Чтение онлайн

17 ноября в Вашингтоне состоится третья Конвенция, посвященная нашему Знамени Мира. Покровителем ее будет член Кабинета Уоллес и почетным чэрмэном[254] — сенатор Вагнер. Посылаю Вам несколько журналов, посвященных этой Конвенции. В одной Индии сорок изданий широко откликнулись на идею охранения истинных сокровищ человечества. Если бы и Вы пожелали послать свой привет Конвенции, то можете это сделать по адресу музея в Нью-Йорке.

Итак, еще раз спасибо Вам большое и еще раз помните, что мы всегда будем рады слышать от Вас и о Вас.

В Духе с Вами.

83

Н. К. Рерих — З. Г. Лихтман

5 октября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Родная Радна,

Прошу Вас передать прилагаемое письмо к В. К. Р[ериху]. Копию его приложим для общего сведения к будущим минутсам[255]. Прочтите его содержание и запомните, ибо это будет в связи с продвиж[ением].

Посылаю фотографию моей картины «Белый Камень»[256], можете передать ее Авираху для его коллекции снимков Музея. Если нужно ее где воспроизвести — то можно.

Следует приложить всю осторожность при упоминании сумм для продвиж[ения], чтобы как-нибудь кто-то не создал себе недостойное впечатление. С возрастающим нетерпением ожидаем сведений из Нью-Йорка и надеемся, что наш друг установит истинное сношение с департ[аментом]. Иначе произошел бы великий вред, ведь Знамя для Америки — первое условие будущей Вести.

Духом с Вами.

84

Н. К. Рерих — А. К. Халдару*

5 октября 1933 г. Наггар, Кулу, Пенджаб

Дорогой д-р Халдар!

Не успели мы порадоваться Вашей вести о прекрасном отношении пандита Браджа Мохана Виаса в Аллахабаде, как получили очередную жалобу на управление Залом Рериха в Бенаресе, подробности которой Вы узнаете из прилагаемой копии письма. Поскольку вопрос о дополнительных лампах, по сути, пустяковый, мы надеемся, что г-н Кришнадас больше не даст повода для таких неприятных замечаний. Будем весьма признательны, если у Вас появится возможность повлиять на куратора Бхарат Кала Бхаван в Бенаресе, поскольку мы не хотим, чтобы эти отголоски достигли Музея в Нью-Йорке.

С наилучшими пожеланиями Вам, Вашей школе и обоим Сенам, чей визит мы часто вспоминаем.

Искренне Ваш.

85

Н. К. Рерих — Д. Д. Бушену

6 октября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Дорогой Дмитрий Дмитриевич,

Сердечно рад был получить Вашу весточку и узнать из нее, что Вы работаете и преуспеваете даже и теперь, среди таких трудных обстоятельств. Именно эта трудность времени и обязывает всех, кто причисляет себя к созидательным элементам, держаться вместе и преобороть всякие мелочные недостойные побуждения. Ужасно смотреть на творящееся кругом. С одной стороны тьма, разрушение, безбожие; с другой стороны — тление, грызня и самые недостойные раздоры. Когда просматриваешь современные и наши зарубежные газеты, прямо диву даешься, до каких границ одичания и отемнения доходят люди. Чего только они не выдумывают друг про друга! Самая явная нелепая ложь бросается в пространство, и сочинители ее вовсе не заботятся о том, что их изобретения неправдоподобны, нелепы и ничтожны. Иногда приходится завидовать организованности животных и их неподкупному чутью, но если силы тьмы так сплочены, то неужели же позитивные элементы не найдут в себе силы, чтобы сойтись в пределах культурной работы. Всегда я ожидал от вас обоих устойчивости в культурных и творческих устремлениях, всегда в сердце своем глубоко верил Вам, и теперь еще раз радуюсь, видя, как, несмотря на множество трудностей, Вы преуспеваете. Хотелось бы видеть снимки с Ваших картин и прочесть Ваши статьи. Кого Вы видаете из бывших учеников нашей Школы[257]? Встречал я Попову, Щекотихину, Георгиева, слышал о Срезневской и Лагорио. Имел очень трогательное письмо от Землянициной, которая уже давно постриглась в монахини. Если Вы что-нибудь слышали о наших прежних сотрудниках, буду рад узнать. В наши далекие горы иногда доходят совершенно неожиданные вести, и, если среди них оказывается что-нибудь объединительное, мы всегда сердечно радуемся, ибо когда же, как не теперь, нужна всякая кооперация. Не приходилось ли Вам встречать в Париже режиссера Санина? Я сохраняю о нем самые лучшие воспоминания. Пришлось мне слышать, что он недавно был с большим успехом в Южной Америке, а сейчас намеревался работать в Италии. Не приходилось ли и Вам с ним работать? Он один из тех, которые с течением лет не меняются и по-прежнему горят светлым огнем.

Скоро посылаю в Париж в наш отдел шесть моих последних картин, а другие кроме Америки имеются в Аллахабаде, Бенаресе и Югославии. Нет ли у Вас каталога Вашей недавней выставки, и вообще какие именно будущие намерения перед Вами? Знайте оба, что я всегда рад вестям от Вас, и шлю Вам мой сердечный привет.

Душевно с Вами.

86

Н. К. Рерих — Г. Э. Уоллесу*

11 октября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Мой дорогой друг!

