Чтение онлайн

— Лет семь. Может, восемь. Тело было маленьким. Она очень боялась, но не из-за темноты. Из-за того, что ей снова не поверят.

— Родовое хранилище Асталей упоминалось в договорах?

— Не знаю. Но, судя по сну, у Элиры был отклик к камню еще в детстве. Бастиан это видел. Или ему сказали. И скрыл.

— Тогда она не была пустой.

— Нет.

Сказать это оказалось важнее, чем я ожидала.

Не пустая.

Не слабая ветвь. Не бесполезная младшая дочь. Не удобная замена, которую можно отправить умирать вместо сестры.

Элира была носительницей дара, который кто-то прятал годами.

Дамиан подошел к столу и остановился напротив. Между нами лежали кувшин, чашка, тень от огня и все то, что мы еще не сказали.

— Через печать я видел ваше прошлое, — произнес он.

Вот оно.

Я поставила чашку очень аккуратно. Так аккуратно, будто от звука зависело, смогу ли я удержаться.

— Да.

— Вы умерли под рухнувшей стеной.

— Я не знаю, умерла ли окончательно. Помню удар. Пыль. Крик. Потом карету.

— Вас звали Майя.

Имя снова прошло по комнате тихо, но ударило сильнее титула.

— Да.

Дамиан молчал.

Я ждала вопроса: кто вы такая, откуда, что сделали с Элирой. Ждала обвинения, приказа, попытки немедленно проверить меня магами. Вместо этого он сказал:

— Когда вы смотрите на трещины в камне, вы смотрите не как Элира.

— Нет.

— Когда говорите о схемах, нагрузке, скрытых дефектах, это не память дома Асталь.

— Нет.

— И когда вы сказали, что однажды стояли под падающей стеной, вы сказали почти всю правду.

Я подняла на него глаза.

— Почти всю.

Дамиан медленно выдохнул.

— Что случилось с Элирой?

Вопрос был тихим. Не как обвинение. Именно поэтому стало хуже.

— Думаю, она умерла в карете. До того, как я очнулась. Тавия сказала, что Элира не дышала. Я помню только момент после. Боль, дорогу, ее тело. Я не занимала его у живой.

Последние слова прозвучали жестче, чем я хотела. Но мне нужно было произнести именно это. Для него. Для себя. Для той девочки из сна, которой все время говорили молчать.

— Я знаю, — сказал Дамиан.

Я застыла.

— Откуда?

— Печать не приняла бы душу убийцы.

— Вы уверены?

— Нет. Но это первое, во что мне за последние сутки хочется поверить не только потому, что так удобнее.

От этого ответа внутри что-то дрогнуло.

Не облегчение. До него было далеко. Но часть напряжения отпустила. Он не поверил мне безусловно, не бросился обещать защиту вечной верности. И хорошо. Я бы не поверила красивым клятвам. Дамиан дал другое: осторожное признание факта, что я не враг Элире.

— Вы расскажете совету? — спросила я.

— Нет.

— Почему?

— Потому что совет не готов услышать о душе из другого мира в теле убитой невесты и отреагировать разумно.

— А вы готовы?

Он посмотрел на меня без улыбки.

— Нет. Но я умею не сжигать комнату, когда слышу невозможное.

— Полезное качество для дракона.

— Приходилось учиться.

На секунду между нами стало тише. Не спокойнее, но честнее.

Я хотела спросить, что теперь. Что будет со мной, если он решит, что я не жена, не Элира, не часть его рода. Но за дверью раздались шаги, быстрые и тяжелые. Потом стук. Три удара, пауза, один.

Ильсан.

Дамиан мгновенно повернулся к двери.

— Войдите.

Капитан открыл дверь и остановился на пороге. На лице у него было то выражение, с которым хорошие новости не приносят.

— Ваша светлость, у внешних ворот лорд Бастиан Асталь. С ним леди Мириана, двое родовых юристов и шесть вооруженных людей. Требуют немедленной встречи с дочерью.

В груди стало пусто.

Не от неожиданности. После письма Мирианы и видения я знала, что они появятся. Просто одно дело — понимать, что род, продавший Элиру, существует где-то за стенами замка. Другое — услышать, что он стоит у ворот и требует встречи.

— Какой предлог? — спросил Дамиан.

— Утверждают, что дом Асталь получил сведения о тяжелом состоянии младшей дочери. Лорд Бастиан настаивает, что брак заключен с нарушением, а леди Элира могла находиться под воздействием магии Рагнарисов. Он требует вернуть ее под опеку семьи до решения совета родов.

Я медленно рассмеялась.

Коротко. Без веселья.

Оба мужчины посмотрели на меня.

— Простите, — сказала я. — Просто красиво. Они отправили меня с ядом в крови, а теперь пришли спасать от вашей магии.

Дамиан повернулся к Ильсану.

— Кто их сопровождает со стороны Морвиков?

— Открыто никто. Но у одного юриста на цепи знак реестра.

— Севериан знает?

— Уже должен. Его человек видел делегацию у южного моста.

Дамиан помолчал ровно секунду.

— Проводить Асталей в малый приемный зал. Оружие оставить у ворот. Юристов проверить на скрытые печати. Мириану отдельно не оставлять ни на мгновение. Ни с кем.

— Да, ваша светлость.

Ильсан уже повернулся, когда я сказала:

— Я буду там.

Дамиан посмотрел на меня.

— Да.

Я не ожидала согласия сразу.

— Да?

— Они пришли за вами. Если спрятать вас, они получат повод говорить, что я удерживаю дочь Асталь силой. Вы выйдете к ним как моя жена.

От слова "жена" по коже снова прошел жар печати.

— И как свидетельница.

— Нет.

Вот теперь он был прежним.

— Дамиан.

— Не при первом разговоре. Мы не раскрываем видение, перстень и слова Бастиана о Морвике, пока не поймем, с какой версией они пришли.

Логика была верной. Неприятной, но верной.

— Хорошо. Но я говорю сама.

— Да.

— Если Бастиан потребует вернуть меня, я отвечаю сама.

— Да.

— Если Мириана попробует играть в заботливую сестру...

— Вы отвечаете сами, — закончил он. — До момента, когда ее слова станут угрозой. Тогда вмешаюсь я.

Я кивнула.

Ильсан молча наблюдал за нами, и по его лицу было видно: за последние сутки он уже перестал удивляться, что глава рода и его новая жена договариваются перед кризисом как два командира на разных флангах.