Чтение онлайн

– Вот так да!
– прошумел Герон.
– И что же из этого всего получается? Что Лыка все-таки услышал "последнее" и в благодарность не дал нам умереть, так, что ли?!

– Наверное, - отозвался Фредерик.

– Хотелось бы верить, - пробормотал сэр Роберт.
– Впрочем, у нас нет причин злиться на Лыку - мы в этом мире. Стоит ли этому радоваться - это один вопрос. А второй вопрос в том, когда же мы, черт возьми, сможем встать?!

– О-о, это долгая песня!
– доложил наемник.
– К вечеру, не раньше, поверьте мне!

– Что?!
– хором воскликнули Фредерик и сэр Роберт.

– А вы как хотели? Раз, два - не болит голова?! Да из нас вытекла почти вся кровь! Как некогда учил меня монсеньор Без имени: надо расслабиться и представить, что у тебя похмелье.

– Если бы у меня бывали такие похмелья, я бы в рот не брал ничего из того, что разливают в бутыли!.. Кроме воды, конечно, - буркнул Фредерик.

Сэр Роберт молчал, сосредоточившись на самом себе. Во все более прояснявшейся голове мелькнуло какое-то воспоминание, исчезло, но вот явилось вновь. Он напрягся, до боли зажмурил глаза - и закричал:

– Стикс! Они идут к Стиксу. Так сказал Лыка!
– И, чуть успокоившись, обратился к Герону: - Что это за город?

– Это река. Но она огибает Бот. Хотя, если держать направление дальше по течению, к славному городу Соверену, то это кратчайший путь. Но мы же говорили о Боте!

– Они думают, что мы мертвы, - высказал догадку Фредерик.
– Ведь ты, Герон, сам рассказывал о том, как Элементаль помог тебе освободиться от стрел. Карлик знает заклятие Третьей ночи и наверняка осведомлен о всем прочем, что касается мертвецов. Кто же мог предположить, что нас спасет Лыка?!

– Не думаю, что ему известно все о мертвецах, - рассудительно возразил сэр Роберт.
– Вспомните: он не меньше нашего терзал вопросами и Стража Границ, и монсеньора Без имени... Вывод один: он и Пираллида решили идти дальше. И нам необходимо их догнать! Все расспросы будут потом!
– Сэр Роберт, превозмогая боль, приподнялся на локте и прокричал в крону дерева: - Век!

Средь листьев возникло заспанное желтое лицо Духа. Позевывая во весь рот, он совершенно безмятежным голосом заявил:

– А-а, вы еще тут... Поздравляю. Я было уж подумал...

– Помолчи! Лучше исполни одну просьбу...

– И откуда, спрошу я, такое грубое обращение? В конце концов, кто лежит без движения: вы или я?! Хотя, пожалуйста, чего там, валяйте, требуйте, я же Дух. Хотя, осмелюсь напомнить, что лично вы, сэр, были против моего освобождения от тела!
– Век обиженно шмыгнул носом.
– Ладно, чего ворошить дела прошлые, дела минувшие, - выкладывайте, что там у вас. Если только вы не хотите узнать, сколько листьев на этом дереве.

– Извини меня, Век. Просто ты, как и Элементаль, чересчур многословен.

– Я многословен?! Да я само молчание! Я - мыслитель, а нам, мыслителям, велеречивость не к лицу! Побывали бы вы в потустороннем мире, я бы на вас посмотрел... В кои-то тысячелетия выпала возможность вот так вот запросто пообщаться с людьми, а они мне: ты, видишь ли, многословен!

– Век...
– взмолился сэр Роберт.

– Да?

– Лети, пожалуйста, к Стиксу...

– А что к нему лететь... Вон он журчит, прислушались бы давно, вместо того, чтобы болтать!

– Тогда лети по Стиксу вниз по течению, догони Элементаля и Пираллиду...

– И Гения...

– Да, черт возьми! И скажи им, что мы плывем следом. Но пусть не останавливаются - время дорого! Мы, трое мужчин, все равно нагоним их!

– Хорошо. Поправляйтесь. Я все сделаю.

– Слава Богу.

По кронам деревьев пробежал ветер. Век, получив одной из веток по лбу, пискнул от неожиданности, взмыл вверх и полетел над зеленым морем колышущейся листвы. Мгновение, и он исчез из вида.

– Если достигнете речной развилки до того, как мы встретимся, поворачивайте направо. И причальте к правому берегу. Слышите: к правому!
– донеслось до мертвецов уже издалека.

Стикс делал очередной поворот. Решив, что толкать плот сзади больше не имеет смысла, мертвец Без имени оперся руками о край бревен и легко вскочил на них, оказавшись за спиной Пираллиды. Гений предусмотрительно взмыл вверх, а Элементаль, почувствовав, как передняя часть плота, на которой он восседал в полной безмятежности, стала приподниматься из воды, завопил в негодовании:

– Двигайтесь же! Сейчас кувыркнемся!

Пираллида, а за ней и мертвец переместились вперед. Плот выровнялся, но итогом всех людских передвижений стало еще большее погружение его в воду. Элементаль пальцем прочертил по водной глади пару кругов и с сожалением в голосе заявил:

– Не держит плот троих - не держит.

– Надо привязать еще пару бревен, - согласился мертвец.

– И забыть о незаметности?! Никогда! Вдруг сейчас впереди появится огонь, а мы - прыг в воду, и все. Я уже говорил, что на три бревна не обратят внимания!

– О чем ты?!
– взвился мертвец.
– Здесь из-за любого куста может выйти лучник, и ты его даже не заметишь, а не он тебя!

– Да вы гляньте, какая красота!
– оборвала пререкания мужчин Пираллида.

Только тут карлик с недоумением обнаружил, что дневной свет померк. Он поднял взор от речной глади и замер в восхищении. И было отчего. Стикс в этом месте сузился настолько, что могучие витиеватые кроны деревьев сомкнулись над его водами. Течение убыстрилось, вследствие чего кроны начали сливаться в один большой зеленый свод, который проплывал над головами путешественников, поражая воображение великолепием и величием. Это были царственные хоромы природы. Солнечные лучи, которым чудесным образом удалось проникнуть сквозь ажур зелени и достигнуть водной глади, игрой бликов освещали внутреннее убранство. Оторвать взгляд было выше человеческих сил. Позабыв обо всем на свете, девушка, мертвец и карлик сидели, подняв головы, и смотрели, смотрели, смотрели... Лишь Гений сомкнул свои длинные ресницы и, пользуясь всеобщей тишиной, погрузился в дрему.

– Да-а, - после длительного молчания протянул Элементаль.
– И понял, что не видел я, красот до нынешнего дня...

– Да, - как эхо откликнулся мертвец Без имени и больше сказать ничего не смог.

Пираллида вскинула руку и указала куда-то вперед и вверх. Мужчины в одно движение подняли головы - на этот раз даже у них не нашлось слов. Там, впереди, по обе стороны реки, на двух высоких, прямых, как мачты, деревьях в огромных гнездах, словно стражи, стояли аисты. Гордые птицы проигнорировали путешественников, будто бы это были не люди, а щепки, гонимые течением в неизвестность. Собственно, так оно было, поскольку о том, чтобы грести и направлять плот, все давным-давно позабыли.