Чтение онлайн

Через «ангела» я вижу Харви и Таттла — они на своих двоих там, где дорога примыкает к летному полю. Нолана и Муна не видно, но карта помещает их рядом с первым ангаром.

— Кого мне нужно подобрать? — спрашиваю я.

— Я сам разберусь, — говорит Нолан. — Я раздобыл транспорт побыстрее вашей колымаги.

— Нам понадобится пара минут, чтобы переправить пленную и раненых в самолет.

— Сэр, это чертовски большой самолет. Предлагаю сэкономить время и заехать прямо внутрь.

Я обдумываю это пару секунд.

— О каком самолете речь, сержант?

— Старый C-17 «Глоубмастер». У ОП всегда лучшие игрушки.

— Слышишь, Джейни?

— Да, сэр. Заезжаю внутрь.

Деревья расступаются. Впереди я вижу ангары и трехэтажный бетонный куб общежития. Здания стоят вдоль взлетно-посадочной полосы. Снегоочистители сделали свою работу. Полоса чиста, как и площадка перед ангарами. Нет даже забора, который мог бы нам помешать.

— Держись крепче, Шелли, — предупреждает Джейни.

Чувствую, как она переключается на пониженную. Снегокат задирает нос, наезжая на бруствер счищенного снега. Мы карабкаемся вверх, затем снег под гусеницами проседает, и мы ухаем вниз, съезжая на бетон на маленькой лавине.

Не знаю, как снегокат поведет себя на асфальте, но сейчас мы это выясним. Джейни закладывает поворот на девяносто градусов, и мы идем параллельно полосе. В тени ангара я вижу трогающийся пикап. Ночное видение показывает водителя — визор идентифицирует его как Нолана. В кузове виден силуэт Муна. Фары выключены. Мы пролетаем мимо грузовика, переключая передачи вверх. Гусеницы молотят по бетону; снегокат вибрирует так сильно, что, кажется, кости сейчас рассыплются.

— Ч-что это за подвеска такая, мать ее? — шепчет Кендрик по общему каналу.

— Недолго осталось, сэр, — отзывается Джейни.

Я упираюсь ногой в Рэнсона, чтобы его тело не вышвырнуло из кузова на кочках.

«Ангельское зрение» показывает преследующий снегоход: он остановился в двухстах метрах позади на дороге, как раз вне прямой видимости Харви. Куда делся второй снегоход — неясно.

«Ангел» следует за мной. Он улетает вперед, к началу полосы, где нас ждет монструозный самолет; навигационные огни на крыльях, брюхе и хвосте ярко пылают в режиме ночного видения.

Сквозь грохот снегоката я слышу взрыв гранаты. Затем яростную перестрелку из стрелкового оружия. И голос Нолана:

— Таттл, доклад.

— Ебаные сукины дети, — доносится страдальческий шепот Таттла.

Это выводит Нолана из себя:

— Доклад немедленно! Ранен?

— Будто мул лягнул! Два противника готовы, сержант. Еще двое, возможно, где-то у ангара.

— Оставь их, — командую я. — Мы грузимся в самолет. Сейчас же.

Джейни задает вопрос:

— На вылете они могут всадить в нас ракету, лейтенант.

— К черту их. У нас их королева. Думаешь, они рискнут ее поджарить?

— Скоро узнаем.

Нолан разворачивает пикап, чтобы подобрать Харви и Таттла. Спустя несколько секунд он пролетает мимо снегоката. К тому времени, как мы достигаем самолета, Харви и Мун уже на земле, готовые стрелять во всё, что движется — кроме нас. Таттл уже внутри самолета, а Нолан ждет у подножия рампы, окруженный сиянием, льющимся из чрева лайнера. Я спрыгиваю из кузова снегоката, пока Джейни заходит на рампу.

«Ангел» кружит над нами. Бросаю последний взгляд через его камеры. Преследующий снегокат добрался до конца дороги. Больше никого не вижу. Таттл докладывал о двух возможных противниках, но я их пока не обнаружил.

— Зазываю «ангела» домой, — объявляю я по связи. Затем отдаю команду дрону на посадку.

Снегокат с грохотом вползает по рампе.

— Харви, Мун — внутрь, живо!

Они залетают рысцой. Подножки их экзоскелетов грохочут по металлу. Я иду следом, а за моей спиной в отсек влетает трехфутовое крыло-полумесяц нашего «ангела» — последнего бойца нашего LCS.

Снегокат кажется игрушечным в кавернозном пространстве пустого грузового отсека C-17. Складные сиденья тянутся вдоль стен, над ними — полки для снаряжения. Над полками ряды белых прямоугольных ламп сияют так ярко, что мой шлем автоматически отключает ночное видение.

— Перекличка, — произношу я; общий канал автоматически отфильтровывает большую часть шума двигателей.

Ответы следуют в установленном порядке:

Шепот: — Кендрик.

— Шелли, — говорю я.

— Васкес.

— Нолан.

— Харви.

— Мун.

— Таттл.

Мы все замираем, ожидая ответа от Флинн. Когда его не следует, меня охватывает страх.

— Рядовая Флинн! Ты там?

— Да, сэр. В кабине. Но мы пропустили Рэнсома... — её голос обрывается. — О боже. Простите, сэр.

— Таттл! — рявкаю я. — Поднимай рампу. Нолан, ты вперед. Обеспечить безопасность кабины. Если пилот или Перес начнут артачиться — дай знать. И вели пилоту увозить нас отсюда к чертовой матери.

— Понял, сэр. — Он уже собирается уходить, но медлит. Его рука ныряет в карман и извлекает навороченный планшет-телефон. — Чуть не забыл. Отобрал у Переса.

Он протягивает его мне, а затем несется через весь пустой отсек, грохоча подножками «мертвой сестры» по алюминиевому настилу. Исчезает на лестнице, ведущей в кабину.

Осматриваю телефон, убеждаюсь, что он выключен, и прячу в карман.

Теперь мы зависим от пилота — и от того, насколько оставшиеся наемники Тельмы Шеридан дорожат жизнью своей работодательницы. Самолет вибрирует, начиная движение; гул двигателей нарастает.

Таттл командует Муном, пока они крепят снегокат растяжками.

— Как закончите, готовьте носилки для Кендрика.

— Есть, сэр.

— Джейни, вы с Харви вытаскивайте пленную из снегоката. Связать руки и ноги, надежно.

— Будет сделано.

Я иду к Кендрику, он всё еще в кузове снегоката. Он снял шлем. Тот стоит на полу у его ног, но полковник вытащил гарнитуру и надел на ухо, так что он всё еще в канале. Он обмяк в кресле, потный, несмотря на холод. Глаза полуприкрыты, но он переводит взгляд на меня.

— Как вы, сэр?

— Паршиво. Почему ты не в кабине?