Чтение онлайн

Вновь башня двинулась вперед, как вдруг, никем не ждан,

55 Ударил в крепь второй валун, будто лесной кабан.

Такой раздался шум и треск, что задрожал Нарбонн,

Крепь разлетелась на куски, распался в прах заслон.

Увидев в этом тайный знак, большой беды канун,

Французы бросились бежать, как от ножа — каплун,

60 И пали многие из них, устлав телами склон.

Один остался граф Монфор. Свиреп и разъярен,

Он смертью рыцарям грозит, проклятья шлет вдогон,

Но побоялись чужаки стать пищей для ворон,

Болезнь, увечье получить иль умереть от ран.

65 Меж тем Тулузский граф Раймон, ни на гнилой каштан

Спесь крестоносцев не ценя, всех городских старшин

И всех соратников своих — защитников куртин,

Не стал бы вместе созывать, не будь на то причин.

«Скажу, сеньоры, — рек Комменж, — что я не огорчен

70 Наличьем у французских войск осадных средств, причем

Враг на защиту этих средств всецело отвлечен.

На штурм надеется Монфор, забыв покой и сон,

А я — на добрый урожай, что от грозы спасен!»

«Сеньоры, — рек Бернар Комменж, — пускай со всех сторон

75 Грозят нам рыцари Креста, однако стали звон

Напомнит им, что недалек день скорбных похорон.

Французам в битве роковой мы не покажем спин,

Но руки обагрим в крови, обрушив на вражин

Всю силу палиц и мечей, рогатин и жердин».

80 «Сеньоры, — так сказал Казнак, — я вижу в вас мужчин,

Что не привыкли отступать. Сколь ни ожесточен

Ваш враг, идите смело в бой, сплотясь к плечу плечом.

Когда же башня подползет, пузата, словно чан,

Мы с вами сможем на огне поджарить парижан!»

85 «Сеньоры, — произнес Линар, — враг злобой обуян,

И нужно город обнести, тем устранив изъян,

Стеной из тесаных камней, что не пробьет таран.

Когда мы город оградим, имея свой резон,

Добротной каменной стеной, что выше крыш и крон,

90 Ни град камней из катапульт, ни полный стрел колчан

Не испугают горожан, и я гнилой каштан

Не дам за войско чужаков, позор всех христиан».

«В моей душе, — сказал Далмат, — нет страха ни на гран,

Но если втуне пропадет совет, что нам здесь дан,

95 Я ни за что не поручусь, столь враг свиреп и рьян».

Сойдясь на том, что, коли так, не будет разорен

Их город, все пришли на зов. И консул, наделен

Всей властью, управлял людьми, имея четкий план,

Капитул дело направлял, скажу вам не в обман,

100 И щедро труд вознаграждал, сколь ни пустел карман.

Никто мудрей не поступал с начала всех времен:

Так застучали топоры, что дрогнул небосклон,

Шел в дело всякий инструмент, кем ни приобретен,

Никто отлынивать не смел, где б ни был он рожден.

105 И все, от маленьких детей до плод носящих донн,

Трудились с песней на устах, хоть труд был напряжен,

Стараясь стены укрепить и возвести донжон.

Обрушил враг на горожан всю мощь своих машин,

И катапульт, и требюше. Порой слетал кувшин

110 У водоноса с головы, стрелою сбит; кафтан

Порою дротик разрывал; но ни один виллан,

Купец иль юный мальчик-паж, отвагой наделен,

Своей работы не бросал, на подвиг вдохновлен.

Не дрогнул ни один.

Лесса 204

Никто не дрогнул ни на миг, ни на одно мгновение,

Весь люд тулузский ощущал подъем и вдохновение,

Стремясь быстрее завершить постройку укрепления.

Меж тем враги вели обстрел. Со всех сторон камения

5 На землю сыпались дождем, ломая ограждения,

Свистели стрелы там и тут, но, против ожидания,

Никто не ранен, не убит, хотя дома и здания

Вмиг были все испещрены от крыш до основания.

Готов был каждый из людей к увечью и страданию,

10 Но Бог тулузцев защитил, укрыв своею дланию.

Монфор, смертельным для себя считая промедление,

Построил замок штурмовой, бойцов и снаряжение

Укрыв решеткою стальной. Сие сооружение

В народе «кошкою»[691] зовут, взяв то в соображение,

15 Что «кошка» — первый враг «мышей», попавших в окружение.

Вот «кошка» двинулась вперед, верша ко рвам движение,

Однако недруг, что хотел осуществить вторжение,

Не знал, сколь есть у горожан баллист[692] в распоряжении,

Не знал и то, что точно в срок пришло к ним донесение.

20 Стрелки, веревки натянув до звона при касании,

Валун вложили в требюше[693] и ждали приказания.