Чтение онлайн

Кирилл оказался парнем двадцати двух лет, очень похожим на своего старшего брата. Только лежачий. От таково сходства у меня побежал по коже холодок, но я отбросила страхи.

– Привет. Меня Диана зовут, - начала я после небольшой паузы, понадобившейся мне, чтоб справиться с эмоциями. Парень недоуменно оглядел меня.

– Привет. Кирилл.

Во взгляде читался вопрос о цели моего визита. Кажется, он не узнал меня. А, может, и вовсе не видел. Не все смотрят телевизор и газеты читают, правда ведь?

– Я тоже пациентка, - улыбнулась я дружелюбно, - третий день уже кисну здесь от скуки.

Немного слукавила – с Царевым не соскучишься вообще-то.

– Да, больница – самое бедное на развлечения место. Я это отлично усвоил. Что с тобой случилось? – легко пошел на контакт парень. А он приятный.

Хотя его вопрос заставил меня напрячься. Ну и что ему отвечать? Твой сумасшедший братец пытался меня убить? Не лучшая идея. Умолчу пока об этом.

– Ножевое, - спрятала я глаза. Не солгала ведь?

– Ого. Как умудрилась? Со студентами Империаль такое не случается обычно. Только если…?

– Ага, бюджетница, - усмехнулась я. – Но это не то зверье, именующееся студентами, постарались. До такого они пока не опустились.

– От них всего можно ждать. Я это знаю не понаслышке. Я вот по их вине оказался здесь в таком положении. Четыре года, как, - помрачнел Кирилл.

Разве по их? Ты ведь сам прыгнул. Это было твое решение, не смотря ни на что. Как и моим решением было прикрыть Ваню. Мы сами несем ответственность за это. Я решила прощупать почву.

– Что они сделали? – осторожно спросила я.

– Довели до самоубийства, – отвернулся он.

Так и хотелось сказать, что ты ведь жив. А если задуматься, то и умирать ты не собирался. Иначе не прыгал бы с третьего этажа. Мог бы найти стройку повыше. Ты хотел сломать себе ногу, не больше. Чтоб твои обидчики испугались, чтоб ты смог заставить их ответить в суде. Но тебе не повезло.

Хотя я могу и ошибаться. Возможно, ты действовал импульсивно, поэтому плохо продумал так называемое самоубийство.

Так, я не за этим пришла сюда. Только не обвинять.

– Не самая приятная тема для разговора. Тебя положили сегодня? Не успел еще заскучать? Хочешь, включу тебе кино? – затараторила я. Что я вообще здесь делаю?

Когда я включила телевизор, там как раз были новости. Черт бы побрал такие совпадения, но говорили о Царевых. Кирилла перекосило от злости.

– Выключи! – закричал он, а я вздрогнула и выронила пульт. – Ненавижу их! Чтоб подохли они все!

Справившись с дрожащими руками, я подняла пульт и нажала на кнопку выключения. Повисла звенящая тишина. А потом слова полились из меня ручьем.

– Прости. За это и за то, что пришла. Я знаю о тебе. Обо всем, что случилось. Я… хочу попросить прощения за него. Знаю, что это невозможно, но все же прошу простить его. И позволить искупить свою вину. Разреши ему все исправить.

Я заговорила сбивчиво, путаясь в словах и пряча глаза. Мне стало неловко за разыгранное неведение, а его вспышка ярости напугала меня. Я поняла, насколько глубоко его душа погрязла в ненависти.

– Я не понимаю! О чем ты?! Кто ты?

– Я люблю Ивана. И я знаю, что он не плохой человек. И ему жаль, – тише прежнего заговорила я.

– Жаль? Ты говоришь, ему жаль?! Что ты несешь?! Ты не знаешь его! Не понимаешь! Это чудовище! Он заслуживает смерти! Гореть ему в аду! Ты сумасшедшая, раз говоришь, что любишь такое… Уходи! Кто-нибудь! Уведите ее! – закричал Кирилл, мотая головой в разные стороны.

– Подожди! Позволь объяснить… - дернулась я в его сторону, протягивая руки.

– Ты пришла добить меня? Это Царев перевел меня сюда? Где мой брат? Это не он? Что вы с ним сделали?! – Кирилл выглядел уже совершенно невменяемым: глаза вываливаются из орбит, кричит и брызжет слюной.

– Пожалуйста, успокойся, – попыталась снова я, из глаз брызнули слезы. Не опасно ему так кричать и психовать? Что же я делаю!
– Твой брат напал на меня. Его схватила полиция, но по результатам экспертизы его признали душевнобольным и перевели в соответствующее место. Да, это Иван распорядился позаботиться о тебе. Он хочет помочь. Он может сделать так, чтоб ты снова ходил, плавал. Он может…

– Заткнись. Закрой рот… Не хочу слышать, не хочу знать, - захныкал Кирилл, мотая головой из стороны в сторону и заколотил ею по подушке. Уверена, если бы он мог, то закрыл бы уши руками.

– Пожалуйста, позволь ему помочь. Ты не обязан прощать его, только не ненавидь. Это вредит тебе. Не запирайся. Кричи, обвиняй, ругай. Пожалуйста! – я рухнула на колени перед его кроватью, даже не заметив, как начала взахлеб плакать.

Как же мне жаль, что все так! Как жаль этого парня. Он утратил надежду, утратил желание жить. Погряз в ненависти. Как тяжело ему дается каждый день, каждый час. Какая глубокая у него депрессия. Ему нужна профессиональная помощь психологов. Я так хочу хоть чем-нибудь помочь!

– Провались в ад, – выл Кирилл.
– Вместе с Царевым. Хотя нет, просто исчезните, ведь ад уже занят мной. Я живу в нем четыре года! Я не хочу просыпаться, но просыпаюсь. Я хочу умереть во сне, но продолжаю существовать, как овощ. И я ничего не могу сделать с этим. Лучше убей меня.

Я рыдала навзрыд, цепляясь за его руку. Он вырвал бы ее, если бы чувствовал это. Если бы мог сделать это. Его слова ужасны. Так жутко слышать этот отчаянный голос. Тьма, тьма льется из него волнами, сводит с ума. Мне за эти несколько минут стало так горько и тяжело, а куратор прожил в этой атмосфере четыре года. Невозможно слышать это. Как же мне жаль! Как досадно от осознания, что ничего нельзя изменить.

– Пожалуйста, отпусти прошлое, – прислонилась я лбом у его руке, омывая ее слезами.
– Попробуй довериться мне. Я обещаю, все наладиться. Я узнала, у тебя есть хорошие шансы поправиться. Поверь, пожалуйста.

– Встань, – послышался вдруг такой знакомый ледяной голос. Я испуганно обернулась и увидела посеревшего Ивана.

Что он собирается сделать? Он же не скажет ничего ужасного? Но, кажется, он вообще не собирается говорить. В три шага он преодолел разделяющее нас расстояние и дернул меня вверх. Мои ноги подкосились, чтоб снова упасть, но Иван крепко держал меня.