Чтение онлайн

За длинным и надежным каменным мостом начинался уже непосредственно «город», имевший и настоящие стены, и стражу, и ворота, да и вообще – все возможные городские преимущества. На этой огороженной и защищенной территории проживала самая обеспеченная и чуждавшаяся своих «сограждан» верхушка данмурского общества, владевшая всем богатством и набором развлечений, что ограничивался у «левых» (то есть, тех, кто жил слева от стены, – если смотреть в направлении гор) лишь шумными попойками в таверне, да стычками и задиранием «правых», что забредали порой в поисках острых ощущений и обязательно их здесь находили.

Единственной достопримечательностью «левых» можно было назвать древний и полуразрушенный храм Эльрата, располагавшийся на холме чуть далее, к северу от ограды-границы, – впрочем, почти заброшенный и позабытый большинством праздных и не искавших религиозного утешения ближайших данмурских жителей. Альтирья же была одинакова быстра и широка для всех, за исключением Клайва Моргана. Нынешний губернатор Данмура, посчитав неудобным отправлять своих людей так далеко за пределы дворца (а жил он воистину по-королевски), приказал отвести от нее рукав, с тем чтобы река сама приносила ему свои богатства и «плоды», буквально же – подавала их к дому на порог. Об этом человеке говорили и судачили разное, но наверняка можно было сказать одно. Был он, скорее, политиком, чем полководцем, и, скорее, дипломатом, чем храбрецом.

– Это все знают, – закончил свой рассказ Максимилиан, пока они сидели в тени пограничной ограды, скрываясь от вездесущего солнца. Эдмунд по-прежнему держался в стороне, предпочитая общество осликов.

– Да, про Клайва Моргана я наслышан и даже встречался с ним как-то лично. Впрочем, он вряд ли об этом помнит.

Аэрис слегка призадумался.

– Но что же мы будем делать? Ты, и правда, собираешься устроить Лоренсу побег?

Все мысли мальчика вертелись сейчас вокруг этого.

– А ты что-нибудь знаешь о нем?

– Кое-что слышал, но совсем немного. Знаю только, что жил он когда-то в Данмуре и был братом то ли лорда, то ли барона, – в общем, кого-то знатного. Потом он отправился путешествовать, а, вернувшись обратно, сразу же угодил в тюрьму. Там была какая-то история, которую губернатор захотел скрыть. Поэтому и непонятно, за что этот Лоренс вообще оказался за решеткой. Многие думают, что за воровство, что якобы украл он в доме губернатора какие-то драгоценности, но говорят, что это не все и что был там еще какой-то «личный мотив со стороны Клайва Моргана». От Эббота я эту фразу раз двести слышал. Но больше ничего. А сама тюрьма находится довольно далеко от городских ворот, я был там однажды. Правда, нас могут туда не пустить, – я имею в виду на территорию «правых».

– Что ж, думаю, нам стоит решать проблемы по мере их поступления. – Друид внимательно посмотрел на Максимилиана и улыбнулся. – Я понимаю, что тебя смущает и беспокоит та же дилемма, что стоит сейчас и передо мной. Допустимо ли ради вступления в шайку даже и такой прекрасной и очаровательной предводительницы, как Сорша, совершать поступок, противоречащий не только законам Империи, но и нашим собственным внутренним представлениям о том, что правильно, а что – преступно?

Мальчик безмолвно выразил свое согласие. То, о чем говорил Аэрис, действительно, волновало и даже ни на шутку будоражило его. Сидевший чуть поодаль юноша тоже как будто бы прислушался.

– В таком случае, – продолжал Друид, – для начала, мы должны наверняка знать о том, оказался ли Лоренс в тюрьме именно по той причине, о которой ты говоришь, либо все эти городские слухи сильно преувеличены, либо от начала и до конца ложны. Если верно последнее, то наши основания могут оказаться и более законными, нежели законность удержания Лоренса за решеткой, и, возможно, мы будем даже обязаны начать действовать, чтобы выручить из беды человека, которого оболгали и обвинили явно и жестоко несправедливо. В общем, нам стоит разобраться в этой ситуации получше.

