Чтение онлайн

Я жила в городе и провела достаточно времени в барах, чтобы узнать измученного бармена. Я одариваю её тёплой улыбкой.

— Привет.

— Как дела? — вежливо интересуется Уилл.

— О, я в полном дерьме, — говорит она.

Уилл запинается.

— Э-э-э... — он прочищает горло. — Жаль... слышать это.

Мари хмыкает в ответ.

— Длинный день? — спрашиваю я.

Она бросает на меня быстрый, усталый взгляд, снимает пару пустых бокалов с барной стойки и опускает их в мыльную воду на своей стороне.

— И он будет тянуться ещё дольше. Мои музыканты отменили выступление. Получили пищевое отравление, придурки.

Я сочувственно морщусь.

— Это прискорбно.

— Прискорбно, — говорит Мари, — это ещё мягко сказано. Это были не просто заурядные исполнители, для которых я могла бы попытаться найти замену в последнюю минуту — они поют и исполняют шотландские народные песни, и у меня здесь собирается целая толпа членов Шотландского Общества, которые ожидают целый день традиционной музыки, которую я обещала им. И у меня только что закончился их любимый виски. В чёртовом уведомлении о доставке было сказано, что оно прибудет три дня назад, — она вытирает пот со лба, глядя на мыльные пузыри. — Я в заднице.

— О каких шотландских народных песнях мы говорим? — спрашиваю я.

Уилл бросает на меня взгляд, словно спрашивая «Что ты задумала?».

Я сжимаю его руку.

Мари достаёт свой телефон, нажимает на экран несколько раз, затем разворачивает его на барной стойке, чтобы я могла увидеть электронное письмо с подборкой песен. Мой взгляд скользит по списку.

И тут мне в голову приходит идея. Я снова сжимаю руку Уилла. «Доверься мне, ладно?»

— У вас случайно не завалялась где-нибудь гитара? — спрашиваю я её.

Мари поднимает взгляд, её глаза прищуриваются.

— Да. А что?

Я лучезарно улыбаюсь.

— А то, что я, возможно, смогу помочь. Я могу сделать этот сет.

Она моргает.

— Ты знаешь все эти песни? И ты можешь сыграть их на гитаре?

— Многому научилась, когда провела месяц в Шотландии, — говорю я ей. — И хотя я уже не такой отличный гитарист, как раньше, я, вероятно, всё ещё могу наигрывать простые аккорды и аккомпанировать себе.

Уилл снова сжимает мою руку. Я чувствую, как от него волнами исходит беспокойство.

— Ты прикалываешься надо мной? — Мари скрещивает руки на груди. — Серьёзно?

Я тихо напеваю первые несколько строк из «The Skye Boat Song». Когда я заканчиваю, я слегка взмахиваю руками и улыбаюсь.

— Вы мне скажите.

Мари опускает руки, на её лице застывает ошеломлённое выражение.

— Ты принята на работу.

Моя улыбка становится шире.

— Рада, что могу помочь. Я думаю, мы могли бы помочь вам и с другой вашей проблемой. С... нехваткой виски?

Я смотрю на Уилла, приподнимая брови. Он переводит взгляд с меня на бармена, затем на коробку виски, которую поставил на табурет рядом с собой.

Мари хмурится, когда он поднимает коробку и ставит её на стойку. Затем Уилл протягивает руку через стойку бара и говорит:

— Уилл Орсино. Рад наконец-то познакомиться с вами.

Мари берёт его за руку, крепко пожимает её, затем скрещивает руки на груди.

— Винокурня «Орсино», — она кивает. — Хорошо продаётся. Но это не любимый виски Шотландского Общества.

Уилл открывает крышку коробки и достает красивую стеклянную бутылку виски, переливающуюся на свету, как ириски. Тёмно-синяя этикетка, замысловатые золотые буквы, на которых написано название винокурни «Орсино», а под ней — «Выдержка 30 лет».

— Поверьте мне, — говорит Уилл, откупоривая бутылку и протягивая руку за бокалом, который стоит в перевёрнутом виде на краю бара. Он переворачивает его, ловко наливает пробную порцию и пододвигает к Мари. — Скоро он станет их любимым.

***

Уилл наблюдает за мной, пока я сижу в тихом уголке на другом конце паба с гитарой Мари на коленях, заставляя свои пальцы делать то, что я хочу. Но на деле это не получается. Я умею перебирать струны в самой базовой манере, но даже от этого у меня болят запястья.

— Чёрт, — бормочу я, встряхивая рукой.

Я оглядываюсь через плечо и замечаю, что Уилл снова смотрит в мою сторону, оторванный от своего разговора с Мари, который, кажется, проходит нормально, теперь, когда он справился с волнением при встрече с ней и представился.

Я киваю в её сторону, показывая, что ему следует сосредоточиться на Мари, затем говорю одними губами: «Я в порядке!»

Он пристально смотрит на меня и поднимает мизинец. Напоминание о том, что я должна быть честной.

Я морщусь и исправляюсь: «Так себе».

Уилл поворачивается к Мари, вежливо извиняется и направляется прямо ко мне.

— Привет, здоровяк, — я хлопаю ресницами, пытаясь изобразить широкую, беззаботную улыбку. — Кажется, с Мари всё идёт хорошо.

— Это причиняет боль, — говорит он без предисловий, указывая на мои руки, сжимающие гитару.

Я вздыхаю.

— Да, это больно. Думаю, мне, возможно, придётся петь без гитары. Но я, в общем-то, не против. Я уже много раз выступала в караоке, и эти машины выходят из строя чаще, чем ты думаешь. На данный момент я опытный ветеран пения без сопровождения.

Уилл подтаскивает стул от ближайшего стола и садится, затем жестом требует себе гитару.

— Я возьму её, если не возражаешь.

Я хмурюсь.

— Зачем?

— Потому что, — отвечает Уилл, начиная перебирать струны и наклоняя голову, чтобы вслушаться в звук. Он настраивает инструмент. — Ты не будешь петь без сопровождения, — он поднимает на меня взгляд и одаривает одним из тех очаровательных двойных подмигиваний. — Я буду твоим сопровождением.

***

В небе сгущаются сумерки, сиреневые полосы пронизывают тёмно-оранжевый вечерний свет. Я стою на цыпочках на тротуаре возле своего дома, обнимаю Уилла, и мы целуемся.

— Я прекрасно провела время.

Уилл вздыхает у моих губ.

— Я тоже. У тебя такой красивый голос, Джулс.

— Ах, — я морщу нос. — Он нормальный.

— Он прекрасный, — тихо говорит он. — Ты очаровала абсолютно всех.

— Шотландское Общество правда выглядело вполне довольным, — признаю я.

— Как и Мари, — говорит он. — Джулс, благодаря ей и Шотландскому Обществу мы продали чёртову уйму виски, — из его груди вырывается смешок. — У Феста глаза в кучку сойдутся, когда он увидит эти заказы.