До рассвета продержись —Может, утром станет краше.Карамелька «барбарис»Успокаивает кашель.Как ни ляг, а всё — не так:Мучает одышка-стерва!Только водка и коньякУспокаивают нервы.Неужели слабоватСтал я даже для застолий?Только спирт-ректификатУспокаивает боли.Средство есть наверняка —То, что душу успокоит.Но пока ещё не стоит,Потерплю ещё пока.А единственная жизньМне уже платочком машет.…Карамелька «барбарис»Успокаивает кашель.
* * *
Не люблю углы и стены,Коридоры, потолки.А люблю морскую пену,Горы, запахи реки.Не люблю крикливых женщинИ лощёных мужиков.Не люблю манерной речи,Не люблю ночных звонков.Это личное сугубо —Всё, чего я не терплю.Может, и меня не любятТе, кого я не люблю.
* * *
Живу, как король Европы,Иначе мне скучно жить.Монету нашёл и пропил —А на фиг её копить.Рубаху сносил и выбросил,Ещё один день сгорел.Двух дочек красивых вырастил,А ведь сыновей хотел.Но внуки — отрада сладкая —Заместо сыночков двух.Ещё, старый хрыч, украдкоюЗаглядываюсь на молодух.Уже, по годам, мне следуетЗатухнуть. А я горю.С бутылкой сижу — беседую,С цигаркою — говорю.И думаю, что я выстою,И тропку пробью к судьбе.И что-нибудь всё же выстроюВ пути к самому себе.
* * *
Отсырели спички —Всё равноПачка сигаретная скончалась.Всё допелось и доискричалось,Даже домолчалось всё давно.Ливня полной кружкой зачерпну,Полной ложкой наберу тумана.Чувствую — ещё пока мне раноКамнем уходить ко дну.Столько километров,Столько мильНамотал я на свои колёса.Постою у синего откоса,Чтоб откашлять эту гарь и пыль,Отряхну её с тяжёлых крыл,Отскребу от заскорузлых пяток —Стану невесомым, как когда-тоВ детстве.Я его не позабыл.На Земле, в заброшенном дому,Я оставлю навсегда привычкиВредные.…И для чего мне спички?Мне они в полёте — ни к чему.
* * *
В долг не даю и в долг не беру:Вдруг не смогу отработать — помру.А не даю, так понятно вдвойне:Взятое прежде не отдали мне.Я на вас злобы давно не таю —Более просто взаймы не даю.…Всё-таки, дайте немного взаймыСвета среди наступающей тьмы,Неба высокого голубизны,Мира без чёрных отметин войны.Ну а вина на свои прикуплю —Я до сих пор это дело люблю.А на последний поход и полётОсень из листьев мне куртку сошьёт
Одинокий
Надоела квартира —Серой скуки оплот.Взял бутылку кефираИ на солнышке пьёт.Он объездил полмира,Он устал и остыл.Взял бутылку кефираИ батон надломил.Будто солнышко лечитИ тоску, и беду —Всё же как-то полегчеПеремочь на виду.Как, однако, расстаял,Как скукожился мир!И квартира пустая,И прикончен кефир…
Перед вечером
Ноет сердце, и не повернуться.Думаешь, когда ложишься спать:«Суждено ли поутру проснуться,На ноги с рассветом встать?»Хочешь ли, не хочешь просыпаться —Всё же надо распрямиться, сесть.Правда, легче было в восемнадцать,В тридцать пять,И даже в сорок шесть.Новый день и Новый год —Не в радость.Чем они сумеют наградить?Старые друзья порастерялись,Ну а новых поздно заводить.Поздновато гнаться за удачей —Вечер на дворе.Стала лишь печаль моя богаче,А тоска — мудрей.Прохудились старые заплаты —Им ни плоть, ни душу не согреть.И смеюсь я, чтобы не заплакать,Двигаюсь я, чтоб не умереть.
* * *
Мир богатый и вместе — убогий,Упрекать, осуждать не берусь.Ухожу по вечерней дороге,А по утренней, может, вернусь.Так живите и пойте, и пейте,Не бросайте обыденных дел.А меня никогда не жалейте —Я такого всегда не терпел.Укрепиться бы самую малость,Удержаться ещё на лету…Но такая настигла усталость,Придавила — невмоготу.И уводят усталые ногиПо вечерней дороге,Где рассыпаны горечь и грусть.Но по утренней, может, вернусь…
* * *
Ещё мы в землю не легли,И хоть порою пьём за что-то, —Не наши в море корабли,Не наши в небе самолёты.Сощурим слабые глазаНа этом берегу высоком.Уже не наши парусаБелеют на воде далёкой.Деревья старые молчат —Под ними жизнь дышала наша.Пусть руки тонкие внучатНам беззаботно вслед помашут.Кончается двадцатый век —Его смертельная работа.Быть может, из грядущих тех,Единственный, поймёт нас кто-то.Уйдём без вздохов и без слёз,Согретые последним светом,Мы, в сущности, — уже навозДля нового тысячелетья.
Фотохроника
Вот я стою без печали и горя,В шортах, босой, налегке —На берегу Средиземного моря,С банкою пива в руке.Счастье и в этом мгновении малом —Не у Богов на пиру —Вот я склонился над жарким мангалом,Вот я стопарик беру.Жаль, что не запечатляются звуки,Запахи, ливня помол.Вот, как ровесник, играю я с внукомВ шахматы или в футбол.Вот я с похмелья — отвратная морда, —Грустный еврейский казак.Вот при параде — трезвый и гордый,В галстуке — полный дурак.Короток всё-таки век человечий,Bсe — к одному рубежу.Вот я, младенец, на шкуре овечьейПопкою кверху лежу.Вот я смеюсь, как будто рыдаю,В свете осеннего дня.Вот моя мама — совсем молодая, —Это ещё — до меня…
Наследство
По военной, давней,Горестной привычкеЗапасала мамаМыло, соль и спички.Как бы там ни было,Что бы там ни было —Про запас лежалиСпички, соль и мыло.Жизнь учила мамуТой суровой школе:Припасать на случайМыла, спичек, соли.А когда скончаласьМученица-мама,Мне добра досталосьОт неё немало.Для чего нам столько,Мы не понимали,Но лет пять тем мыломМылись и стирали.Мы б и без запасовЭто время жили,Но лет пять той сольюМы еду солили.А огонь от спичек,Запасённых мамой, —Главное наследство —Зарево и пламя.Так тепло и сытно,Чисто в доме былоС этой старой солью,Спичками и мылом.