Чтение онлайн

– Думай дальше, - прошептал Гедимин, сердито щурясь на мелькающие на экране символы. У животного были губчатые образования, пропитанные ирренцием, внутри костей, анатомия, нормальная для крупной ящерицы, чешуя, переродившаяся в иглы, приспособление к частичной линьке (несколько игл уже готовились выпасть, и под ними, приподнимая их, проросли чешуйки с выступами)… и ДНК, не совпадающая ни с чем на Земле.

«Как оно местных улиток переваривает?» - Гедимин растерянно покачал головой. Луч сканера сдвинулся и «поймал» ещё одну колючую рептилию, поменьше. Она тянула из земли крупного червя. Ещё одна, побольше, выискивала улиток в тени большого валуна, скатившегося с гор. Гедимин хотел направить луч дальше, но остановился – прибор «рассмотрел» среди органов существа полость с продолговатыми кожистыми яйцами. Они почти уже сформировались; сармат, одним глазом глядя в пособие по анатомии ящериц, нашёл яйцевод. «Не паразиты. Оно просто размножается,» - он покосился на термометр. «Ну да. Брачный период я пропустил. Зато увижу их гнёзда. Всё просто, скорее всего, - прикопали и разбежались…»

Он посмотрел на дозиметр. «Медленная», с трудом читаемая пульсация открытого портала уже проявилась – и сармат постепенно к нему приближался. Колючие рептилии с незнакомой ДНК могли прийти только оттуда – и, похоже, недавно. «Должны прижиться,» - Гедимин посмотрел на теневую сторону ещё одного крупного камня, покрытую слизистыми следами. «Улиток тут полно. Размер удобный – для «птерозавра» это не добыча, для ро – громадина. Охотиться на «колючек» пока некому. Если только из портала придут и хищники… Что там думает профессор Маас? У него в заповеднике своих ящериц не было?»

Гедимин шёл вдоль Туманного хребта, забираясь всё дальше в предгорья – и кустарники уменьшались в размерах, трава редела, а пульсация усиливалась. Около полудня («птерозавры» над озером ушли в зенит, превратившись в чёрные точки, - по ним верхнюю кульминацию солнца можно было определять без приборов) сармат услышал на склоне встревоженный писк. Доля секунды – и с другой осыпи ответили. Гедимин мигнул. Скалы и приозёрные леса кишели летучими мышами, но этот звук был ниже и пронзительнее их писка, и в нём были «переливы». Он остановился, включил сканер – и под писк со всех сторон успел увидеть некрупных бесхвостых «крыс», прячущихся в норы. В тени скалы была целая колония, заметная только по проплешине в траве ниже по склону – всю зелень вокруг выгрызли начисто. Приглядевшись, Гедимин заметил и «срезанные» зубами стебли под ногами.

«Родня моджисок? Куда хвосты дели?» - сармат щёлкнул когтем по сканеру. Прибор пытался опознать ДНК. Крысы Моджиса, как и прочие земные грызуны, были «не при делах» - ближе всего зверьки оказались к только что встреченным колючим ящерицам.

«Портал…» - Гедимин сощурился на горы. Сканер отвязался от ДНК, сверил анатомию и вывел на экран земное животное – нечто под названием «пищуха», очень похожее на бесхвостую мышь, но родственное кролику. «А. Сходная ниша – сходное строение…» - сармат мельком просмотрел информацию о пищухах, их колониях и зимних запасах сушёной травы. «По сезону запасаться рано. Может, на обратном пути пронаблюдаю. Охотиться на них тут некому. Разве что полуденники заинтересуются – всё-таки колония, не одиночная ящерица, и шипов нет…»

«Млекопитающее,» - шевельнулось в мозгу, «перегруженном» биологией. «Второе дикое млекопитающее, первое наземное. А за хищниками… думаю, дело не станет. Кошки на Земле часто дичали. Была бы еда, а в предгорьях приживутся.»

Он вспомнил крупных городских кошек со странно умным взглядом и загрызенных «раков» на пристани в Нисе. «Да, эти в предгорьях быстро освоятся…»

…Пока разлом «зарос», горы успело встряхнуть не раз и не два, - острые зубцы скал обрушились, зато по низинам «выросли» лабиринты крупных и мелких обломков, местами залитые застывшей лавой. Лаву уже «освоили» мхи и лишайники, по трещинам в скалах проросла трава – и, судя по снующим среди камней мелким фамсам, слизняков и насекомых тут хватало. Видел Гедимин и колючих ящериц – они держались в тени каменных обломков, чуть приподняв иглы для маскировки, и хрустели улитками. А потом сармат понял, что идёт по расчищенной тропе.