Мы только что получили телеграмму от ФРГ[258] о том, что по окончании Вашей встречи с нашим достопочтенным ФДР[259] он выразил высокое мнение о нашем движении и Знамени. Я никогда не сомневался в таком отношении, поскольку знаю его благородные и гуманные взгляды. Считаю, тем самым был заложен краеугольный камень успеха нашей Конвенции и нашего славного пути в США. Вы, несомненно, чувствуете, как близки мне интересы США, и я прежде всего желаю, чтобы Соединенные Штаты были не менее гостеприимными, чем Бельгия. В Брюгге нашу конференцию приветствовали Его Величество король и премьер-министр, а губернатор Фландрии и мэр города участвовали в ней лично, не говоря уже о том, что для проведения конференции было предоставлено здание правительства. Конечно, я не имею в виду последнее обстоятельство, но слова одобрения и приветствия могли бы помочь иностранным участникам избавиться от смущения перед принимающей стороной. Мы все бережно храним воспоминание о том, как предыдущий президент Кулидж приветствовал инаугурацию нашего Музея, и сейчас, после вышеупомянутой телеграммы, я уверен, что последуют слова поддержки и радушия, а департамент выступит не просто с нейтральной, а с положительной формулировкой.

Вы получите несколько номеров индийской прессы, посвященной Вашингтонской Конвенции, и увидите, сколько оптимистических ожиданий звучит по всему миру. И потому я так рад, что идея, взращенная на Американской земле, будет обсуждаться в столице Соединенных Штатов и останется культурным активом страны, которая так мне близка. Шлю Вам самые лучшие пожелания и знаю, что Ваше Покровительство станет для нас непобедимым щитом. Я также верю, что будет найдено наиболее жизненное и безотлагательное решение.

Мы постоянно посылаем Вам самые лучшие мысли.

Духом с Вами.

87

Н. К. Рерих — З. Г. Лихтман

18 октября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Родная Радна,

Прилагаемое письмо пошлите ВКР[260]. Прочитайте и сами его и примите к сведению при Ваших дальнейших переписках с ним. В конце концов, трудно понять истинное положение вещей. В том, что Вы цитируете из его письма, есть как бы даже противоречие. Выходит так, что, как он пишет, национ[альная] гордость не может быть вдохновителем, и тому подобные странности. Но я вижу, Вы отлично понимаете положение вещей, и будем действовать как полезнее.

В конце концов, нет ничего дурного, что люди вспоминают оперу Глинки. Может быть, она для многих является воспоминанием детства, и, во всяком случае, в ней ничего дурного нет, а Глинка все-таки остается нашим первым по времени композитором.

Вы видите, насколько сложно положение вещей повсюду. Но если бы оно не было так сложно и горестно, то ведь Вл[адыка] и не предостерегал бы так человечество. Во всех этих сложностях и горестях заключается великий опыт и испытание. Теперь пусть все силы устремятся к Конвенции. Ведь она будет показателем жизненности наших учреждений. Также только бы Рикаби не обошел в чем-нибудь наших адвокатов, поведение которых подчас странно. Итак, сообща двигайте все три проблемы. Мы так понимаем все, что Вы пишете, и шлем Вам всем наши лучшие мысли.

Духом с Вами.

88

Н. К. Рерих — Г. Дж. Форману*

21 октября 1933 г. [Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия]

Дорогой друг!

Я был сердечно рад получить Ваше письмо от 14 сент[ября]. В Ваших строках звучит нота энтузиазма, и это не может не радовать. Этот источник даст Вам силы к восхождению. В этот час Вы, как президент нашего Комитета Знамени Мира, должны будете произнести в его защиту мощную речь в ответ на многочисленные нападки темных сил. Вам придется заявить, что мы понимаем Мир в его истинном значении — как построенное благосостояние, как истинное сотрудничество народов. Вы расскажете об опасности, угрожающей не только Культуре, но и всей цивилизации, а также напомните, что если и далее положение вещей будет складываться подобным образом, то в скором времени мы будем вынуждены говорить о защите самого человеческого достоинства. Вам придется сказать о защите сокровищ человечества от любых актов вандализма и настоять на том, чтобы Конвенция не затягивала с принятием резолюции. У Вас будет возможность проявить свой талант писателя и зажечь множество сердец от Единого Вечного Огня. Мы глубоко ценим то, что Вы говорите об Иерархии, и Ваше желание двигаться дальше. Я буду счастлив встретиться с Вами, чтобы еще больше укрепить Вас на пути Служения. И то, что Вы понимаете значение Учителя и Благословенной Иерархии, огромное преимущество. Именно сейчас Вы можете встретить людей, которые будут отрицать эти понятия, и Вы поймете, что такие люди являются приспешниками тьмы. Вы также знаете, что сейчас в мире бушует эпидемия одержимости, и потому все созидательные идеи притесняются. Но если темные силы так организованы и объединены, то насколько же сплоченнее, вооруженнее и победоноснее должны быть все служители Великого Света! На понимании этих великих принципов строится настоящая дисциплина. Если человек хочет доказать свое ученичество, он должен в первую очередь доказать это благословенной активностью, неустанным трудом и действием. На этих основах я бы хотел встретиться с Вами, и для всех тех, кто стремится к защите Добра, Конвенция станет пробным камнем. Не буду повторять то, о чем говорил во многих своих обращениях и статьях. Ибо не только в ходе военных действий, но и из-за многочисленных актов вандализма уничтожаются невосполнимые достижения искусства и науки. Вы как-то произнесли прекрасные слова: «Мое самое большое желание — развиваться и ускорять темп этого роста». Действительно, прекрасный сад нельзя запускать ни при каких обстоятельствах. И наше сердце, которое и является этим прекрасным садом, должно также постоянно укрепляться. По мере утончения Вашего сердца Вы поймете, с кем можно сближаться, а кого следует избегать, кому Вы можете доверить одно из своих сокровищ, а кому не стоит открывать истину.