Чтение онлайн

Я выкрикиваю его имя, сжимаясь вокруг его пальцев, пульсирую на его ладони, мои бёдра выгибаются вверх с каждой наэлектризованной и ослепляющей вспышкой удовольствия, которая пронзает меня.

Мой оргазм длится вечно, одна великолепная волна за другой накатывают на меня, пока Уилл медленно облизывает меня, целует мои бёдра, нежно проводит пальцами по моему клитору, где я такая чувствительная, что едва могу это вынести.

Задыхаясь, я раскрываю объятия.

— Уилл, — хриплю я. — Иди сюда.

Не колеблясь ни секунды, он встаёт, наклоняется надо мной и поднимает выше на кровати. Затем он опускается на матрас рядом со мной, заключая меня в объятия.

Я провожу рукой по его сердцу, вверх по груди к волосам, всё ещё хватая ртом воздух, пока смотрю на него снизу вверх. Я обхватываю ладонями его лицо и притягиваю к себе, целуя долго и медленно.

— Это, — говорю я ему, затаив дыхание, — был лучший оргазм в моей жизни. Я собираюсь проспать целый месяц.

Уилл смеётся, хрипло и низко.

— Пока что нет, Джульетта.

Я морщу лоб.

— Ты же не надеешься добиться от меня ещё одного?

— Ещё одного? — он качает головой, убирая волосы с моего лица. — Не-а. Я думал, что сегодня вечером мы немножко перевалим за десятку

Из меня вырывается хриплый смех.

Уилл прижимает меня обратно к матрасу, нависая надо мной.

— Ты сомневаешься, что я справлюсь?

Я качаю головой, всё ещё смеясь.

— Я сомневаюсь, что смогу это пережить.

— Я знаю, что ты сможешь, — мягко говорит он, целуя меня между грудей, в ямочку на шее, за ухом. — Я собираюсь подарить тебе это, Джульетта, я обещаю тебе. Потому что ты этого заслуживаешь. Потому что я неделями фантазировал о том, как я мог бы прикасаться к тебе и изучать тебя, дразнить и доставлять тебе удовольствие, заставлять тебя кончать снова и снова.

Я дрожу, когда меня захлёстывает новая волна желания.

Уилл чувствует это и улыбается, уткнувшись носом мне в волосы.

— Вот это моя девочка.

Я вздыхаю, когда его рука скользит у меня между ног.

— Уилл, — шепчу я.

— Хм? — он нежно целует меня, водит своим носом по моему.

— Я действительно думаю... ах! — я прикусываю губу, когда он обводит мой клитор.

— Что ты думаешь? — бормочет он мне в шею. Целует за ухом.

Моё тело тёплое и расслабленное от оргазма, от этой новой нити удовольствия, пронизывающей меня от его прикосновений, но моё тело также затекло и ноет от многочасовых танцев, от боли, с которой я борюсь с тех пор, как проснулась.

— Я думаю, — тихо говорю я, — что как бы сильно я ни хотела, чтобы ты доставил мне столько оргазмов за одну ночь… Я также не знаю, действительно ли я смогу это пережить.

Уилл замедляет прикосновения, его глаза всматриваются в мои. Я волнуюсь, что он отстранится, что он посчитает, будто я ему отказываю. Но он этого не делает. Он просто наклоняет голову и нежно целует меня.

— Всё, чего я хочу — это чтобы тебе было хорошо, Джульетта. Как бы это ни выглядело. Скажи мне, что тебе нужно, и я выслушаю.

Я сглатываю комок в горле и целую его в ответ. Я обвиваю рукой его шею и притягиваю к себе, прижимаясь бёдрами к его руке, показывая, что по-прежнему хочу этого.

— Ещё разок, — шепчу я.

Он улыбается мне в губы.

— С радостью.

Глава 28. Уилл

Я просыпаюсь и медленно моргаю, щурясь от яркого утреннего света, наполняющего комнату Джульетты. Моим глазам требуется некоторое время, чтобы сфокусироваться, но затем я вижу её, сидящую на кровати рядом со мной, её волосы растрёпаны и пушатся ореолом вокруг головы. Моя вчерашняя рубашка облегает её тело, соскальзывая с плеча.

Она улыбается.

— Привет.

Я смотрю на неё снизу вверх и улыбаюсь.

— Привет, красавица.

Руки и ноги у меня отяжелели, я всё ещё не могу прийти в себя после сна, но мне нужно прикоснуться к ней. Моя рука скользит по прохладным, мятым хлопковым простыням к атласной гладкости её бедра. Я обхватываю его, проводя большим пальцем по её коже.

— Как тебе спалось? — спрашиваю я.

— Я заснула, когда целовала тебя, — говорит она, приподняв брови, — и не шевелилась, пока не проснулась десять минут назад. Так что я бы сказала, что спала чертовски хорошо, хотя и не собиралась засыпать именно в тот момент, когда я заснула. По-видимому, достаточно двух оргазмов от тебя, и я впадаю в кому.

Я широко улыбаюсь, вспоминая, какой красивой она была, когда кончила, запрокинув голову, приоткрыв сочные губы, разметав тёмные волосы по подушке, выкрикивая моё имя. У меня вырывается счастливый вздох.

— Рад это слышать.

Джульетта закатывает глаза, но улыбается.

— Как тебе спалось?

— Как убитый.

Её улыбка слегка увядает, когда она смотрит мне в глаза, и я понимаю, что сейчас произойдёт, и в груди у меня поселяется страх.

— Перед тем, как заснуть, я попыталась прикоснуться к тебе. Ты сделал то же самое, что и вчера вечером, когда мы вошли в квартиру. Вместо этого ты взял меня за руку и держал её. Ты... остановил меня. Прошлой ночью ты только отдавал, Уилл. А я не получила возможности дать что-то в ответ.

Я судорожно сглатываю, и тревога пронизывает меня.

— Что я могу сказать? Отдавать — это мой язык любви.

«Любовь». Это слово взрывается в комнате, как бомба.

— Это подарки, — тихо говорит она.

Я хмурюсь.

— Что ты имеешь в виду?

— Этот язык любви называется «подарки», — говорит она.

Джульетта переплетает свои пальцы с моими и кладёт мою руку к себе на колени, пристально смотрит на неё, прослеживая вены на тыльной стороне, на моём запястье, на предплечье.

— Но я думаю, что, возможно, ты думаешь о другом языке любви — служении.

(В русском переводе книги «Пять языков любви» этот язык обычно называют «помощь». Но если дословно переводить термин с английского, получится «акты служения», отсюда и последующая игра слов, — прим)

Я медленно сажусь и прислоняюсь к изголовью кровати. Я борюсь с нервозностью, не зная, к чему это приведёт.

— Ты хочешь сказать, что я хорошо обслужил тебя прошлой ночью, Джульетта?

Она многозначительно смотрит на меня.

— Ты же знаешь, что так и было, — другой рукой она начинает массировать мою руку, ту руку, которая прикасалась к ней прошлой ночью, которая изучала её, доставляла ей удовольствие и заставляла её раскрыться. Из меня вырывается стон, когда она массирует основание моего большого пальца.

— А теперь, — тихо говорит она, не сводя с меня глаз. — Я хочу служить тебе. Но, Уилл, ты должен позволить мне.

— Я знаю, — говорю я ей, с трудом сглотнув. — Я просто... запаниковал. Ты была измотана, а я был... очень взвинчен. Я не хотел просить тебя о большем, чем ты, по твоему мнению, должна была дать, или причинять тебе боль, когда тебе и так было больно.