«Дорога», узкая для любой повозки, петляла среди скал, на ней, как и в любой низине, рос мох, валялись мелкие камешки – но все крупные обломки с неё откатили в сторону, и шла она поодаль от самых ненадёжных склонов. Гедимин сверился с дозиметром – пики на графике стали выше, и стрелка под экраном развернулась куда-то туда, куда уходила извилистая тропа. «Нашёл,» - сармат провёл лучом сканера по «дороге», но камешки и мох не сохранили следов. «Могли нарвенги прийти отсюда? В принципе, им ничто не мешало. Рыбы в озере достаточно. Неясно, почему полезли в кислотные болота. Может, боялись погони…»

Стрелка упёрлась в расщелину. Под лучом сканера проступил невысокий свод пещеры – пролезть можно было, но внаклонку. «Пол» плавно уходил вниз. Со свода за время сейсмической активности осыпалось всё, что могло упасть, и теперь валялось на полу – но крупные обломки лежали по сторонам, как бордюр вдоль широкой тропы. Гедимин пригнулся и полез в полумрак. Когда его спина заслонила проём, стало ещё темнее – но ненадолго. Сармат мигнул, встал так, чтобы перекрыть внешний свет по максимуму – и увидел, что снизу, из-за бокового уступа, сочится слабое красноватое сияние. Пещера там и заворачивала, и расширялась, свод приподнимался, - можно было выпрямиться. Гедимин «посветил» сканером за поворот и снова мигнул – под сырой от конденсата стеной стелился мох, а из него пробивались жёсткие листья низкорослого злака. Ни у мха, ни у травы «родственников» ни на Земле, ни в мире наннов и микана не было.

Сужалась пещера так же резко, как и расширялась. Вдоль стены лежали плашмя крупные обломки. За один из них зацепился обрывок волокна – растрепавшаяся верёвка. Гедимин различил даже остаток переплетения – грубые нити по три в «косу», под натяжением, как в канатной мастерской на Равнине…

В десяти шагах от каменного «настила» тропа ещё раз заворачивала, резко уходя вниз. На ней в едва заметных углублениях проросла белесая жёсткая трава. Свет шёл снизу – цвета в нём различить ещё было нельзя, но светлое от тёмного Гедимин отличал. Стрелка дозиметра указывала за поворот, и фон уже заметно вырос. Сармат сделал пару шагов, и под потолком зашевелились потревоженные летучие мыши. Их было немного – маленькая стайка за выступом поодаль от тропы. «Значит, место не такое уж тихое…» - Гедимин, настороженно щурясь, приподнял ипроновые щитки на запястье.

Он ждал фантомного тепла, но почувствовал только прохладный ветер, пахнущий сырым камнем. «Тянуло» с тропы. Ещё пара метров сканирования – и луч упёрся в плотную белесую стену. «А вот и портал,» - Гедимин ждал, пока прибор определится с границами «белого пятна». «Странное дело. Очень странное. Пещера-то узкая. И следов взрыва не видно. И форма у этой дыры какая-то неправильная…»

Пятно ряби размазалось поперёк туннеля, уходя во все стороны в толщу скал, - белая «амёба» с растопыренными «ложноножками». Внутри камня, судя по плотности ряби, излучение было чуть слабее, чем на проходе. Но следов взрыва, сопровождающего открытие портала, не было и там – толщу горных пород вообще не зацепило, портал просто «лежал» внутри. «Похоже на разломы между «кусками» Равнины,» - мелькнуло в голове сармата. «И на той стороне определённо твёрдая земля, никакого вакуума. И следов взрыва, наверное, тоже нет…»

За выступом скалы можно было стоять во весь рост, но вот расставить руки в туннеле уже не вышло бы. «Пещера естественного происхождения,» - определил Гедимин, едва взглянув на стены. «Но свод крепкий.»

Там, где сканер показывал заслон из белой ряби, стояла серая шевелящаяся стена – плотный туман, то выпускающий, то втягивающий волокна. Какие-то вихри, потоки двигались внутри, уходя в стены туннеля. Гедимин выпустил ипроновый коготь, посмотрел на перчатку и с тихим вздохом запустил самый кончик в туман. Фантомный ветер усилился. Сармат провёл пальцем, «разрезая» плотную серую дымку, дошёл до стены – коготь упёрся в твёрдый камень по ту сторону туманной завесы. Гедимин запустил его чуть глубже, стараясь, чтобы сам палец внутрь не провалился, - скала из-под когтя внезапно пропала. Сармат пошарил выше, ниже, потрогал невидимый пол и своды – и то, и другое через пару сантиметров из-под пальца пропадало. Свод исчезал одномоментно, пол, кажется, загибался книзу – под когтем Гедимина определённо был край ступени.

«На той стороне пещера резко расширяется,» - сармат, выдернув палец из тумана, внимательно осмотрел коготь, даже просканировал, - ипрон не нагрелся, не охладился, не принёс ничего инородного и не пострадал сам. «Может, там вообще выход на поверхность, как за порталами Равнины. Переход вроде короткий, стошнить не успеет…»

Гедимин помедлил, глядя то на стену тумана, то на палец. «М-да. А раньше бы полез, не задумываясь…» - он вспомнил о летучих мышах, пищухах и колючих ящерицах, расселившихся по предгорьям, и просунул палец в портал. «Ага, ступень. А вот вторая. Они невысокие, со следами грубой обработ… Hasu!»