Чтение онлайн

– Что там, блохастый? – спросил я негромко. – Чуешь что-то?

Пес фыркнул и пошел дальше, но беспокойство в его поведении никуда не делось. Не знает, мол, что именно, но определенно что-то не так.

Я тоже это чувствовал – нарастающее ощущение, что за тобой наблюдают, что ты здесь не один, что в темноте прячется что-то чужое и враждебное.

Я активировал «Скат». Сетка лазерных лучей разошлась в разные стороны, убегая в пространство сквозь стены и перекрытия, и в какой-то момент мне даже показалось, что на краю интерфейса что-то мелкнуло, но настолько быстро, что система распознавания даже не смогла зацепиться за это нечто. Так что это мог быть как какой-то случайно забредший в эти развалины мутант, так и просто крупная крыса. Ладно. Движемся дальше.

Мы продолжали подъем. Седьмой этаж. Девятый. Одиннадцатый.

Здесь меня ждал давно ожидаемый, но от этого не ставший менее неприятным, сюрприз. Лестничкая площадка обрывалась провалом, и, судя по тому, что я увидел, опасно перегнувшись в его сторону, так же было еще на протяжении нескольких этажей. Я и сам не смог бы подняться без лестницы, а уж в компании с псом – и подавно.

Ну что же. Везение не могло продолжаться так долго. Поищем другую лестницу. Должна же она быть в другом конце здания?

Перехватив Каратель поудобнее, я двинулся в коридор одиннадцатого этажа. Хочется надеяться, что он не прерывается провалом в несколько этажей… И что лестница по другую его сторону существует и находится в нормальном состояними.

В коридоре было темно, мрачно и сыро. Откуда-то капала вода, тянуло каким-то не очень приятным запахом. Я шел медленно, держа оружие наготове и пристально всматриваясь в темноту. Геллхаунд трусил рядом, больше не пытаясь вырваться вперед, принюхивался и периодически фыркал – ему здесь явно не нравилось. Ну, терпи, дружок. Я тоже не в восторге…

Прямым коридор не был – само здание имело заковыристую ромбическую форму, и коридор повторял его изгибы. Добравшись до угла, я проверил коридор «Скатом», и только потом пошел вперед. И снова на пределе видимости мелькнул непонятный силуэт, заставив меня замереть. И снова сканер никак не отреагировал. Только в этот раз я еще успел услышать шорох – как будто вдали кто-то пробежал.

– Симба, что за фигня? – прошептал я, тиская цевье «Карателя». Мне почему-то стало очень неуютно.

– Не могу знать, шеф. Это либо помеха, либо что-то слишком быстрое для того, чтобы его сумел засечь сканер.

– Отличная помеха, – буркнул я. – Которая еще и звуки издает.

Симба промолчал, а я выругался вполголоса и двинулся дальше.

За следующим углом мое внимание привлекла дверь, ведущая в концеренц-зал или какое-то схожее большее помощение. Она была стеклянной, с выгравированным логотипом ГенТек. Стекло грязное, мутное, покрытое пылью десятилетий, но целое – что само по себе удивительно. И на нем было нечто странное, заставившее меня подойти ближе и присмотреться.

Царапины. Множественные, глубокие, расходящиеся радиально от центра, словно кто-то или что-то методично скребло по стеклу когтями – или чем-то похожим на когти.

И следы. Круглые отпечатки размером примерно с мою ладонь, влажные и липкие. Определенно не отпечатки человеческих пальцев. Что-то другое.

Я осторожно коснулся одного из следов кончиком пальца. Холодный, липкий, неприятный на ощупь. Провел пальцем – субстанция потянулась, как густая слизь.

– Что за хрень? – пробормотал я, разглядывая блестящую пленку на пальце.

– Фиксирую следы биологического материала неизвестного происхождения, – отозвался Симба своим неизменно спокойным тоном. – Рекомендую соблюдать повышенную осторожность, шеф.

– Спасибо, кэп, – буркнул я, вытирая палец о штаны. – Твоя способность констатировать очевидное, как всегда, на высоте.

Но неприятное ощущение не проходило – будто я прикоснулся к чему-то живому, скользкому и чужеродному. Хаунд стоял рядом и рычал, глядя на дверь, шерсть на загривке встала дыбом.

– Ладно, – сказал я негромко. – Идем дальше.

Миновав коридор, я таки нашел лестницу – и, к моей радости, она была целой. Правда, настроение портили несколько больших обломков, валяющихся на ступенях. Велика вероятность, что позже я снова нарвусь на обвал. Ну, ладно. Пока движемся – а там посмотрим.

– Я узнал, что у меня, – пробормотал я, ставя ногу на ступеньку, – есть огромная семья…

– Простите, что шеф? – удивленно переспросил Симба.

Я хмыкнул.

– Понятия не имею. Накатило что-то. Дальше ни строчки не помню.

– Наверное, что-то из детства, – участливо проговорил Симба. Я, несмотря на неуместность ситуации, едва не расхохотался.

– Хочешь проработать мои детские травмы? – усмехнулся я.

– Боюсь, что у меня отсутствует модуль психологической помощи, – на полном серьезе ответил ассистент. Интересно, это у него опять режим железяки включился, или он уже шутить с серьезными интонациями научился?

На тринадцатом этаже липкие пятна появились в большом количестве – на перилах, на стенах, даже на ступенях. Желтоватые, блестящие в свете фонаря, они покрывали поверхности неровными разводами, как будто кто-то тащил по лестнице огромную слизистую массу.

Я снова коснулся одного из пятен – субстанция была тягучей, как мед, но совершенно непохожей на что-либо съедобное. Запах от нее исходил странный – сладковато-металлический, с какими-то химическими нотками.

– Симба, ты можешь идентифицировать это вещество?

– Анализирую, – последовала короткая пауза. – Органическое соединение с высокой концентрацией белка и специфических ферментов. Вероятно, биологический секрет какого-то существа. Уровень токсичности не определен.

– Понятно, – я вытер руку. – То есть, как обычно, хрен знает что такое и насколько оно опасно.

Запах усиливался с каждым пройденным этажом. На четырнадцатом он стал почти нестерпимым – сладковато-металлический аромат с отчетливым гнилостным оттенком заставлял меня морщиться и дышать через рот.

На перилах появились царапины – свежие, судя по блеску металла в местах повреждения, и довольно глубокие. Параллельные борозды, словно кто-то проехался по металлу когтистой лапой.

Что-то побывало здесь. Причем совсем недавно.

Пятнадцатый этаж встретил меня изуродованной дверью – она валялась в стороне от проема, и выглядело это так, будто ее не просто выломали, а буквально вырвали с мясом и скрутили. Металл был искорежен, как алюминиевая фольга.

Я присел на корточки и рассмотрел повреждения. На металле виднелись глубокие вмятины и царапины странной формы – не похожие ни на человеческие руки, ни на когти известных мне тварей.