Чтение онлайн

Ещё секунда — я открыл глаза, приподнял на него свой взгляд, и он выбежал из квартиры. Ты сидела в кресле, в глазах застыло выражение ужаса.

— О боже мой! — Вдруг произнесла ты. — Он видел нас. О боже мой!

Я попытался встать, сел на пол, опершись на руку. Внезапно мое воображение нарисовало мне картину произошедшего, я начал хохотать, вспоминая выражение Сашиного лица и поспешный его побег. Я смеялся долго, где-то внутри радуясь этой нелепой ситуации. Нет, я не злорадствовал. Я прекрасно осознавал, что ему пришлось несладко, но возмущение и гнев не покидали меня. Он посягнул на нашу свободу и поплатился. Ты смотрела на меня с улыбкой. Затем ты встала, влезла в мою обувь, перешагнула через останки двери в зал и направилась закрывать входные.

В ванной мы обсуждали, как теперь быть. Ты была полна сопереживания в адрес Саши. Событие казалось тебе катастрофой. Десять раз ты сказала, что тебе стыдно. Мы решили, что из гуманистических побуждений мне требуется навестить Сашу и поправить печальное положение дел. Я дал обещание, что постараюсь решить вопрос. Я не рассказывал тебе ранее, как я провел эту встречу. Расскажу сейчас.

*****

Я отправился к Саше на следующий день сразу, как проводил тебя домой. Я несколько раз отрепетировал свои реплики, собрал примерную модель действия и приехал к нему.

Я позвонил в домофон, и он снял трубку. Я попросил впустить меня, но он отказался. Я вошел в подъезд, взял ключи у консьержа, поднялся до квартиры и открыл дверь. Саша стоял в прихожей.

— Уходи!

— Нет, мы поговорим. — Ответил я.

— Убирайся! Это мой дом! Прочь! — он с силой схватил меня и попытался вытолкнуть обратно, в подъезд, но я захлопнул дверь и сказал:

— Я плачу за эту квартиру, не забывай об этом. Я не уйду и не отпущу тебя, пока мы не поговорим. Объяснимся!

Он в бешенстве стал вырываться, но я скрутил его. Он тратил силы, кричал, вновь пытался освободиться, но не смог. Когда я почувствовал, что он прекратил борьбу, и лишь бесшумно плачет, я поднял его и прижал к себе. Он, как дитя, обхватил меня руками. Я долго успокаивал его, затем спросил:

— Зачем ты пришел, Саша, зачем?

— Я… не знаю.

— Прости меня.

— Ты… ты не виноват. Я сам…

— Я виноват не меньше. Более всего виноват именно я. — Продолжал я.

— Зачем тебе женщина? Почему она?

— Потому что она.

— За что? Что в ней хорошего? Кто она такая?

— Саша, она очень переживает из-за того, что произошло. Больше, чем я. Я прошу тебя осознать, что она дорога мне. Если у тебя рождается чувство злости, то всенепременно злись на меня. Она ещё дитя, которое очень зависит от меня. Ты сам знаешь, что в отношениях я доминирую. Ситуация, произошедшая вчера, никак не зависела от нее. Ты понимаешь это?

— Любимый, конечно это ее вина, — прошептал Саша. — она ведьма и приворожила тебя. Это она управляет тобой. Она всецело властвует. Она поработила твое сознание, и ты ушел от нас. От нас, к ним. Ты теперь такой как все. Я вчера пришел, чтобы выяснить. Я знал! Разве ты не слышал, как я стучал и звонить?

— Ты вторгся на мою территорию, не имея на это права, и заплатил за это.

— Ты жесток, а она коварна!

— Ты ошибаешься, Саша. Меня ничто не изменило, и уж точно не она. Я увлек эту девушку с самого начала нашего знакомства, неосознанно. Как неосознанно сам понял, насколько мы схожи и как нужны друг другу.

— Не говори этого! — крикнул Саша, — мне тяжело, Владик, ты же видишь, я не смог оставить мыслей о тебе. Я не смог…

Я вновь крепче прижал его к себе.

