Обитаемая. Восхождение в рай
Шрифт:
– Назад!
– Майор покрепче сжал кулак и взглянул на извивающиеся провода.
На побелевший кулак легла тонкая рука, слегка сжала:
– Позвольте я сама, майор.
Офицер с сомнением отпустил воротник:
– Жить надоело? Вы что здесь забыли?
Катя оперлась спиной о стойку напротив андроида и прижала к себе ребенка:
– Мы только разок посмотреть.
– Наклонилась к девочке, - стой спокойно, гляди.
– Девочка фыркнула Скунсу и, поправляя платье, уставилась на рыжего Дерика.
Рядом вырос директор и взглянул на ковыряющийся в стойке синий комбинезон:
– Я их пустил... Как дела?
Стойка засопела, и долговязый заключенный вынырнул наружу. Сунул за ухо тонкую отвертку, пожал плечами:
– Встали, наверное, на сутки.
– То есть пароля мы не узнаем?
– хмыкнул Ридгер, с высоты рассматривая скрючившуюся у компьютерной стойки колонистку. Та, не поднимая глаз, вздохнула:
– Сервера временно сдохли. Что прикажете делать? Сказать: сим-сим откройся?
Аня хихикнула, Катя, улыбнулась Дерику и посмотрела на поднявшуюся от маленького терминала Диту. Та вздохнула, потирая уставшие глаза, зевнула и протянула:
– Думаю, лучше, абракадабра.
По каюте раскатился детский смех и, взглянув на дочку, Ридгер со вздохом прикрыл глаза рукой, - понял я, понял.
– Пароль принят, - тихо ответил Дерик.
– Чего?!
– вытаращился Митяй, - чей?
Андроид покосился на колониста и смолчал.
– Что, правда? Принят и все?
Дерик усмехнулся:
– Митяй, Вы бы предпочли, чтоб у меня глаза алым вспыхнули, появился загробный звенящий голос или из-под кресла пошел белый дым?
– усмехнулся, - я - всего лишь андроид.
Майор решительно двинулся к креслу. Отодвинул ребенка, оперся о подлокотники. Из-под рассеченных бровей пристально посмотрел в спокойные глаза андроида и комната утонула в угрожающей властности голоса:
– Так мы получим ответы?
– Некоторые.
– Кивнул андроид, не отводя взгляд.
– То есть, кто здесь имеет доступ не скажешь?
Андроид смолчал.
– Это не сложно, - прорычал офицер.
– Твоя "сим-сим"-биолог два года проваландалась в колонии за незаконную эвтаназию собственной матери на четвертой стадии рака. Так что это не она. Остается "абракадабра", так?
– майор зыркнул на испуганную Диту.
– Вместо молчанки хотя бы "нет" говори, хоть время сэкономишь.
Андроид тряхнул рыжей шевелюрой:
– Нет.
– Майор, это не...
– Начала оправдываться Дита.
– Молчать!..
– жилистый кулак влупил по подлокотнику.
– Что, нет? Почему Хок умер?
– По пану, - андроид посмотрел в изумленные глаза Кати, поверх склонившегося черного кителя.
– По плану к концу экспедиции он перестал быть нужен.
– Ты же понимал, что передавая вольеры, мы бы спросили о нем?
– Никто не планировал стрессовой ситуации, - покачал головой Дерик.
– И что же планировалось?
– осведомился Ридгер.
– Вы получаете шесть вольеров и умирающего Хока. Я тайно забираю пассажиров и улетаю.
– Не торопись железка, - прорычал майор, - давай по порядку. Седьмой вольер, - и тыкнул в браслет, - лейтенант, зайди.
– А вы бы о нем не узнали. Конструктивно - он внешняя часть кормы корабля.
В шуме нарастающей ругани вбежал Эдельман и накинулся на андроида. Майор удивленно отпрянул.
– Рассказывай зараза! Вы что натворили?
– старичок расправил сутулые плечи и, выпятив подбородок, схватил андроида за грудки.
– Отвечай, гад!
– Рыжая шевелюра затряслась. Урман и майор кинулись отрывать бушующего старичка от жертвы. Насилу расцепили сухонькие кулаки и усадили на стул.
Ридгер задумчиво почесал бровь:
– Вы чего, профессор? Он же ого-го сколько стоит. Это же не лабораторная мышь.
– Мышь!
– вскинулся профессор, - вот именно, что мышь!
– глубоко вздохнул и вскочил, оправляя халат, - помните при первой высадке третью?
– Ту, что с дублирующей радиометкой?
– удивленно хмыкнул Ридгер.
– Именно, Толя, именно.
– Эдельман, морщась, вскочил и двинулся вдоль стола с объедками.
– Эта мышь, вовсе не мышь.
– Как это?
– прорычал майор.
Вся лаборатория уставилась на ученого.
– А это вы у рыжего проходимца спросите, - профессор схватил со стола печенье.
– Почему она стандартные тесты так нестандартно прошла.
– Потряс кулаком и уставился на андроида, - эта мышь - не мышь, не грызун и даже не млекопитающее. Оно вообще не животное с нашей планеты!
– Печенье хрустнуло в кулаке. Но похожа как две капли воды.
На вопли высунулся Накамура:
– Не мрекопитаюсее, мыс?
– Изыди, дармоед!
– Остатки печенья полетели в дернувшегося за стойку японца.
– Спокойней, професор, - сказал Ридгер и встал между бушующим старичком и андроидом.
Катя сильней прижала ребенка и посмотрела на безмятежного Дерика:
– О чем он?
– Мы с Оргелом столкнулись с этим феноменом планеты во время второй экспедиции Тихого.
– Вы с Оргелом один раз летали, - удивился Ридгер.
– Два. О втором отчет уничтожен, - андроид обвел безмятежным взглядом замерших людей, - вам что-нибудь говорит имя Себастиан Мартинес.
Катя испугано посмотрела на Ридгера и зашептала:
– Анатолий Валентинович, это же...
– Пилот с Тихого, - кивнул тот, - убит в пьяной драке.
Дерик покачал головой:
– Где Мартинес не знает никто. Во время второй высадки он пошел собирать образцы фауны. На час. Вернулся через три дня.
– И?
– Результаты его стандартных анализов по возвращению вы уже представляете.
Эдельман насторожился:
– Вернулся не человек?
– Функции, память, внешность - все было в норме. За исключением анализов - точная копия. Он и осознавал себя как человек. Через сутки после возвращения он умер. Тело кремировано. Полет засекречен.