Чтение онлайн

– Неа, - продолжил гнуть свою линию Костя.
– Не так уж сильно ты стремился получить меня, раз не явился мне в самом начале и оставил на Танцора. Нет, в общем, мне не интересно твое предложение. Как говорится, ведь я другому отдана и буду век ему верна.

– Я сделаю так, что в твоей власти будет вызывать у людей голод, страдания: все чувства и физические ощущения, которые ты пожелаешь.

– Внимательно слушаю.

"Кто такие Д'аку? Боги, которым не поклоняются"

Выдержка из Кодекса Гилады.

Это оказалась не так трудно, как представлялось в самом начале. Да, фронт работы в буквальном смысле являлся полем боевых действий. Да, время для передышки было непозволительной роскошью, которая могла стоить тысячи жизней. Но нет, их отряд все равно успешно справился с поставленной задачей: в минимальные сроки и с максимально низким показателем затрат.

Как только Хофу и Сил убежали разбираться с проблемами Культа Бродяги, Джийа, Протея и оберегающих их Т'ьяки приступили к выполнению собственной миссии, которую Джийа мысленно лаконично нарек "Спасение и Сохранение". Достаточно утомительное мероприятие, которое схематически разбивалось на несколько этапов. Первый: выявление бушующего (или раненного) субъекта. Второй: посев и жатва. Протея разбрасывала вокруг себя кольцо семян, которые тут же перерождались в невероятных зеленых монстров: с огромной деревянной клеткой вместо брюха и длинными гибкими хлыстами вместо рук, коими они хватали всех, кто попадался им на пути. От касания растительных тисков бушующий человек тут же успокаивался и засыпал блаженным сном, отринув злобу, и избавившись от насланной порчи. Третий этап: врачебный осмотр и (если требовалось) лечение. Пока Джийа колдовал над спящими, а Протея набиралась сил, чтобы взрастить новых питомцев, Т'ьяки окружал их магическим барьером, в который (произойди что неладное) не смог бы проникнуть даже сам Безликий..

Не обошлось и без неожиданностей. Джийа, конечно, подозревал, что среди такого безумства найдется немалое количество тех недалеких корыстных себялюбов, которые не упустят столь редкой возможности для усиления раздоров между Культами и обогащения собственного кармана через чужие жертвы. Их отряду попалось несколько на удивление хорошо сплоченных групп разбойников, которые, прикрываясь наглым враньем "о нуждах Карии", методично обворовывали дома и горожан, не стыдясь забирать все попадающееся на глаза. С такими даже не хотелось дышать одним воздухом, не то что предлагать свою помощь и услуги.

Т'ьяки придерживался того же мнения. Как единственный представитель Культа Воителя (не потерявший контроля над разумом), он чувствовал свою ответственность за все случившееся, а потому решил для себя не церемониться с оными проявлениями беспорядков и пресекать их на корню. Без тени сомнений он подбегал к смутьянам, вступая с ними в неравный бой и всегда выходя победителем. Убивать их, он не убивал (юноша полагал, что будет правильнее разобраться с этим сборищем негодяев после - в рамках закона и непредвзятого правосудия), но и залечивать появляющиеся тумаки и порезы также не позволял.

– Я все же их осмотрю, - настаивал Джийа, глядя на скрученных шипастыми путами бедолаг. Не столько из-за желания заступиться за провинившихся, сколько из чувства долга и клятвы Культа Целительницы о помощи каждому раненному и больному.
– Кровь может быть заражена, а это в будущем перерастет для них в большие неприятности.

– Раньше надо было думать, а не придаваться низкому желанию наживы, - категорически отказал Т'ьяки.
– Госпожа Протея, вы не могли бы создать...новые клетки, куда бы мы поместили всех этих крамольников. Когда все успокоится, мы их отправим на справедливый суд Карии.

– Если они доживут до него, - вставил Джийа.

– Тем для них и гуманнее наказание, - ответил Т'ьяки.

– Хватить пререкаться!
– вмешалась Протея.