– Вот только времени у нас совсем мало… – грустно заметил Максимилиан.

– Тут ты прав. Но, знаешь, в такие сложные моменты Эльрат всегда посылает мне подсказку или совет в виде какой-нибудь личности или события, о которых заранее никогда не знаешь, да и не можешь узнать, сколько бы ты ни задумывался, а поэтому и беспокоиться нам, я полагаю, не стоит. Уверен, что решение здесь отыщется само собой.

И мальчик, и юноша с некоторым недоумением смотрели на Аэриса. Оба они почти никогда не думали всерьез о Драконах. Культ поклонения Эльрату представлялся им лишь красивой и старой традицией, чем-то таким праздничным и особенно торжественным, что вызывает порой сильные и яркие эмоции, но не имеет никакого отношения к реальной и повседневной жизни. Тем не менее, в голосе Друида звучала самая искренняя и располагающая убежденность, будто бы помощь Дракона Света – вещь вполне обыденная и совершенно естественная и сомнений вызывать не может.

– И как же он… как это происходит? – не зная, как спросить, произнес наконец Максимилиан.

– Именно что само собой, хотя и по воле Светлейшего. Но это не значит, что мы должны просто сидеть и не предпринимать никаких действий, – усмехнулся Аэрис и тут же вскочил на ноги. – Мы должны все хорошенько обдумать и сделать затем первый шаг. Но доверять случайным и непроверенным слухам в таком деле никак нельзя. Если только слухам максимально достоверным, но лучше всего – знанию фактов. А таковым в любом уголке нашей Империи обладает, прежде всего, жрец Эльрата. Разумеется, при условии, что он – достойный человек и достойный служитель Светлейшего. Поэтому, если вы спрашиваете меня, каким будет наш первый шаг, я предлагаю отыскать для начала местного жреца и обстоятельно с ним потолковать.

– О, я как раз знаком с ним! – воскликнул мальчик, довольный, что может помочь. – Его зовут Рион, он живет вон на том холме, где и стоит наш единственный храм, а, вернее, – то, что от него осталось. У нас его все очень уважают и любят, хотя в гости к нему ходят нечасто. Чаще сам Рион к нам заходит. Ах да, он ведь навещает еще иногда заключенных, когда бывает на территории «правых»!

– Вот и прекрасно! Но ты хорошо знаешь его?

– Да, мы разговариваем иногда о том о сем, потому что я-то к нему, в отличие от других, хожу. Тем более, что он бывает очень смешным!

– В смысле смешно говорит или смешно выглядит?

– И то, и другое. В общем, чудак он такой, как ты.

Максимилиан, засмеявшись, неуверенно взглянул на Аэриса. Тот засмеялся в ответ и утвердительно и удовлетворенно кивнул.

– Что ж, тогда, я думаю, мы прекрасно поймем друг друга. Только для начала вернем наших лопоухих друзей Эбботу. Хотя мне и жалко отдавать их, потому что обращается он с ними неважно, это чувствуется сразу. Но ничего, увы, не поделаешь. Такая уж у вас, ослики, служба, – тяжелая и мало кем замечаемая. А потому в благодарность за ваше терпение и за все ваши труды нарекаю вас Оссиром и Дамианом – в честь двух прославленных лучников и героев прошлого, таких же верных и трудолюбивых, как вы.

Судя по всему, посвящение пришлось осликам по душе, так как оба они прянули ушами и дружно и протяжно закричали, подавшись вперед и уперевшись головами в Друида, возложившего на них символически руки и погладившего обоих животных. Вскоре, рассчитавшись таким образом с лавочником (тот почему-то все продолжал кланяться, заверяя Аэриса в своей преданности и дружбе, которых он вовек теперь не забудет), путники направились к храму. По пути им встречались и другие, более бедные и даже не крытые походные лавки, а также понатыканные безо всякого порядка дома «левых» с пыльными и грязными дворами и самими их владельцами, имевшими такой же удручающе бесхозный и нечистоплотный, хотя и неунывающий и легкомысленный вид.