Справедливый вопрос, друг мой, и я ожидал его от главы инквизиции. Так получилось, что это было одной из причин, по которой я пригласил вас обоих сюда сегодня вечером. — Торговый принц прошел в угол зала и указал на тени. — Теперь вы можете выходить, друг мой, — позвал он.

Из мрака материализовалась фигура. У Лукана снова отвисла челюсть, когда незнакомец шагнул в свет жаровен. Кровь Леди, этого не может быть, ошеломленно подумал он. Он несколько раз моргнул, как будто это был мираж, который он мог просто развеять. Это было не так.

— Друзья мои, — сказал Маркетта, поворачиваясь к понтифику и Главному инквизитору, — позвольте мне представить вам Магеллиса.

Мужчина поклонился Маркетте и вежливо кивнул двум другим заговорщикам, присоединяясь к ним у саркофага.

— Я вас знаю, — сказал Барбоза, прищурившись. — Вы — управляющий леди Джеласси.

— Что здесь происходит, Маркетта? — спросил Фиерро, отбросив формальности, и его грубый голос зазвучал еще более жестко.

— Он не человек Джеласси, — сказал Маркетта, ухмыляясь и кладя руки на плечи Магеллиса. — Он мой человек. Я вытащил Магеллиса из долговой тюрьмы примерно... восемь лет назад? Девять? Я забыл. Как бы то ни было, я услышал, что леди Джеласси ищет нового управляющего, и сказал ей, что знаю подходящего человека. — Маркетта похлопал Магеллиса по плечу. — Магеллис делал замечательную работу для Джеласси, как я ей и обещал. Он также держал меня в курсе деловых дел моего дорогого коллеги и передавал любую информацию, которая, по его мнению, могла оказаться для меня полезной... например, о намерении Джеласси посетить виллу лорда Савиолы для тайной встречи по поводу предстоящего голосования в совете.

— Так вот как вам удалось обвинить ее в убийстве Савиолы, — заметил Фиерро, затягиваясь новой сигариллой. — Я восхищаюсь вашей изобретательностью, милорд. А Гардова?

— Он навестил Магеллиса и попросил его помочь доказать невиновность Джеласси. Магеллис немедленно сообщил мне об этом. Его своевременные действия избавили нас от многих неприятностей.

Ах ты ублюдок, подумал Лукан, глядя на управляющего, который улыбался в ответ на похвалу своего хозяина. Хорошо, что я не рассказал тебе всего.

— Но можем ли мы доверять его молчанию? — спросил Фиерро, пристально глядя на Магеллиса. — Чем больше людей будет знать о наших планах, тем больше мы рискуем быть раскрытыми.

— Не бойтесь, Главный инквизитор, — ответил Маркетта. — Все под контролем. — Он кивнул Деластро, и наемница шагнула вперед, заходя Магеллису сзади. В глазах управляющего промелькнуло понимание; он повернулся и поднял руки...

Слишком поздно.

Клинок Деластро блеснул серебром и перерезал ему горло. Магеллис пошатнулся, оцепенело схватившись за рану, кровь хлынула между его пальцами, окрашивая их в багровый цвет. Он посмотрел на Маркетту и упал на колени, глаза его были широко раскрыты от шока, губы дрожали. Торговый принц глядел на него в ответ, на его лице не было и намека на раскаяние. Магеллис повалился набок, дернулся в конвульсиях и замер, вокруг него образовалась лужа крови.

— Никто не хранит секреты лучше, чем мертвые, — сказал Маркетта.

— Леди, защити нас, — пробормотал понтифик, побледнев. — Это... это действительно было необходимо, милорд? Убить его просто... Ну, это кажется чересчур, и...

— Мы убили и лорда Савиолу, — вставил Фиерро, глядя на понтифика поверх огонька своей сигариллы. — Не припомню, чтобы у вас тогда были какие-то вопросы.

— Я тогда высказал свои возражения, — горячо возразил Барбоза, и гнев вернул краски на его бледное лицо. — Я всегда выступал против кровопролития в этом... начинании.

— Действительно. Как благородно с вашей стороны.

— Моя совесть чиста, — едко заметил понтифик, вздернув подбородок. — В конце концов, не я держал в руках клинок, которым был убит лорд Савиола...

— Конечно, вы этого не сделали, — усмехнулся Фиерро. — Самое опасное оружие, которое вы когда-либо держали в руках, — свой вялый член.

— Вы смеете оскорблять Избранного Леди? Я вас...

— Хватит. — Голос лорда Маркетты эхом разнесся по залу.

Двое мужчин замолчали.

— Как я уже сказал, — продолжил торговый принц, его гнев улетучился так же быстро, как и появился, — нам нечего бояться Гардовы. Нам следует сосредоточить все усилия на наших ближайших планах, и я рад сообщить, что все на месте. Время, джентльмены, уже близко. Мы будем действовать по плану и нанесем удар во время Великого Возобновления, как раз во время обмена серебряного копья. — Он улыбнулся. — Момент, призванный символизировать наш мир и дружбу с Зар-Гхосой, вместо этого станет предвестником новой славной эры для Сафроны. Восхитительная ирония, я уверен, вы согласитесь.

— А посол Зар-Гхосы? — Фиерро стряхнул пепел с сигариллы. — Вы все еще намерены...

— Да. Посол — ключ ко всему моему плану.

— Простите меня, милорд. — Понтифик снова поиграл своим амулетом. — Вы так и не рассказали, как собираетесь совершить убийство на глазах у всего двора Великого герцога, не говоря уже о половине города.

— А вот это, — ответил Маркетта с волчьей ухмылкой, — хороший вопрос.

Семь теней, подумал Лукан, и его желудок сжался. Они планируют убить посла Зар-Гхосы. Он лихорадочно обдумывал возможные последствия. Убийство посла само по себе имело бы серьезные политические последствия, но убить его на церемонии, задуманной как празднование мира между двумя народами... Ну, это совсем другое дело. Это не что иное, как объявление войны.