Обсидиановое сердце. Механическое сердце
Шрифт:
Крисмер вошел без стука. Прошелся по комнате, остановился напротив Гвин, по другую сторону стола. Бросил любопытный взгляд на разложенные травы и кучки зерен. Сделал выводы о том, чем именно занимается подруга. Одновременно с этим ВарДейк расстегнул черный камзол и верхние пуговицы на рубахе, будто ему было трудно дышать.
– Крис? – Гвин вопросительно приподняла бровь. – Ты не заболел?
Адепт отмахнулся и рывком подтянул к себе стул. Оседлал его, точно лошадь. Сложил руки на высокой спинке. Уткнулся в них подбородком.
Чародейка выжидающе наклонила голову.
– Гвинни, я хочу попросить тебя об одной крайне важной вещи, – наконец вымолвил он. – И воздержись от шуток, пожалуйста.
– Ладно, – Гвин воткнула маленькую железную воронку в стеклянный пузырек с узким горлышком и неторопливо пересыпала в него порошок из ступки. – Выкладывай.
ВарДейк почесал кончик носа, собираясь с мыслями.
– Помоги мне посвататься к Рослин? – Просьба прозвучала скорее как неуверенный вопрос.
Глаза рыжей чародейки округлились от удивления. Она опустила подбородок. Медленно моргнула. Нет, ей не почудилось – на стуле действительно сидел Крис.
– Ты имеешь к ее юному телу самый полный доступ, запамятовал? – Невольно усмехнувшись, Гвин уперлась руками в столешницу перед собой, тотчас позабыв обо всех алхимических хлопотах. – И при этом не можешь позвать ее замуж? Сделай ей приятное и…
– Гвин, я же просил, – Крисмер скривился с видом оскорбленной невинности. – Я тебе уже говорил, мне пора жениться. А Рос девушка кроткая и нежная. Полная противоположность всем тем, кто меня окружает. И она мне весьма… симпатична.
– Только ей не вздумай такое сказать, – адептка с трудом сдержала улыбку. – На признание в любви не потянет, даже будь Рослин глуха, слепа и нема.
– Язва, – цыкнул на нее Крис, а чародейка показала ему язык в ответ. – Так ты поможешь?
Гвин выдержала небольшую паузу, наслаждаясь его волнением.
– Конечно, – наконец кивнула она. – И как же ты хочешь устроить сватовство?
Крис взъерошил волосы.
– Девана подходила ко мне сегодня и спрашивала, что я хочу в благодарность за ее спасение, – признался он. – И я попросил нашу принцессу пригласить бургомистра Чаячего Мыса в Высокий Очаг. Она согласилась.
Гвин кивнула, возвращаясь к своим заготовкам. Она принялась обрывать засушенные цветки ромашки с небольшого пыльного веничка. Соцветия отправлялись в ступку, а особенно хорошо сохранившиеся листики – в пустую глиняную миску.
– Хочешь попросить руки Рослин у ее отца? Одобряю, – задумчиво сказала она. – Но я все равно плохо себе представляю, как ты будешь жить в деревне. Сдается мне, Нордвуд не для тебя.
– Нет конечно, – ВарДейк фыркнул. – Я заберу Рос с собой в Идарис. Мы с ней об этом уже говорили. Она согласна.
– Вот оно что, – Гвин многозначительно поджала губы.
Она ощутила легкий укол ревности из-за того, каким решительным вдруг сделался Крис спустя каких-то пять лет. И еще потому, что он собирался возвратиться в Идарис.
– Поеду вас провожать, значит, – она картинно вздохнула. – А то еще заблудитесь в наших лесах по дороге.
– Ничего не выйдет, Гвинни, прости, – Крис встал со стула.
Он отошел к окошку. Повернулся к женщине спиной.
– Тут такое дело, – чародей пару мгновений подбирал слова. На Гвин при этом он взглянуть не решался. Горькая досада затопила его до самых потаенных уголков души. – Мастер Гарана запретил брать тебя с собой. Ты останешься в Высоком Очаге при любых обстоятельствах.
