Чтение онлайн

«Кстати, а почему у мамы никого нет? — подумалось Кирку. А ведь и вправду он раньше не задумывался об этом. — Неужели Лилианна не просто толл, но еще и сирота безродная? Фу! Какой позор! — подумал он, но потом про себя рассмеялся. — В чем позор? Кругом мечтатели, управители миров и обращать внимание на подобные вещи просто глупо. Да и быть толлом не стыдно… Хотя все-таки стыдно…»

Уже через три часа Кирк лежал в постели. Она благоухала сиренью: прислуга Беккетов добавляла при стирке белья ароматическую воду.

— Скоро майор Востенс уйдет, и ты поешь. По ночам они тут не дежурят. Только на улице, по периметру, — прошептал Карлос. — Расскажи еще про Изнанку.

Лежа в теплой кровати, Кирк вспоминал, как ему пришлось караулить на улице кого-нибудь из дядиного семейства. Как его тайком, через черный ход и кучу отвлекающих маневров провели в дом, доставили в комнату Карлоса. Как тетя охала, увидав лицо Кирка: кровяная корка на брови, синяк под носом… Еду пока не принесли, ведь никто не хотел вызывать лишних подозрений. По правде, Кирк так устал и настолько был голоден, что его желудок сдался и больше не просил, словно не верил, что его услышат. Дяди дома не было. Но, как говорил Карлос, тот всегда поздно возвращался.

— Почти все бело-серо-черное. Очень странная архитектура. Там, — Кирк зевнул, — скучное, но, когда отхожу, туман… — и мирно засопел.

Карлос был разочарован оборванным рассказом. Он не так уж много узнал от Кирка. Только то, что поведал ему отец. Отец не был мечтателем, но был в курсе перипетий мечтателей Воллдрима. Об этих особенных людях Карлос впервые услышал чуть больше года назад, когда природа города необъяснимым образом превратилась в лоскуты.

— Кирк, проснись, — прошептал кто-то прямо в ухо. Над спящим мальчишкой склонился дядя Джон: — Надо поговорить. Одевайся, — он приложил палец ко рту.

Кирк повиновался. Рядом на пуфе он обнаружил чистую одежду своего кузена: брюки, рубашку и куртку, чистые носки и начищенные ботинки. Он оделся, и двое вышли из комнаты. Дядя взял Кирка за руку. Здесь все было завешено толстенными портьерами, и потому в коридоре стояла тьма.

Дядя привел Кирка в гостиную. Кирк зевнул, мечтая вернуться к вожделенной подушке.

— Я свяжусь с Кириллом немедл…

Кирк открыл было рот — просился еще один зевок. Но вдруг в нескольких метрах в глубине гостиной протрещал щелчок, и Кирк увидел огонь, горящий в чьей-то ладони. Зевок не состоялся. Тусклый свет выхватил из тени сухую руку и закатанный рукав голубой рубахи. Нежданный ни дядей, ни Кирком человек наклонился вперед, и Кирк отметил в нем благородную осанку и уверенный взгляд. Человек подбросил огонь, и тот подплыл к свече, торчащей из старинного подсвечника в центре низкого кофейного столика, стоящего у кресла, в котором сидел незнакомец. Огонь зажег свечу, а потом растворился в рожденном им пламени. Стало светлее. Свеча подсвечивала бардовое засилье дядиной гостиной: стены, портьеры, обивка старинной мебели и ковры. За спиной незнакомца мерцал мрамор спящего камина, по крохотным керамическим статуэткам и восточным вазам на полке сверху прыгал желтый свет; и шкафы! Бесконечные книжные шкафы, даже в гостиной!..

Дядя автоматически прикрыл спиной племянника.

— Простите, что вторгся вот так.

— Вы кто? — спросил дядя. Он толкнул Кирка к двери и сам отступил от света в тень. Что-то в его руке щелкнуло. Кирк сразу понял: он возвел курок.

— Джон, я шебиш-мирак. Мое имя Фирлингтон.

— Что вам нужно? — повторил свой вопрос дядя Джон.

