Чтение онлайн

– Я бы так не сказал, – возражает Чейз. – Но это не очень здорово. Твоя репутация безупречна. Мне бы не хотелось, чтобы подобные вещи ее запятнали.

Я представляю себе его невысказанные вопросы: «Это ты все испортил?», «Неужели „интернетный бойфренд“ трахнул Еву, обрюхатил ее, а затем выгнал из дома и тут же ушел к другой женщине?».

– Зак?

Я отрываюсь от своих мыслей.

– Что ты об этом думаешь, Кортни? Должны ли мы как-то реагировать?

– Не вижу смысла реагировать без дополнительной информации, – говорит мой публицист, перекидывая длинную прядь темных волос через плечо и глядя на меня сквозь очки в черной оправе. – Думаю, у нас есть два варианта: мы можем переждать и воспользоваться шансом, что она не беременна…

– Стала бы она лгать на подобную тему? – вмешивается Сид.

– Да, – мгновенно отвечаю я. – Она самовлюбленная социопатка. Даже если она говорит правду, для нее это просто дурацкая игра.

Присутствующие за столом переглядываются; для них все это в новинку, потому что я изо всех сил старался ни с кем не обсуждать Еву.

«Ни одно доброе дело не остается безнаказанным», – думаю я и отвожу взгляд от обеспокоенного взгляда Сида.

– А какой второй вариант?

– Если она беременна и утверждает, что ты отец, у нас будет еще около семи месяцев, пока она вещает о себе. В любом случае, рекомендую с ней связаться. Прояснить ситуацию, прежде чем мы дадим какой-либо ответ.

Это именно то, чего хочет Ева. Игнор лишь сильнее разозлит ее, и одному богу известно, что она сделает или скажет, если разозлится еще больше. Я могу это пережить, но она разрушит карьеру Роуэн. Она уже начала выставлять ее негодяйкой. Нужно как можно скорее добраться до Евы, остановить кровотечение, пока не стало слишком поздно.

И как, черт возьми, ты собираешься это сделать? Урезонить ее?

От одной этой мысли становится смешно. Я тру лицо обеими руками.

– Придется с ней встретиться. Джексон, немедленно передай ей, что я хочу поговорить с ней с глазу на глаз.

– Будет сделано.

– Кстати, где она сейчас?

– Во Флориде. В Майами, на встрече с Робом Мелвином по поводу «Одержимого», спин-оффа «Дара божьего».

– Отлично. Значит, я еду в Майами. Всем спасибо. Мы закончили. Сид, можно тебя на пару слов?

Все встают, кроме моего менеджера, и Джексон протягивает мне через стол связку ключей.

– Пока не забыл. Дом в твоем распоряжении. Вышлю тебе код безопасности.

– Отлично. Спасибо.

Вчера, еще до того, как выплеснулось все это дерьмо, я осмотрел дом в Трусдейл-Эстейтс и сделал предложение об аренде. Он меньше, чем дом в Хиллз, но все равно достаточно большой и кажется более уютным. В таком месте я мог бы обосноваться. Удивительно, как много изменилось с тех пор, как у меня возникало подобное чувство.

Моя команда уходит, за исключением Сида. Когда дверь закрывается, он кладет ладони на стол.

– Я заметил, что ты не положил всему этому конец, сказав, что не можешь быть отцом.

– Потому что я не знаю, Сид, – отвечаю я и выдыхаю. – По правде говоря, я не знаю, что произошло между нами с Евой в день вручения «Оскара». Я был в стельку пьян, так что да, возможно, она беременна от меня.

– Ты хотел помириться с ней в ту ночь?

– Нет, черт возьми. Мы поссорились. Она, как обычно, распустила руки. А следующее, что я помню, – как проснулся с ней рядом, а она вся такая влюбленная. Так что, как видишь, я в заднице. Если расскажу Чейзу и всем остальным правду, они, возможно, решат, что в этом нет ничего такого, я ведь мог заняться сексом и во сне. Или…

– Или они поймут, что это не так, – тихо говорит Сид. – Как я.

– Это может полностью изменить их мнение обо мне. И тогда мне придется при каждой встрече с ними испытывать чувство неловкости.

– Но со мной ты такого не боишься?

– Потому что не думаю, что это может изменить твое мнение. Я не прав?

– Ты не ошибся, мой мальчик, потому что тебе нечего стыдиться. Ты ведь знаешь это, верно?

– Не знаю. Я даже не знаю, что произошло. Может, и ничего. – Я слабо улыбаюсь. – Думаю, скоро это выясню.

Я встаю со стула и направляюсь к двери. Сид некоторое время молчит, а затем встает, останавливает меня и обнимает.

– Ты хороший парень, Зак. Моему старому сердцу больно думать о том, что с тобой может случиться что-то плохое. Когда-либо. Или с этой милой девушкой, Роуэн. Рядом с ней ты кажешься счастливым.

Я обнимаю его в ответ.

– Так и есть. Она подарок судьбы, и я хочу дать ей все самое лучшее. А не это дерьмо.

– У тебя все получится, я уверен. – Сид хлопает меня по спине, а потом отпускает. – Береги себя. Если тебе что-нибудь понадобится, только позвони.

– Спасибо, Сид, – благодарю я. – Я благодарен тебе больше, чем могу выразить словами.

Потому что мне хочется ему сказать, что он для меня как второй отец. Кто-то, кому можно излить душу, не беспокоя настоящего отца. Как только эта мысль приходит мне в голову, я получаю сообщение от Джереми.

Дерьмо. Я захожу в лифт и спускаюсь в вестибюль.

Повисает пауза, затем:

Господи, он прав. Если Ева беременна от меня, то я буду привязан к ней на всю оставшуюся жизнь. Хотел окончательно с ней порвать, а вместо этого придется общаться еженедельно, если не ежедневно – бесконечные споры о посещениях, каникулах и школьных мероприятиях; разбираться с ее выходками и истериками; возможно, мне даже придется защищать своего ребенка от его собственной матери.

– Проклятье, пристрелите меня, – бормочу я и прислоняюсь головой к прохладной металлической стене лифта.