Песнь о крестовом походе против альбигойцев
Шрифт:
Лесса 84
Крестоносцы идут разорять земли графа де Фуа
Наутро рыцари Креста трубили общий сбор.
Бароны двинулись в Фуа, являя свой задор,
Решив противникам своим там нанести удар.
Однако доблестный д’Алос, который мудр и стар,
5 Домой вернулся, ибо он горой стоял за мир.
Когда б не графы, не князья, не весь церковный клир[258],
Кому нужна была б война до гроба, на измор?
Вовек с Тулузой граф Монфор не стал искать бы ссор!
Французы прибыли в Кассес, когда туман был сер...[259]
10 А я скажу, что город слыл гнездом всех ложных вер.
Кто там убежище нашел, покинув дом и двор,
Поступком этим подписал свой смертный приговор.
Мне эти сведенья сообщил сеньор Изарн, приор
Вильмюра (то, что он не лжив, известно с давних пор).
15 Теперь фьеф графа де Фуа стал местом битв и свар.
Окрестным нивам и садам не мог бы и пожар
Столь много причинить вреда. Когда же летний жар
Пошел на убыль, граф Монфор, что стал, как туча, хмур,
Уехал, с воинством простясь, как раз в Рокамадур[260].
20 Нарбонн покинул брат Арно, предугадав раздор;
Аббат пристанищем избрал, как говорят, Каор —
Край, мирный искони.
Лесса 85
Французы по своим домам разъехались в те дни[261].
Пустился в путь и граф Монфор[262], Господь его храни,
Ведь он с аббатом из Сито имел дела одни.
Меж тем в Каоре был аббат едва ль не в западне.
5 Каорцев, знатных и простых, как то известно мне,
Он уговаривал принять участие в войне
И Церкви преданность свою тем доказать вполне.
С распадом войска парижан те поднялись в цене,
Кто вере истинной служил, оставшись в сей стране.
10 Аббат и в стенах городских был бы полезен, но
Его призвал Симон Монфор. С аббатом заодно,
Пустился в путь граф Бодуэн; не потеряв ни дня,
Они спешат в Гальяк.
Лесса 86
Прервали рыцари поход, домой вернулся всяк.
Пустился в путь и граф Монфор, через Лавор в Гальяк,
И вскоре прибыл в Каркассонн, не миновав Лорак.
Каор покинул брат Арно, ведь он спешил в Сессак[263].
5 Зане теперь Тулузский граф, а это не пустяк,
Призвал к оружью весь Прованс, Ажен и Муассак
И стяги всех своих земель призвал под общий стяг.
Сам Саварик де Малеон, а с ним — толпа рубак,
На помощь графу поспешил, покинув Бержерак,
10 Ведь рыцарь сей не лжец.
Лесса 87
Окситанцы готовятся к наступлению
О том, что пуст крестовый стан[264], всем рассказал гонец.
Когда ту новость он принес в Тулузу, во дворец,
Весьма обрадовался граф, храни меня Творец.
И обратился он ко всем, кто чтил его венец,
5 Дабы готовили мечи, как серп готовит жнец,
И прочь всех недругов своих прогнали наконец.
Поднялся весь Тулузский край вплоть до морских границ.
Все те, кто мог рубить мечом, стоять ли у бойниц,
Слились в один большой поток из многих верениц.
10 Купец припасы подвозил, ковал мечи кузнец,
И битвы жаждали бойцы, являя пыл сердец.
Средь них был храбрый граф Фуа, давно уж не юнец,
Сеньор Годенса[265] граф Комменж — всем храбрецам храбрец.
Когда ж настал воскресный день, недели всей венец,
15 К тулузцам прибыл Саварик, пред коим пал бы ниц
И тот, кто сильного сильней, страшась его десниц.
Но дни тулузцев сочтены, всех ждет один конец.
О святость Девы, о Христос, о славный Бог-Отец!
Кто видел столько крепких лат, рубашек из колец?
20 Был блеск заточенных клинков похож на свет зарниц...
Во всей Ломбардии большой не встретить столько лиц,
Сколь их встречалось там.
Лесса 88
Войско окситанцев идет в наступление
Мои сеньоры! Войск таких вовек не видеть вам.
Бойцы Комменжа и Фуа — в ущерб иным делам —
Решили тотчас же принять участье в деле злом.
Там было более людей, чем в Риме пресвятом.
5 Во всем Милане не найти и в Павии притом
Так много доблестных бойцов с копьем и со щитом.
И Муассак, и Монтобан, который мне знаком,
В тулузском лагере сошлись, всяк со своим полком.