Чтение онлайн

Я повернула ладонь так, чтобы моя метка легла точнее к его.

Боль ударила в плечо.

Вместе с ней пришло другое видение.

Не его.

Мое.

Или Майи.

Старое здание. Пыль. Треснувшая кладка. Я кричу рабочему отойти, потому что вижу, как пошла линия разрушения. Он не слышит. Или слышит слишком поздно. Перекрытие уходит вниз. Я делаю шаг назад. Не помогает.

Падаю.

Нет, не падаю.

Меня накрывает.

Секунда, в которой я понимаю: я не успела.

И сразу вслед за этим — чужое дыхание в карете, чужое сердце, чужая рука с черным следом яда.

Дамиан увидел.

Я поняла по тому, как он резко вдохнул.

Связь дернулась, но не оборвалась.

Синяя руна, зажатая между двумя печатями, вспыхнула и наконец начала таять. Не исчезать полностью, а распадаться на крошечные искры, которые золотая магия Дамиана выталкивала наружу, а моя печать не давала им вернуться.

— Еще немного, — сказала Миретта. — Не разрывайте.

Рука Дамиана была горячей. Слишком горячей. Кожа под моей ладонью дрожала от сдерживаемой силы. Я чувствовала, что ему больно, но он не издал ни звука. Это тоже было частью его проклятого "держи лицо".

— Можно не молчать, — сказала я сквозь зубы.

Его взгляд встретился с моим.

Мы снова были в комнате. Не полностью, но уже видели друг друга.

— Что?

— Больно же.

— Терпимо.

— Ненавижу это слово.

— Вы сами его говорили.

— Значит, я тоже была неправа.

На миг в его глазах мелькнуло что-то невозможное для такой сцены. Почти улыбка. Очень короткая, сразу утонувшая в боли.

Синяя линия на его руке вздрогнула в последний раз и вышла из ожога тонким дымом. Риан поймал ее кристаллом. Кристалл почернел, треснул и рассыпался прямо в его ладони.

Комната вернулась сразу.

Запах трав. Стол. Свет из зеленоватых окон. Миретта рядом. Ильсан у двери. Риан, белый как мел, с пустой ладонью.

Я все еще держала руку Дамиана.

Он тоже не убирал свою.

Печати светились ровно. На его коже синяя линия исчезла, оставив красный ожог и золотой край. На моем запястье появилась тонкая бледная черта, почти незаметная, будто след от нитки.

— Все, — сказала Миретта. — Разорвать контакт медленно.

Я убрала ладонь первой.

И сразу почувствовала холод.

Не в комнате. Внутри.

Будто какое-то огромное тепло отошло на шаг, и я только теперь поняла, насколько близко оно было.

Дамиан опустил руку на стол. Миретта тут же занялась ожогом, накладывая новую мазь и повязку. Он не смотрел на нее. Он смотрел на меня.

Я не знала, что сказать.

"Спасибо"? За то, что закрыл меня собой?

"Простите"? За то, что руна ударила по нему?

"Я видела вашу боль"? Точно нет. Это звучало бы как вторжение, хотя вторжение уже случилось.

Он заговорил первым.

— Вы умерли в своем мире.

Воздух в комнате стал острым.

Риан медленно поднял голову.

Ильсан замер.

Миретта, проклятая умная Миретта, не остановила рук, но слушать стала внимательнее.

Я не могла отрицать. После того, что он увидел через печать, ложь была бы смешной и опасной.

— Возможно.

— Перекрытие.

— Да.

— Вас звали Майя.

Вот теперь сердце ударило сильно.

Я смотрела на него и понимала: мое настоящее имя прозвучало в этом мире впервые.

Не в моей голове. Не воспоминанием.

Вслух.

Дамиан произнес его тихо, но точно.

Майя.

Имя, которое осталось под рухнувшей стеной. Имя, которого здесь не должно было быть.

— Не здесь, — сказала я.

Голос подвел. Стал хриплым.

Дамиан понял.

Не стал давить.

Повернулся к Ильсану:

— Все, что было сказано после процедуры, остается в этой комнате. Риан.

Маг вздрогнул.

— Да, ваша светлость.

— Вы ничего не слышали.

— Конечно.

— Если услышанное всплывет у Морвика или кого-либо из совета, я начну с вас.

Риан сглотнул.

— Я понял.

— Ильсан.

— Молчу, ваша светлость.

Миретта затянула повязку на руке Дамиана и сухо сказала:

— Я лекарь. Я храню тайны пациентов. Даже если пациенты — невозможные драконы и женщины, падающие из других миров прямо в брачные печати.

Я посмотрела на нее.

— Вы не удивлены?

— Леди, меня уже много лет трудно удивить, но вы стараетесь. Поздравляю.

От этого почему-то стало легче.

Не намного. Но достаточно, чтобы снова вдохнуть.

Дамиан поднялся.

— Вы в башню.

— Мы же договорились...

— Не как наказание. Как необходимость. После такого отката вы обе печати должны успокоиться. Миретта?

— В башню, еда, сон, отвар, никаких закрытых крыльев, аптекарских подполий и героических разговоров минимум до утра.

— До утра? — спросила я.

— Я оптимистка, но не настолько, чтобы требовать от вас сутки разумного поведения.

Дамиан посмотрел на меня.

— Вечером я приду. Один. И мы поговорим.

Я поняла, о чем.

Майя.

Элира.

Чужое тело.

То, что теперь уже нельзя было спрятать под словами о поврежденной памяти.

Страх поднялся сразу, но вместе с ним пришло странное облегчение. Тайна все еще могла меня погубить. Но она больше не была только моей.

— Хорошо, — сказала я.

Он кивнул.

И все.

Никаких лишних обещаний. Никаких красивых фраз. Только взгляд, в котором появилось новое знание, и повязка на его руке, где ожог был получен вместо моего.

В башню меня проводили Ильсан и Миретта. Дамиан остался в аптекарском крыле с Рианом: опечатывать тайник, разбирать руну, проверять журнал. Я шла медленно, потому что ноги были ватными, а в голове все еще звучало мое имя его голосом.

Майя.

Тавия встретила меня у двери и сразу поняла, что что-то произошло.

— Госпожа?

— Все нормально.

Она посмотрела на Миретту.

Лекарь фыркнула.

— Ничего нормального, разумеется. Но жива, ходит, спорить способна. Значит, пока справимся.