Песнь о крестовом походе против альбигойцев
Шрифт:
Блестела конская броня и раздавался звон
Тех колокольцев золотых, подобных сотне лун,
Что на подгрудном ремешке нес боевой скакун.
60 От криков пошатнулась твердь и дрогнул небосклон!
Приник к бойницам и зубцам нарбоннский гарнизон,
Уже заполнили стрелки и башню, и балкон.
Однако город не дремал, врагами окружен.
Взамен разрушенной стены был вал сооружен,
65 Там встали лучшие бойцы из боевых дружин,
Чтоб камни мощные метать и бить врага с куртин.
В Тулузе всякий, стар и млад, надел из кож кафтан...
На их рогатины идти не стал бы и кабан,
И дикий лев бы не посмел! Пал духом весь Нарбонн,
70 Увидев стяги и гербы, ведь на шелках знамен
Горели алые кресты[599], видны со всех сторон.
Тулузец, будь же начеку! Сулит немало ран
Растяпе меткая стрела. Уже огромный чан
Стоит у каждой из бойниц, уже видны очам
75 И стрелы в чанах тех больших, похожих на колчан.
Но горожане сознают, что город им вручен;
Кто взял отточенный топор, кто пикой оснащен,
Здесь дело есть для них самих, для их детей и жен,
Здесь каждый с ношею спешит, камнями нагружен;
80 В больших корзинах — валуны, оружье горожан,
А камень, годный для пращи, кладут в отдельный жбан.
А что же делают бойцы, коих привел норманн?[600]
Французы строятся в ряды, одев железом стан;
Звучат их горны и рога; сигнал к атаке дан.
85 Вот-вот на землю хлынет кровь, раздастся первый стон,
Всяк встретит смерть лицом к лицу, поймет, зачем рожден...
Так пусть же в битве роковой, как было испокон,
Бог будет с тем, кто прав!
Лесса 188
Монфор идет на штурм. Сражение между французами и защитниками Тулузы
Господь пребудет с тем, кто прав, свершив свой правый суд,
Уж Он-то знает: клир неправ, слова священства лгут.
Епископ с митрой и жезлом и кардинал-легат,
Монахи в черных клобуках, прево, приор, аббат[601]
5 Взывают к Деве и Христу, точа проклятий яд,
Не отличая тех, кто прав, от тех, кто виноват.
Войска, что в бой ведет Монфор, имеют грозный вид,
Сам граф и рыцари в броне, всяк горд и родовит.
И ветр, взвивающий шелка, и стяг, что ветром взвит,
10 И колокольчик золотой, что на ремне блестит[602], —
Всё полнит радостью сердца и душу веселит.
Но и в Тулузе, я скажу, дела идут на лад,
Столь духом жители тверды, что сдаться не хотят,
И блещет конская броня, и слышен стук копыт.
15 А там, где высится Нарбонн, чей прочен монолит,
За каждым каменным зубцом уже стрелок стоит.
Что коршун падает стрела, слетая вниз с высот,
Тулузцам гибелью грозит стрелы смертельный лёт,
Но крепнут ярости ростки и ратный пыл растет,
20 От громких кличей боевых дрожит небесный свод,
Трепещут камни и листва, земля и бездна вод.
Тулузцы крепость возвели — опору и оплот —
И вырыли глубокий ров. Чтоб ров засыпать тот,
Французы с криком «Граф Монфор!» и «С нами Бог, вперед!»
25 Несут вязанки и снопы, мешая кровь и пот.
Одним из первых де Ла Вольп бегом ко рву спешит,
Он не боится ничего, столь горд и боевит.
Уж рыцарь в ров бросает кладь, уж он уйдет вот-вот,
Но в это время Монденар копьем француза бьет,
30 По локоть входит острие и кровь ручьями льет.
К тому же был невдалеке поставлен камнемет,
Метавший камни по врагу все время напролет.
Тверд сердцем храбрый граф Комменж, чьи дни пусть Бог продлит,
У слуг он просит арбалет и натянуть велит,
35 Кладет стрелу на тетиву, нацелив арбалет,
И в цель летит его стрела, неся французам вред.
Стрела попала точно в Ги, что вышел в первый ряд,
Такую точность, я скажу, видали вы навряд.
Пал навзничь славный Ги Монфор, что ныне зло творит,
40 И кровь на шлеме голубом, и плащ насквозь пробит.
Смутились рыцари Креста, готовы бить в набат,
И так воскликнул граф Комменж: «Француз хотел наград?
Ему, как зятю моему, теперь отдать я рад
Все земли графства, весь удел, каким владел мой род,
45 И пусть все это он с собой в могилу заберет[603].
Сеньоры, спесь побеждена, звезда надежд встает!»
И вот, ответив на призыв, спешат добыть почет
Де Л’Иль, уверенный в бою, и храбрый рыцарь От,
И сам сеньор Рожер Бернар, чьей славе нет преград,