Мужчина, не вставая, слегка выгнулся вперед и достал из брючного кармана серебристый шнурок:

— Оденьте мне на запястье. Этот шебрак называется фоулк, он отрезает шебы. У одного офицера на днях конфисковал, — он улыбнулся. — Завяжите мне его. Тогда мы сможем поговорить спокойно.

— Завяжите сами.

Мужчина пожал плечами и подкинул шнурок вверх. Тот сначала завис в воздухе, потом опустился к руке незнакомца и, обхватив запястье, обвис. Видимо мужчина больше не мог управлять фоулком. Мужчина прижал петлю пальцем, чтобы она не соскользнула и сказал:

— Поможете затянуть крепче?

Кирк ступил вперед, но дядя загородил ему путь:

— Постой тут, — он отдал Кирку револьвер. — В случае необходимости стреляй.

Кирк сразу сообразил, что игра идет серьезная. И хотя дядя явно не верил, что Кирк сумеет выстрелить, стоит сыграть для незваного гостя в хладнокровного мужчину:

— Конечно! — легко бросил племянник.

Дядя подошел к незнакомцу так, чтобы не закрывать Кирку обзор и, осмотрев веревку, навязал еще два сложных узла.

— Опустите ворот рубашки и застегните пуговицу, — сказал дядя, вернувшись к Кирку. Он уже держал револьвер в своей руке, отчего Кирк был почти счастлив.

Мужчина выполнил все указания.

— Хороший узел, из старых, — незнакомец одобрительно кивнул. — Я пришел объясниться. Не стоит меня бояться. Я нуждаюсь в помощи, если позволите… Я следил за мальчиком еще в лесу и помогал ему добраться сюда. Благодаря мне, его не заметили люди генерала, да и вообще… Я хотел понять кто он. Хотел узнать, кто ищет то же самое, что ищу я.

Акцент этого мужчины отдавал стариной, а отдельные слова и его манеры — он казался пришельцем из прошлого. Ему было лет двадцать пять, может быть тридцать. Темные волосы и кажется карие глаза. Умный взгляд, но уставший. Уверенный в себе человек, в котором читалась, однако, покорность. Похоже ему действительно нужна была помощь, и он готов на все ради нее.

— Что? Вы видели меня в лесу? — удивился Кирк.

— И давно мог бы вас похитить или как-нибудь навредить вам. Но у меня другие цели, поверьте. Я очень долго искал хоть кого-то из шебишей и не поверите, нашел вас двоих. Однако я думаю вы не из их числа, но как-то с ними связаны…

— А что значит «шебиш-мирак»? — спросил Кирк.

— Погоди, Кирк, — осек племянника Джон.

— Это значит, что я не причиняю вреда ни себе, ни другим, — спокойно ответил Фирлингтон.

— А разве кто-то в своем уме станет причинять вред себе?

— Вы, молодой человек, не поверите, но большинство людей ежедневно только этим и занимается.

— Что вы имеете в виду?

— Давайте отложим эту тему. Расскажите зачем вы здесь? — перебил беседу дядя.

— Ваш револьвер заправлен шебраком-ограничителем? — спросил Фирлингтон.

— Да, — коротко ответил Джон.

— Ничего страшного, я понимаю, — спокойно ответил шебиш с фоулком на руке. — Петля вплавлена в пулю? Не думал, что такое еще делают. Старые трюки, книжные. Не видел вживую.

— Вы хотели что-то рассказать?

— Да. И я постараюсь изложить всю свою историю. Простите, но она не слишком коротка. Однако, только если буду я подробен, вы правильно поймете меня, не осудите и сделаете то, о чем я попрошу вас.

— Я рожден в плоском мире, слоями уложенном один на другой, словно бесконечный торт с разной начинкой. Мой слой именовали «Ферлино моСка» и жил в нем по большему народ Ска, к которому я принадлежал лишь отчасти. Я хорошо помню своих родителей: двух мам и трех отцов. Нас, детей, было 13 человек. Народ Ска почитал число «Ферт», что на вашем языке означает «пять». И потому беременность сразу двух матерей была поистине счастливым событием. Трижды по пять детей и пять родителей — идеальный счет!