Чтение онлайн

Дядя Джон поднял руку, чтобы остановить племянника, но было поздно. Кирка разбирало:

— Я удивлен, что вы никого не встретили за все эти годы. Кстати, а что насчет погоды и всего остального? Вы все это сделали? Это вы поломали природу? И те землетрясения, и ураганы?..

— Нет, но хотел бы… Что может счастья столько дать? Что краше столь прекрасной шебы?!

— Как выглядел тот шебиш, которого вы встретили у моря? — отчего-то спросил Джон.

— О, он был красив! Ему тогда было лет… черт возьми, сотни лет! Выглядел же он не старше сорока пяти. Высокий, жилистый, слегка небрежные русые волосы с жидкой сединой. Рубаха с пышными рукавами и жилет, широкий ремень и плотные брюки. О, я помню шрам, он чуть не лишился большого пальца на левой руке. Не помнил он как сие случилось. Вы знаете его? Я прав?

— Не знаю, — ответил Джон, помедлив, но Кирк услышал в голосе дяди это… Он врал. Кирк же пожал плечами, мол и я не в курсе.

Фирлингтон с небольшой задержкой заговорил вновь:

— Я был женат, два раза, в этом мире. У меня были дети, внуки, но я не знаю есть ли они где-то сейчас. Наверное живы, надеюсь счастливы. Я любил, меня любили, я счастлив был… почти счастлив, но… Не поверите, сейчас, когда так опасно пребывать в этом городе, я счастлив по-настоящему. Но я готов вернуться домой, вернуться в родной мир Фоландии.

Дядя Джон ступил к фоландцу и остановился. Он в упор посмотрел тому в глаза:

— Ее нет больше! Ваш мир пропал, он разрушился. Вам некуда возвращаться; и все, кого вы знали в том мире, скорей всего сгинули за гранью мирозданий.

Фирлингтон нахмурился и встал. На его лице мелькнул испуг. Мужчина помотал головой и с недоверием произнес:

— Разве можно уничтожить целый мир с мириадами этажей? Вы заблуждаетесь!

Однако фоландец задумался. Он стал расхаживать по комнате, что-то шепча, споря с самим собой. Сейчас он немного смахивал на психа. Похоже дядя не зря раскрыл ему новости о Фоландии. Он хотел улучить момент…

Джон наклонился к Кирку и прошептал на ухо: «Если здесь что-то случится, скажи Кириллу, что… Карл! Карл Крубстерс! Пусть достанет его архив. И еще… Пусть… Ах, это не важно… Архив Карла!!! Запомнил?» — Кирк кивнул.

— Вранье все это! — произнес Фирлингтон. Он остановился и взглянул на дядю Джона: — Вы что-то еще сказали? Я прослушал…

— Боюсь, ваш мир давно исчез. И это не вранье. Говорят, прошли сотни лет. Он стал легендой, мифом о мире, с которого началась история человечества.

— Вы убиваете меня! Я не хочу вам верить.

— Простите, мистер Фирлингтон, но дядя прав, — поддержал дядю Кирк. — Я даже книгу читал. Жаль у меня нет ее с собой. «Останки Фоландии в мирах человека-обычного», автор некто профессор Кутсон. Он говорит, что Фоландию уничтожили. Он предполагает…

Дядя с удивлением посмотрел на племянника:

— Где ты ее взял, Кирк? Неужели отец дал почитать?

Кирку вспомнилось проникновение в дом Смолгов, и он ответил:

— Нашел!

— Удивительно, — проговорил Джон, а Фирлингтон возразил вновь:

— Вы заблуждаетесь! Мой мир не может быть уничтожен! Я не верю вам и… и… Я почти закончил свою историю… — он ненадолго умолк и отвернулся. Он потер глаза и уже скоро взглянул на собеседников. Было видно, что он устал, но одновременно ему не терпелось что-то сделать. Он выудил из кармана монетку и стал подбрасывать ее вверх, ловить правой рукой и хлопать ею по тыльной стороне левой ладони. Он был хмур и ни разу не уронил монету. Во взгляде фоландца читалась сосредоточенность: — Дослушайте, что было дальше, и тогда я озвучу свою просьбу. Ведь в любом случае дело должно быть завершено.

Хлопки от игры в монетку резали перепонки Кирка, нервировали, немного пугали, впрочем, не только Кирка: дядя Джон сосредоточенно пялился в лицо Фирлингтона, а тот продолжал:

— Когда все произошло, год назад, я был в лесу. Я хорошо знал лес и имел в нем тайное пристанище. Неподалеку от горы Мирис у меня есть землянка, спрятанная в полосе молодых елей. Однажды я нашел в горе комнату. Выдолбленную пещеру. Полагаю, она ничья, заброшенная и забытая… как я сам… — вдруг добавил он и в очередной раз ударил ладонью о ладонь: — И там был шебрак. Я не понял, как он работает. Но это точно был шебрак! Возможно вы знаете, когда берешь в руки такой предмет, чувствуешь…

Ах, толлам не понять! Это страшная тоска, когда ты лишен шеб. Ты видишь шебрак, но бессилен использовать его.

Возможно, если бы я достиг нужного возраста, родители открыли бы мне особенные навыки, возможно я не был бы так беспомощен в этом мире…

Впрочем, какая теперь разница?

Итак, год назад, сидя в своем земляном укрытии, я это ощутил! Я ожил и от счастья чуть не обезумел. Я творил, я создавал, я просто стал собой. Когда я сжился с тем, что жизнь обрела смысл, я вернулся в гору Мирис и нашел в ней тот шебрак. Он светился!

Фоландец вдруг замолчал. Казалось он раздумывает рассказывать дальше или нет. Вскоре он прошептал:

— Шебрак… Шебрак… — и сжал монету в кулаке. — Я думаю он важен! — заговорил он в полный голос. — Вчера я забрал его и… и перепрятал. Возможно именно ему я должен быть благодарен за буйство шеб, год назад зачавшееся в этом месте; и одна из них, подсказанная моими собратьями шеба, случившаяся в лесу сегодня, привела меня в этот дом! В дом, где живут люди, знающие о моей Фоландии. Мечтатели… Эти голоса… Они так мудры…

— Вы должны показать мне этот шебрак, — сказал Джон. — И еще! Каким образом вы выдернули Кирка из… — он запнулся. — Как вы переместили его в лес? Кто научил вас? Собратья — это кто?

— Простите, но вам я не открою этих знаний. Я готов сотрудничать лишь с мечтателем, и только, если он поможет мне найти эту… эту Пэнто! Ее требуется обезвредить! — он заговорил на повышенных тонах. — Надеюсь сейчас вы понимаете это? Она опасна! Она виновата в моем бессмертии, в моем страдании и бесконечном одиночестве!.. В том, что сотни лет я жил неполноценно! Я был шебишем без шеб! Уродом среди толлов, среди обыденности и никчемности!.. Мне нужен один, сильный шебиш-союзник, помощник; тот, кто знает где она прячется. Мне нужен надежный человек. Я не хочу потерять надежду на месть из-за!..

— Понятия не имею кто такая Пэнто и где ее искать, — дядя Джон прервал уже практически кричащего Фирлингтона.

— Бессмертная женщина! Вы должны знать! Я раскрылся вам лишь потому, что мне хотелось выговориться людям, которые не посчитают меня безумцем. Я мог рассказать все это лишь вам двоим. Вы должны понять меня! Вы просто обязаны мне помочь! Моя миссия благая. Надо убить Пэнто и освободить меня от бремени, которое я не понимаю. Безысходность. Моя вина… За что? Я не сделал ничего плохого!