Чтение онлайн

– Отдай мне этот телефон!

Я отталкиваю ее назад достаточно сильно, чтобы она упала на пол.

– Хочешь поговорить о жестоком обращении? – кричит она. – Тогда что это было?

– Это самооборона, – отвечаю я. – И это последний раз, когда я хочу видеть твое лицо. Все кончено, ты меня слышишь? Все, черт возьми, кончено.

Я снова тянусь к двери, хватаюсь за ручку, и тут на уровне моей головы разбивается стеклянная бутылка с водой.

– Господи, Ева…

Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы увидеть что-то размытое, и через долю секунды скулу под правым глазом пронзает боль. Банка с соусом падает на пол и разбивается вдребезги. Я отшатываюсь назад, поднимая руку как раз вовремя: еще одна бутылка минеральной воды ударяется о мой локоть, а затем со стуком падает на пол.

– Отдай мне свой телефон, чертов трус! – всхлипывает Ева, вцепившись в край столешницы. Но у нее больше нет оружия; она швыряет кочан салата-латука, и он, не причинив вреда, разбивается у моих ног.

– Ну? – взвизгивает она. – Не стой просто так! Сопротивляйся!

– Я не собираюсь с тобой ругаться, Ева, – говорю я тихим, сдержанным голосом. – И никогда не хотел.

На мгновение слышны только звуки моего тяжелого дыхания и ее рыданий. По поврежденной щеке стекает струйка крови. Затем раздается резкий стук в дверь.

– Полиция. Откройте!

Ева вскидывает голову и отбрасывает пряди волос с лица.

– О, нет. Нет, не надо…

Я открываю дверь и приваливаюсь к стене, когда внутрь заходят двое полицейских в форме, держа руки на пистолетах.

– Смотрите под ноги, – бормочу я, указывая на лужи воды и соуса, сверкающие осколками стекла.

– Поступила жалоба на шум и женские крики, – сообщает один из полицейских. – С вами все в порядке, мэм?

Другой офицер пристально смотрит на меня.

– Подождите, что у вас с лицом? – Он поворачивается к Еве: – Это ваших рук дело?

– Он пытается меня шантажировать, – плачет она. – У него есть запись… И он толкнул меня. Он толкнул меня на пол!

Первый офицер переступает через лужи. Он поворачивается ко мне:

– Что здесь произошло?

– Я пытался уйти, – говорю я. – Ей это не понравилось.

– Пошел ты, Зак! Ты гребаный врун!

– А теперь давайте все успокоимся. Мэм, это вы с ним сделали?

Ева беспомощно смотрит на меня, беззвучно шевеля губами. Правая сторона моего лица болит, а на рубашке спереди пятна крови. Годы ее ярости и внезапные, обескураживающие приступы насилия, которые нас разлучили, все это не выходит у меня из головы, всплывая каждый раз, когда я пытался все исправить. Потому что когда-то я любил ее. Я не могу вспомнить это чувство, но знаю, что оно было. Как тень, отголосок какого-то воспоминания. И поэтому мне все еще больно думать о том, что будет дальше.

– Ладно, мэм, вы должны проследовать за мной. – Второй полицейский подходит к ней, снимая с пояса наручники.

– Что? Нет!

Она начинает просить меня о помощи. Умолять.

Мне очень жаль, Ева.

– Пожалуйста, Зак. Пожалуйста. Прости! Я так сожалею. Этого больше никогда не повторится!

– Ты права, – соглашаюсь я. – Не повторится.

– Ты в порядке? – спрашивает Джей-Джей и отпивает глоток вина. Она сидит за кухонным столом в огромном доме на барном стуле из разномастного набора, который раньше стоял в моей квартире в Западном Голливуде. Открытая планировка предоставляет нам великолепный вид на подсвеченный изнутри бассейн. А дальше под полной луной мерцает город.

– Я? Все в порядке, – отвечаю я, нарезая овощи для салата чуть энергичнее, чем необходимо. – Мне, конечно, хочется ее убить, но…

– С ним все будет хорошо, детка.

– Знаю, – отвечаю я. – Но боже, ему нужно срочно обратиться к пластическому хирургу, прежде чем вернуться домой. Он сказал, что все не так уж плохо, но все равно. Мне больно, что она причинила ему боль.

– Разумеется. – Джей-Джей с шумом выдыхает. Но ты только представь, какой грандиозный скандал! Ты читала последнюю статью «Скандальной хроники»?

– Нет, – быстро отвечаю я и продолжаю нарезать морковь мелкими кубиками. – Больше никогда не буду. Таблоиды берут один маленький кусочек правды и выстраивают вокруг него целую лживую историю. Но, боже, все это произошло вчера. Как им удается так быстро получать информацию?

– Кто знает? Но я уже все прочитала, так что тебе необязательно, и авторы не были к Еве добры, – сообщает Джей-Джей. – Мне ее почти жаль. Почти. И если тебе от этого станет легче, то о тебе написали: «У интернет-бойфренда наконец-то появилась достойная девушка».

Я усмехаюсь.

– Минуту назад я была разлучницей. Это лишь в очередной раз доказывает, что в желтой прессе одна чушь.

– Привыкай, сестренка, – говорит Джей-Джей. – Если ты собираешься быть с кем-то вроде Закари Батлера, тебе придется смириться с тонной голливудской фальши.

– Он того стоит.

– И ты определенно втюрилась, – замечает она, читая по моему лицу.

– Это настолько очевидно?

– Эм, да.

– Прости. Я не привыкла быть счастливой.

– Боже, девочка, не извиняйся. Ты опоздала.

– Спасибо, Джесс. Мне просто не хочется тебя задевать.

– Почему? А, потому что нашим отношениям с Эдом конец? – Джей-Джей машет рукой. – Я приду в норму. А пока что ты побудешь моим вдохновением. – Она оглядывает дом. – Ведь… Ты только посмотри на это место.

Я трачу секунду, чтобы оценить свою новую реальность. Дом определенно больше, чем все, в которых я когда-либо жила, но Зак сделал удачный выбор. Стену от пола до потолка занимают встроенные книжные полки – пустые, если не считать «Оскара» Зака, – а огромный камин, выступающие балки и старинные люстры создают теплую домашнюю атмосферу. Помощник Зака, Эндрю, договорился о том, чтобы забрать его вещи из того проклятого гостиничного номера. Я не могла вынести мысли о том, что он проживет там еще хоть минуту. И поскольку Эндрю необычайно работоспособен, у него также нашлась команда ребят, которые перевезли некоторые вещи из моего дома. Теперь в этом доме – нашем доме – есть кровать, разнокалиберные барные стулья и стол, за которым можно сегодня вечером поужинать. Немного, но это только начало.

Джей-Джей смотрит на свои часы.

– Когда Зак приезжает?

– Около девяти вечера, – отвечаю я, ставя хлеб в духовку. – Значит, где-то через час.

– Я обязательно сбегу к этому времени. Вам двоим нужно побыть наедине. Уверена, вам есть о чем поговорить.

– Точно. Я до сих пор не знаю всех подробностей, но он сказал, что ждет телефонного звонка из производственного отдела «Авиньона». Но на самом деле мои мысли не об этом. Мне просто хочется, чтобы он вернулся домой.