— Успокойся. Пойдем, я налью тебе виски.

— У меня кончился…

— Я догадался. Я принес его с собой.

Мы выпили. Затем еще долго говорили. Я сообщил ему, что очень хорошо понимаю ситуацию и ему не удастся переиграть ее:

— Саша, ты почувствовал, что у меня кто-то есть, пришел испортить мне жизнь, спустя полгода после нашего расставания только потому, что ты болезненный и нездоровый, не умеешь справляться с ревностью, не отпускаешь меня. Я не твоя собственность, и не обязан соответствовать твоим ожиданиям. Вот и все. — Подытожил я. — Это конец. Это был конец ещё полгода назад. Моя жизнь с тех пор — мое дело.

Он понял, что будет вынужден отпустить меня окончательно. Я пояснил, что мое к тебе чувство серьезно, а вопрос моей бисексуальности никогда не стоял на уровне психиатрических склонностей, имея за собой осознанный выбор либидо. Я обещал навещать его и позволить продолжить работу в клубе через некоторое время. С тех пор, и по сей день наши с ним отношения имеют дружеский характер.

Разговаривая с ним, я не учел мелочности его натуры, и что люди вроде него всегда желают найти виноватого. После такого теплого прощания и чистосердечного поступка виноватым я быть, конечно же, уже не мог. Это был мой промах, из-за которого он впоследствии за все винил тебя.

Текли месяцы жизни. Наши отношения — причудливые и яркие, полностью захватили меня. Мы бывали вместе, все более скрепляя наше чувство сумасшедшими ночами и радостными буднями.

Ты часто отвлекалась на спорт, зачем-то запрещала бывать на чемпионатах. Но я всё равно приезжал, тайно наблюдал за тобой и фотографировал тебя на свой Полароид. Я до сих пор храню эти фото. На одном из забегов я случайно познакомился с твоим отцом. Мужчина, в возрасте около 40-ка лет, попросил у меня прикурить. Зажигалка была, но он зачем-то передумал, посмотрев на скамью. Рядом с ним сидел маленький мальчик, по-видимому, один из твоих братьев. Было что-то горделивое и благородное в его профиле, и я сразу понял, что ты — его дочь. Он был слегка выпивший, и мы разговорились. Обсудили декабристов, войну, революцию, перестройку и отвлеклись только на твой сет.

Я частенько встречал его и пьяным, и трезвым. Он мне нравился — эмоциональный, открытый — таким ты наверняка его не видела. Много рассказывал про жену, про неприятности в отношениях. Собственно говоря, так я и узнал, что ты переживаешь в семье трагедию, которая для тебя никак не могла закончиться. Для меня оставалось загадкой, почему ты выбирала роль контролёра, защитника, третейского судьи для своих же родителей. Я много об этом думал.

В мае я получил приглашение от Женевской высшей школы приступить к обучению в этом году. До нашего сближения я был намерен покинуть Россию, но сейчас в моей душе зародились сомнения. Я не знал, как нам быть.

*****

Ты никогда не оставалась у меня дольше чем на ночь или на сутки. Но сегодня меня ждал праздник: ты приехала и сообщила, что твоя семья уехала на неделю к родне, и ты останешься со мной. Я предложил уехать на Сылву, и ты согласилась.

Семьёй мы выезжали на дачу только когда отец приезжал нас навестить. Папа, несмотря на пенсионный возраст, работал в представительстве МИД в Екатеринбурге и преподавал. Он практически перестал бывать у нас ещё и потому, что снова женился. Брак с моей матерью был для него вторым. После того как мама разорвала с ним отношения, находясь в интересном положении, со мной под сердцем, через два года он женился в третий раз и ещё через четыре года у него даже появился сын. Для меня было загадкой, почему, узнав обо мне, он ушел от своей третьей жены и предпринял очень много сил, чтобы вернуть мою мать. Я спрашивал его об этом: он уклончиво отвечал, что я сам пойму это, спустя какое-то время.