Бургомистр Чаячего Мыса прибыл следующим же утром. В приглашении, подписанном рукой Деваны, шла речь о том, что его ожидают к семейному обеду в любой удобный для него день. Слухи о трагедии в Высоком Очаге разлетелись по королевству с быстротой моровой язвы. Конечно, господин Халлен знал, что его дочь пострадала, но стараниями приезжего чародея ее жизнь была вне опасности. Однако страх за судьбу ребенка пересилил все прочее, и бургомистр тотчас отложил все дела, направившись прямиком под королевскую крышу.
Венворт Халлен оказался вполне приятным мужчиной в годах. Он был несколько низкорослым и совсем чуть-чуть полноватым, а на коротко остриженной голове красовалась блестящая лысина размером с чайное блюдце. Но его темно-каштановые пышные усы, живые карие глаза и открытая улыбка компенсировали упомянутые недостатки.
К обеду с венценосным семейством он надел свой лучший сюртук – темно-синий, из дорогой окрашенной замши, с большими пуговицами из чистого серебра и жемчужной брошью в виде корабельного якоря на лацкане. Это броское украшение уже с порога деликатно намекало на то, что бургомистр хотел бы поговорить с королем о восстановлении порта и возобновлении торгового сообщения по морю. Разумеется, если придется к слову. То есть если хотя бы одна живая душа из вежливости сделает броши комплимент.
Бургомистр овдовел около пяти лет назад. Детей у четы Халленов народилось пятеро, и милая, как цветочек фрезии, Рослин была средней. Венворт Халлен любил всех своих отпрысков одинаково, но Рос он гордился особенно сильно, ведь она была наперсницей маленькой принцессы. А для господина Халлена как человека, не имевшего ни громкого титула, ни обширных земель, это означало очень многое. В первую очередь вот такие застолья у короля.
Девана заранее предупредила отца о визите бургомистра и с совершенно серьезным лицом озвучила цель своего приглашения. Поэтому Бариан Мейхарт нисколько не удивился ни появлению у ворот Венворта Халлена при полном параде, ни нарядному Крисмеру ВарДейку. Чародей оделся просто безупречно и выглядел слегка взволнованным. Нордвудский монарх с трудом спрятал хитрую улыбку за учтивым выражением лица, предвкушая нескучное представление.
Но обед неторопливо близился к завершению, а долгожданное предложение руки и сердца все никак не звучало.
Сидевшая подле отца Рослин нетерпеливо ерзала и то и дело поправляла широкую бархатную ленту бирюзового цвета, которая обхватывала ее лоб и скрывала медленно заживающую рану. Бедная девушка попеременно бросала смущенные взгляды на Криса и Гвин, и от этого адептка чувствовала себя крайне неуютно. Она могла одинаково представить себя в роли мрачного коронера или развеселой акушерки, но уж никак не свахи при королевском дворе. А еще ее озадачивал тот факт, что Крисмер никак не мог собраться с духом. Пару раз он пытался завести с бургомистром светскую беседу, но господин Халлен постоянно сводил все к очередной сердечной благодарности за заботу о его дорогой дочери. И в какой-то миг адептке даже почудилось, что они так и разойдутся, не поговорив о самом важном. Однако ситуацию спас, как ни странно, Кевендил. Совершенно случайно, разумеется.
Принц сидел по правую руку от короля, игнорировал опальную жену и поддерживал учтивую беседу с бургомистром, которого знал с детства. А трапеза тем временем неумолимо шла к десерту.
– Господин Халлен, мне кажется или ваша дивная брошь напоминает нам о необходимости финансирования порта? – Кевендил задал вопрос в лоб, но при этом не забыл приветливо улыбнуться.
– Ох, ваше высочество, вы, как всегда, зрите в корень, – Венворт Халлен усмехнулся. – Королевству нужен порт. Он принесет средства, которые можно будет пустить на отстройку Архейма. Не сочтите за дерзость, мой король, но это рациональное решение.