Чтение онлайн

– Луизиана!
– воскликнул Хулио.
– Ты что, забыла все, что между нами было?! Все, что нас связывало десять лет?! Мне кажется, нам пора разобраться в наших отношениях.

– Хулио!
– воскликнула Фернандина.
– Ты десять лет изменял мне с Луизианой?!

– Что всё это значит, любимая? – Хуан совершенно обалдел.

Заметив жену, Хулио набросился на нее:

– Да как ты могла такое подумать?! Фернандина! Моя жена! Вера! Надежда! Любовь! Ты что-нибудь об этом слышала? Да чтобы я изменил тебе с этой потаскухой!

– Простите... Позвольте...
– мычал Хуан, но его никто не слушал.
– О какой потаскухе идет речь?

– Тогда чей это ребенок?
– Фернандина показала на малыша.

– Наш.
– Хулио уверенно взял жену под руку.

– Я так и знала.
– Фернандина облегченно вздохнула.

– Я ничего не понимаю.
– Хуан продолжал неуклюже моргать.
– Ни-че-го.

– Верните мне моего законного сына!
– твердила Луизиана, упрямо уткнувшись глазами в пол.
– И налейте вина, если не хотите, чтобы я...
– Положив руку на живот, она перестала дышать.

– Да-да, любимая.
– Хуан вооружился штопором.

– Сейчас родит, - усмехнулась Фернандина.
– Ей нужна акушерка, а не штопор.
– Она отвела мужа в сторону.
– Хулио, ты реально готов доказать, что это наш ребенок?

– Нет проблем, - улыбнулся Хулио роскошной улыбкой.

– Другими словами, если ты официально сдашь все анализы, Арлекин...

– Будет наш.

– 0 чем это они, интересно, шепчутся?!
– отчаянно воскликнула Луизиана.

Хуан подал ей полный бокал доброго вина, но это не могло ее успокоить.

– Не о тебе, лахудра!
– ответила Фернандина.

– Если мне сейчас же не вернут законного ребенка...
– Вдруг страшно выпучив глаза, Луизиана выронила бокал и обеими руками схватилась за живот.
– А! Ааа!!! Аааа...

– ... аааакушерку?
– спросил растерявшийся Хуан.

– Даааааааааааааа!!!

– Немедленно акушерку!
– взвыл муж.
– В что, не знаете, ей и минуты нельзя оставаться без акушерки!

– Я позову.
– Хулио умчался за акушеркой так же энергично, как энергичны были все его действия.

Спустя считанные минуты Луизиана разрешилась мальчиком. Поздравить счастливую маму пришли родители, родственники, Олеся и Арлекин.

Арлекин вытер пот с лица Луизианы.

– Никогда не называйте ребенка Арлекином, - посоветовал он.

– Почему?

– Чтобы его не раскручивали вправо и влево.

– Мне больно, Арлекин.

– Конечно.

– Ты смеешься?

– Когда начнешь смеяться ты, я буду далеко.

– А когда я начну смеяться?
– спросила Фернандина.

– Никогда.

– Но я же страдаю не меньше, чем она!

– Но она любила Арлекина.

– Шут гороховый!
– обиделась Фернандина.

Арлекин прихватил Олесю и тихо вышел.

Тем временем все столпились вокруг новорожденного. Мальчик оказался точь-в-точь в папу. Его приветствовали шампанским и арбузами, решив раз и навсегда назвать по имени отца.

– А где этот шут гороховый?
– хватилась вдруг Фернандина.
– Где Арлекин?

– Какой: большой или маленький?

– Можно подумать, их тут несколько!

– Нет. Совсем ни одного нет.

– Кто видел Арлекина?

– Наверно тот, кто в последний раз держал его в руках.

– С ним была еще девочка.

– Что за девочка?

– Ну, небольшая, маленькая девочка.

– Не знаю, не знаю…

– Вот что, предлагаю, перед тем как сесть за стол, проверить свои карманы...

Долго-долго бродили Олеся и Арлекин по песчаной пустыне. Не было в пустыне ни людей, ни животных, ни растений. Их скудную трапезу составляла пресная манная каша и вода из обыкновенной фляжки. Как священную драгоценность берегли они каждую каплю, но однажды фляжка опустела. И вот, только они сели передохнуть, откуда ни возьмись появился Ангел и сел третьим. Красив, ну не описать, все на Олесю поглядывает, так она ему приглянулась.

– Слушай, Арлекин, - сказал Ангел.
– Чем так сидеть, брал бы Олесю и шел проповедовать Новое Слово.

– О, нет!
– ответил тот. – Сам проповедуй Новое Слово. Ты Ангел, это твое дело. А мы что? Мы люди обычные, неприметные.

– Ты уже и Ангела не слушаешь?
– обалдел крылатый.

– Слушаю, слушаю, только смысла не нахожу. Чем это мы тебе понравились? Денег у нас нет, храм строить не на что. Говорить мы серьезно не умеем. Тут, ведь, как? Тут, ведь, серьезная морда нужна, чтобы Новое Слово сказать! Ой, серьезная! А у нас, Ангел, весело на душе. 0х, весело! Так что лети на здоровье, найдешь себе что-нибудь посерьезнее.

– Ты, Арлекин, не горячись, - отвечал Ангел.
– Вот, лучше, тебе бутерброд. И тебе, Олеся, бутерброд. Ибо вы голодны.

– Бутерброда я твоего не возьму, - сказал Арлекин, хотя в пузе так и урчало, так и урчало.
– Не хочу быть обязанным, пойми меня правильно.

Ангел похвалил Олесю и поставил ее в пример Арлекину, ибо она с аппетитом проглотила свою порцию и потребовала добавку.

– Возьми, Олеся!
– Ангел отдал ей бутерброд гордого Арлекина.

– Это тоже мне?
– спросила Олеся.

– Теперь это твоя собственность, - подтвердил посланец небес.

– Значит, если Арлекин съест бутерброд, он будет обязан мне, а не тебе?

– Ты так говоришь, - кивнул Ангел.

Услышав такие слова, Арлекин единым махом умял бутерброд с колбасой.

– Сам посуди, - сказал он потом Ангелу.
– Что мы можем сказать нового? Куда ни глянь - везде одно старое, обычное. Это всё до нас было и после нас будет. Нет, Ангел, зла не держи, а Нового Слова мы не скажем.

– А я говорю, скажете!

– Уговаривать бесполезно.

– Правда, Ангел!
– вмешалась Олеся.
– Арлекин такой не серьезный, такой легкомысленно-незначительный. Не связывайся с Арлекином. Как начнет гоготать над этим Новым Словом! Ты же его и убьешь со злости. Знаешь, как он любит издеваться над попиками и проповедниками? Обхохочешься!

– Чтобы я, Ангел, - вспылил посланец, - сидел и уговаривал какого-то Арлекина!! Да прилети я к кому другому, он бы меня разом слопал от счастья! Где ж это видано?! О, неслыханно! Полный отстой!!