В одно мгновение девушка вырастила гигантских плющей, обхвативших спорящих товарищей. Что было весьма кстати, потому как почти в ту же секунду около места их ссоры обвалился жилой дом. Не укрой мужчин сверхпрочные стебли растений, эта беседа бы продолжилась совсем в ином мире: холодном и мертвом, как их тела.

– А теперь слушайте меня, маленькие детишки, не поделившие лидерское кресло, - строго приказала Протея.
– У нас нет времени на ваши споры и раздумья: предлагаю для начала разобраться с более насущной проблемой: где разместить спасенных граждан? Вы, должно быть, не заметили, но за мной стоит уже целый батальон с усмиренными. Скоро они пробудятся и, скорее всего, им очень не понравится новое местообитание. Что тогда?

– Протея дело говорит. Мир?
– быстро согласился Джийа, протягивая руку Т'ьяки.

– Мир, - ответил почему-то дрогнувшим голосом воин.

Для Т'ьяки это оказалось то самое мгновение в жизни, когда пришло осознание всей ничтожности и бессмысленности существования до встречи с (отныне) самым дорогим и прекрасным человеком во всей Вселенной. Он совершенно по-новому взглянул на (еще совсем недавно немного своенравную особу с невероятными (даже для Д'аку) способностями Троих Богов) Протею: отважную девушку с доброй душой и твердым (когда того требовали обстоятельства) характером.

– ... Совета?
– донесся до него голос лекаря.

– Что?

– Он говорит, что здание заседаний Зё - сейчас самое безопасное место на всей Самагре. Наверняка там найдется закуток, в котором мы могли бы временно расположить людей, - повторила Протея.

– Превосходная идея, госпожа, - откликнулся Т'ьяки, едва сдерживая себя от попытки заключить девушку в свои объятия.
– Будем прорываться.

Что они и сделали. Наполненный решимостью и верой в правое дело, третий отряд Гилады обеспечил сохранность каждого спасенного человека. Отыскав в подземельях здания Совета надежное укрытие, Протея с помощью Т'ьяки аккуратно переместила всех пойманных преступников и раненных страдальцев за двери подземного убежища, которое было создано как раз для подобных чрезвычайных ситуаций. Всего за прочными каменными стенами укрылось несколько тысяч граждан: на их лицах застыли неподдельные выражения счастья и умиротворения, испытываемые человеком, который после долгого и утомительного рабочего дня возвращается к себе домой и ложится на покой в заветные объятия сна.

Спустя какое-то время (час, а может и больше) жители постепенно начали приходить в себя. Довольно тяжкая то была работа - втолковать пробудившейся толпе причины ее пленения и держания под замком до лучших времен. Люди (особенно пробудившиеся члены Карии из рядов Культа Воителя) просто не хотели верить Д'аку, что на улице развернулось брачное ложе нескончаемого разгрома и всеобъемлющей сумятицы, и безопаснее всего было переждать хаос именно здесь - в закрытом темном помещении рядом с подозрительными незнакомцами. Тогда Т'ьяки попытался исправить положение, решившись обратиться к напуганным и немного враждебно настроенным заключенным с призывом.

– Братья и сестры! Я знаю, что вам сейчас страшно. Вы напуганы. Вы не понимаете, что происходит и почему оказались взаперти. Внемлите же мне, ибо я говорю от имени той части Карии, что не подверглась чужеродному проклятью - наверху творятся страшные бесчинства, которые многие из вас, хоть этого и не помнят, уже испытали на себе. С помощью Гилады и ее доблестных воинов мы делаем все возможное, чтобы прекратить беспорядки и восстановить мир на улицах нашего города. Заклинаю вас всеми Богами прислушаться ко мне и дождаться, пока ситуация перестанет выходить за рамки критического. Многие могут не согласиться на столь жесткие меры, но поверьте, они оправданы, ибо некоторые из вас пренебрегли своим гражданским долгом и выступили против закона - в скором времени Кария спросит с них за все. Однако сейчас я прошу вас проявить терпение и выждать.